Чтение онлайн

— Это новость для меня.

— Знаю, Зикур. Я разговаривал с правителем Артисом, и он не возражает. Мне хочется, чтобы мой друг посмотрел, как вы живёте у себя в Стане. Наверняка это пойдёт ему только на пользу. Не забывай, вскоре нам предстоит объединить усилия и тогда гостей будет больше. И у нас, и у вас.

— Я не против. Пусть идёт. Чем больше воинов в моём отряде, тем безопаснее будет путь домой.

— Значит, у нас больше нет разногласий? — улыбнулся Бродяга.

— Их и не должно быть. Иначе нам никак не одолеть паршивых Клыкастых! — провозгласил ангел Стана и кивнул Тиму, который до сих пор не мог поверить своим ушам. — Пойду, отдам необходимые распоряжения и прослежу, чтобы добычу поделили согласно нашему уговору.

Он направился к пленным, а юноша, выждав пока тот удалится на достаточное расстояние, развернулся к мужчине и возмущённо выпалил:

— Решил избавиться от меня? Зачем ты хочешь, чтобы я шёл с ними? Мне казалось, что мы с тобой друзья!

— Спокойствие! Не горячись, — отозвался Бродяга и с иронической усмешкой добавил: — Ничего там с тобой не случится. Не бойся.

— Ты считаешь меня трусом?

— Если бы я так думал, то не взял бы тебя на это задание.

— Но почему отправляешь меня в Стан? Я хочу сражаться рядом с тобой.

— Тебе нужно будет передать одно важное сообщение от меня. Вот, держи. — Он достал из кармана короткую деревянную трубку, закупоренную пробками с двух концов, и протянул её Тиму. — Там внутри письмо. Отдашь эту вещь лекарю Артиса.

Заметив удивление на лице парня, он пояснил:

— В Стане живёт лекарь Валериус. Вероятно, это последний лекарь, ещё оставшийся в живых. Твоя задача — передать ему моё сообщение. Он очень интересный человек, общение с ним тебе определённо понравится. Поживёшь там, посмотришь на ангелов Артиса.

— Ты издеваешься надо мной? Ты же сам говорил, что все они — жестокие ублюдки! А если у меня возникнут с ними проблемы?

— Ты под защитой Финниса. Тебя не тронут. Они знают, что ты мой человек. Зикур проследит, чтобы с тобой ничего не случилось. Кстати, есть ещё одна причина, почему я отправляю тебя туда. Она, конечно, не главная, но также важна для меня.

— Какая?

— Ангел сразу же согласился отдать мне пятерых погонщиков, когда я сказал, что ты пойдёшь вместе с ним. Это означает, что пять человек спасутся и не станут рабами. В Убежище их ожидает лучшая участь, чем в Стане. Я даже не уверен, выживут ли вообще те трое несчастных, кто уйдёт с Зикуром.

— И ради этих оборванцев ты готов пожертвовать своим другом? — Возмущению Тима не было предела.

— Это такие же люди, как ты и я! — жёстко произнёс Бродяга. — Мы ничем не лучше их!

— Твои речи поражают меня. Ты же сам погубил множество людей за свою жизнь, а теперь жалеешь каких-то грязных фермеров!

— Я убивал из необходимости. И только врагов. Не мирных жителей.

— И Хромого…

— Того старика? Твоего соплеменника? Это была самооборона. Я уже говорил тебе об этом.

— Ты удивительный человек… Мне, наверное, никогда не понять тебя.

— Надеюсь, что это всё же когда-нибудь случится, мой юный друг. Не позволяй жестокости и злобе поселиться в твоём сердце…

Юноша замолчал, обдумывая эти слова. Бродяга являлся незаурядной личностью. Может быть, именно поэтому его так тянуло к нему. Среди ангелов Убежища было немало мужественных воинов, но никто из них не мог сравниться с Бродягой. Он обладал какой-то особенной внутренней силой, недоступной другим, и образ его мышления разительно отличался от общепринятых норм и взглядов. Вот и сейчас его поступок не поддавался обычной логике, и Тим подумал о том, действительно ли информация, содержащаяся в письме, была так важна, или это жизни погонщиков склонили Бродягу к такому решению? Парень посмотрел на трубку с сообщением в своей руке и, вздохнув, убрал её в карман куртки.

