Чтение онлайн

— Сэмми, ты-то чего этим придуркам поддакиваешь? — недоумевает Анна. — Накормить тебя и так накормят – можешь не переживать. Тебя наказание никак не коснется.

— Как это так? — недоумевает Терренс. — Собаку не коснется, а нас – коснется?

— Ах, как же сильно у меня разрывается сердце! — драматично морщится Эдвард, приложив руку к груди. — Очень болит… Света белого не вижу…

— Держитесь, мужики, держитесь! — подбадривает Питер. — Вы должны дожить до того, как вас поцелуют!

— О нет, я, походу, не доживу… Женская жестокость меня вот-вот доконает! — Эдвард еще пару секунд морщится, а затем одним глазом смотрит на всех парней. — Ну как, нормально? Или надо что-то другое?

— О, боже мой… — расставляет руки в бока Ракель. — И этим индивидуумам скоро исполнится тридцать…

— Ой, все, парни, я не могу так! — качает головой Даниэль. — Не могу! Или я сейчас двину копыта, или уйду прочь из этого дома. Из того места, где мне рвут на части душу!

— Если решишь пойти – захвати с собой мусор, — с милой улыбкой язвит Анна.

— Ох, п-парни… — приложив руку ко лбу, наигранно морщится Терренс, драматично падает на пол и негромко прокашливается. — Если со мной что случится… Кхе-кхе… Передайте Ракель, что… Ох… Что я ее любил… Кхе-кхе… Любил… Очень…

— Такая девичья жестокость ранит мою душу! — заявляет Питер и прислоняется спиной к стене с приложенной ко лбу рукой. — Черт, девочки, что вы делайте с моими друзьями? Что делайте со мной?

— Так, красавчик, а ты тут чего решил артистом заделаться? — недоумевает Хелен, легонько пихнув Питера в бок.

— Мне просто больно… Больно от того, что ты за девочек… Что ты не хочешь убедить их простить моих братьев.

— А пусть твои братья в следующий раз головой думают, а не тем, что у них между ног. И тогда им не придется выделываться как вечно голодные коты или собаки, которым забыли насыпать в миску корм.

— Ну пожалуйста, девочки, ну простите вы нас! — драматично закатывает глаза Даниэль. — Ну пожа-а-а-а-алуйста… Пощадите нас… Де-е-е-е-евочки-и-и-и-и…

— Мя-я-я-я-я-я-яу… — жалобно затягивает Эдвард. — Мя-я-я-я-яу… Мя-я-я-я-я-я-яу…

— Мя-я-я-я-я-я-я-я-я-яу… — подхватывают Терренс и Даниэль. — Мя-я-я-я-я-яу…

Из уст Ракель, Наталии, Анны и Хелен вырывается скромный смешок, а затем они прикрывают рот рукой и просто не могут сдержать желание залиться более громким смехом.

— Господи… — удивленно произносит Анна. — Вот мальчиков колбасит… От урагана…

— Им надо не песенки петь, а в цирке выступать, — скрещивает руки на груди Наталия. — Детишкам точно понравилось бы.

— Черт, я не могу… — заливается смехом Ракель, отвернувшись с прикрытым рукой ртом. — Господи…

— Ну давайте-давайте, по полу покатайтесь, помяукайте, поскулите… — расставляет руки в бока Хелен. — Не забудьте потереться обо все углы в комнате и об наши ноги…

— Не дом, а зоопарк какой-то! — восклицает Анна. — Вот стоит им собраться все вместе, так начинается что-то, что я даже никак не могу обозвать.

— Наши сердца почти разбиты! — театрально произносит Терренс. — Наши души почти покинули наши тела! Мы вот-вот увидим своих покойных родственников!

— Кажется, я уже что-то вижу… — входит в кураж Эдвард, активно жестикулируя. — Боже… Что это? Что я вижу вдали? То ли свет белый, то ли еще что-то? О нет… Неужели… Неужели я вижу бабулю и дедулю? Это ты, бабушка? Да?

— Телу уже становится зябко, а в ушах звенит… — растягивается на кровати звездочкой Даниэль. — Чую, конец мой уже близок… За мной вот-вот придут… Если не случится чудо чудесное, да диво дивное… Если красавица моя рыжеволосая не простит своего раба…

— Нет, парни, не смейте меня кидать! — широко распахивает глаза Питер. — Не смейте! Вы мне нужны! Я не хочу оставаться один! Держитесь! Вы должны продержаться!

— Ох, сделай что-нибудь, Пит… Помоги нам… Без прощения девчонок нам не жить… Мы погибнем!

— Девочки, хорошие вы мои, ну подружки милые… — Питер сначала берет Анну за плечи и мягко их гладит, а затем одновременно приобнимает Наталию и Ракель. — Ну не дайте вы этим охломонам шанс. Ну пожалуйста… Ну ради меня… Не злитесь на них…

— Извини, Пит, но нет, — невинно улыбается Анна.

— Ну пожалуйста…

— Вот пусть ребятки подумают о своем поведении до завтра, а потом посмотрим, — отвечает Наталия.

— А может, мы договоримся? Готов выступить посредником в этих переговорах.

— Понимаем-понимаем, мужская солидарность, — хитро улыбается Ракель. — Куда же без этого!

— Как и без женской! Маршалл вон совсем не хочет мне помогать! Она за вас!

— Все, Роуз, свободен, — жестом прогоняет Хелен. —У тебя ничего не получится.

— Ну девочки, ну не обижайте вы ребят… — Питер заключает Хелен в крепкие объятия. — Они же хорошие! Очень хорошие!

— Ага, мы видели, какие они хорошие!

— Пожа-а-а-а-а-алуйста…

— Так, красавчик… — Хелен мягко отстраняется от Питера. — Если будешь и дальше их защищать, то я все-таки подумаю о том, чтобы и тебя лишить секса, поцелуев и объятий на целый месяц.

— Нет-нет-нет, не надо, прошу тебя! — взволнованно тараторит Питер, взяв Хелен за плечи. — Только не лишай меня своей любви. Я без нее умру!

— Раз у нас тут царит мужская солидарность, то пусть и женская не уступает.

— Не-е-е-е-е-е-е-ет…

— О нет, братцы, все еще хуже, чем мы думали! — театрально ужасается Эдвард. — Нам уже никто не поможет!

— Нас не простят, парни! Мы все умрем! — Питер с драматичным вздохом падает на пол. — Умрем никому не нужные и непрощенные!

— О, еще одного потеряли… — обреченно вздыхает Хелен, скрестив руки на груди. — Который, походу, уже окончательно оклемался.

Но как бы девушки ни пытались сохранить серьезное лицо при виде парней, разыгрывающих перед ними драматичную сцену, они все-таки не могут подавить громкие смешки, что сами собой вырываются из уст. Впрочем, и их возлюбленные также едва держатся, чтобы продолжать оставаться в образе и не посмеяться над самими собой и Сэмми, определенно оценивший эту игру, что кажется ему очень даже забавной, судя по тому, с каким удовольствием он принимает в ней участие.