Чтение онлайн

— Если бы это зрелище видели соседи или поклонники группы, я бы предпочла провалиться сквозь землю от стыда, — признается Анна.

— Мя-я-я-я-яу… — продолжают жалобно стонать Эдвард, Питер, Терренс и Даниэль то вместе, то по очереди, валясь на полу или кровати. — Мя-я-я-яу… Мя-я-я-я-я-яу…

— Этим котярам даже валерьянку не надо нюхать, чтобы сходить с ума, — говорит Наталия. — Младшенькие выделываются больше всех и громче всех.

— Эй, придурки, угомонитесь уже! — требует Ракель.

— Прости-и-и-ите нас… — жалобно стонет Даниэль. — Мы больше так не бу-у-у-удем… Пожа-а-а-алуста… У-у-у-у-у…

— Не лишайте нас своей любви-и-и-и… — вторит Эдвард. — Наши сердца этого не вы-ы-ы-держат…

— Мы винова-а-а-а-аты, мя-я-я-яу… — скулит Терренс. — Нам о-о-о-очень жа-а-а-а-аль…

— Мы страда-а-а-а-аем… — поддакивает Питер. — Мы не ды-ы-ы-ышим… Мы умира-а-а-а-аем… Без своих де-евочек…

Сэмми также жалобно скулит и тихонько лает, перекатываясь по полу из одной стороны в другую.

— Ох, может, хотя бы накормить их? — предлагает Хелен. — Вдруг их мозги все-таки встанут на места, если у них будет полный желудок?

— Да уж, от голода тут любой замяукает и заскулит… — расставляет руки в бока Анна.

— О, еда! — резко садится в кровати и выпрямляется Даниэль. — Ура-а-а! А что у нас сегодня на ужин?

— Наконец-то, неужели нас вкусно накормят? — весело визжит Терренс, расставив руки и ноги в стороны.

— Надо же, как при голоде у некоторых обостряется слух, — усмехается Наталия, скрестив руки на груди. — Услышат даже шепот и прочитают все по губам.

Сэмми начинает заливаться радостным лаем, в какой-то момент побежав к девушкам и начав тереться об них хвостом или бодаться головой об ноги.

— Пожя-я-я-ялуйста, принцесса, накорми меня… — строит щенячьи глаза Даниэль, подбежав к Анне и начав тереться носом об ее щеку. — Я очень голодный… Очень-очень…

— Накорми-накорми, красавица, накорми… — тараторит Эдвард, делая то же самое с Наталией, и целует ее за ухом. — Твой тигр уже проголодался…

— И меня накорми! — вставляет Терренс, не отставая от друзей и пытаясь задобрить Ракель. — А потом не забудь приласкать своего котика. И зацеловать его…

— Не обижайте моих друзей, девчонки, — жалобно скулит Питер и несколько раз целует Хелен в щеку. — Простите вы этих охломонов. Они больше так не будут. Честное слово!

— О боже… — закатив глаза, устало вздыхает Хелен.

— Ой, ну ладно-ладно, все… — сдается Анна, пытаясь отвернуть от себя лицо Даниэля. — Все, ладно! Ваша взяла! Накормим мы вас!

— Все-все, парни, цирку пора закрываться! — восклицает Ракель, вырываясь из объятий Терренса. — Поиграли немного – и хватит!

— Прости-и-и-ите нас, простии-и-и-ите… — строит щенячьи глаза Терренс. — Пожя-я-я-я-я-ялуйста…

— Да все-все, угомонитесь уже, все… — устало вздыхает Наталия, мягко пытаясь оттолкнуть Эдварда от себя. — Хватит облизывать нас как собаки!

— Мур-р-р-р… — закатывает глаза Эдвард и с довольной улыбкой трется щекой об висок Наталии. — Мур-р-р мя-я-я-яу…

— Я, конечно, не кот, но муу-у-у-ур мя-я-я-яу… — до ушей улыбается Даниэль, тычась носом в лицо Анны и оставив парочку коротких поцелуев у нее на щеке. — Р-р-р-р…

— Господи, да все-все, хватит уже строить из себя голодных котов… — хихикает Хелен. — Все, успокоитесь… Успокойтесь, говорю…

А поскольку парни продолжают ластиться к ним как коты, девушки, чтобы немного их успокоить, разворачиваются к ним и либо крепко обнимают и гладят по спине или голове, либо оставляет парочку коротких поцелуев у них на губах. И не забывают они и про Сэмми, что подходит то к одной, то к другой в надежде получить хоть немного ласки.

— Ну что, красавицы, теперь будет мир? — спрашивает Терренс, все еще продолжая тереться носом об щеку Ракель.

— Ладно, так и быть, мы вас прощаем! — с легкой улыбкой отвечает Хелен. — Как не простить таких наглых и упрямых ослов?

— Но спать сегодня вы все равно будете на диване, — с хитрой улыбкой говорит Анна. — В комнаты вас никто не пустит.

— А может, все-таки пустите? — строит щенячьи глаза Даниэль. — Я хочу спать в своей кроватке рядом со своей маленькой девочкой.

— Это будет профилактической мерой, — невинно улыбается Ракель. — Поспите ночку в одиночестве и, может быть, что-нибудь осознайте.

— И все равно вы жестокие! — надувает губы Эдвард.

— Да ладно, мы так и добились больших успехов! — бодро отмечает Терренс. — Нас по крайней мере сейчас как следует накормят.

— И то верно… — хитро улыбается Питер.

— И снова победа осталась за нами! — радостно восклицает Даниэль. — В очередной раз доказали, что мы непобедимы, когда вместе и со своим самым мощным оружием.

— Ну да, вы нас повеселили своими мяуканьями и поскуливанием, — усмехается Хелен. — За это спасибо.

— Мы вообще-то не это имели в виду, мя-я-яу… — загадочно улыбается Терренс и целует Ракель за ухом, крепко обняв ее со спины и начав тихо мурлыкать. — Поцелуи и обнимашки – это наше все. Му-у-у-у-ур-р-р-р…

— Это штука всегда работает безотказно! — с гордо поднятой головой отмечает Эдвард и зарывает нос в собранных в хвост волосах Наталии. — Можно добиться от девчонки даже невозможного!

— Девочки любят поцелуйчики и обнимашки, — с широкой улыбкой отвечает Питер и целует Хелен в щеку, пока он крепко обнимает ее со спины. — А нам только в радость их дать.

— Ну ладно, красавицы, в ближайшее время мы ждем от вас наивкуснейший ужин, — уверенно говорит Терренс. — Так что идите на кухню и творите магию! Мы в вас верим!

— Давайте-давайте, девочки, вперед! — восклицает Даниэль и легонько похлопывает Анну по ягодицам. — Ребята вообще-то есть хотят! А я, как вы знайте, готовить не умею. Так что на вас вся надежда. Точнее, на мою дражайшую принцессу Анну и ее лучших подружек.

— Ладно… — расставив руки в бока, задумчиво произносит Наталия. — Так и быть, мы вас накормим.

— Поспешите! — просит Эдвард и хлопает рукой по животу. — Мой желудок уже начал есть сам себя от голода.

— Только вот просто так лично я бы завершать не стала, — с хитрой улыбкой говорит Ракель, медленно, но уверенно подходя к кровати.