— Я даже не предполагал, что ты умеешь читать и писать, — сказал он. — Ты первый человек, которого я знаю, кто владеет этим странным искусством.

— Да, это большая редкость. Даже вожди ангелов не обучены этому.

— А тебя кто научил? Валериус? Или лекарь Убежища, пока ещё был жив?

— Кантус? Ни тот, ни другой. У меня были другие преподаватели…

— А меня научишь?

— Ты хотел бы?

— Думаю, мне это не помешает.

— Лишним точно не будет, — рассмеялся Бродяга. — Смотри, все уже готовы.

Он указал в сторону пленных, которых ангелы к этому времени уже разбили на две группы. Рядом с каждой из них стояло по двое конебыков, и на земле лежали мешки с оружием. Трое воинов терпеливо ждали, когда Бродяга и Тим закончат свой разговор. Даже погребальный костёр уже догорел, и юноша с горечью подумал, что пришла пора прощаться. Мужчины Стана и Убежища в последний раз собрались все вместе и обсудили последние детали. Несмотря на то, что Зикур выбрал для себя наиболее сильных и молодых погонщиков, Бродяга ничем не показал, что не одобряет такой расклад, и Тим, хорошо зная своего друга, не стал заострять на этом его внимание.

Прощание было коротким, воины обменялись рукопожатиями, а затем каждая из групп направилась в свой путь. Мешки с оружием взвалили на животных, закрепив их верёвками. Погонщики следили, чтобы они не пытались скинуть груз, а те мешки, которые не поместились на их спинах, пленным фермерам из отряда Бродяги пришлось поочерёдно тащить на своём горбу. Ангелы Стана получили меньшую долю добычи, и вся она могла быть перевезена на конебыках.

Два отряда разошлись в разные стороны и углубились в лес. Зикур приказал парню идти позади группы и не спускать с фермеров глаз. Сам он передвигался рядом с животными и их ценным грузом, а впереди, на небольшом отдалении от всех, но всё ещё оставаясь в пределах видимости, шел второй ангел, готовый в любой момент предупредить своего командира в случае возникновения непредвиденных обстоятельств.

Тим, остерегаясь гнева ангелов, сначала действительно очень внимательно следил за действиями погонщиков и даже несколько раз хватался за рукоять своего меча, висевшего в ножнах на боку, если замечал, как кто-нибудь из них делал шаг в сторону или на секунду останавливался. В каждом их неловком движении ему мерещилась попытка к бегству. Однако с течением времени он убедился, что все его тревоги напрасны. Эти люди, вероятно, совсем не помышляли о побеге и покорно выполняли отведённую им роль. Долгие годы, проведённые в рабстве у Клыкастых, похоже, напрочь разучили их думать о свободе. Размышляя об этом, Тим вспомнил свою прежнюю жизнь в качестве пастуха и устыдился своих действий и помыслов. В принципе, эти фермеры не сильно отличались от него, и если бы не нападение кочевников и встреча с Бродягой, он и сам вполне мог бы оказаться на их месте. Всё-таки его старший товарищ был прав, когда говорил о том, что хочет взять с собой в Последнее Убежище побольше пленных, чтобы спасти их от незавидной участи в Стане.

Юноша перестал излишне пристально наблюдать за погонщиками и вместо этого принялся более внимательно осматривать окрестности. Лес надёжно скрывал отряд в своих дремучих зарослях; ветвистые деревья произрастали плотной стеной, и в связи с этим людям и животным пришлось образовать цепочку и идти вслед друг за другом. Какой-либо определённой тропы не существовало, но Тим был уверен, что воины заранее выбрали этот маршрут, так как шли по нему так, как будто уже много раз проделывали этот путь. Он напомнил себе, что эта часть леса, по сути, принадлежала ангелам двух поселений и была фактически поделена между ними. Вся эта местность наверняка хорошо известна Зикуру и его подчинённому. Дикари предпочитали не появляться на территории, контролируемой Станом и Убежищем, и обходили её стороной. За всё время своего проживания в Последнем Убежище парень так и не увидел их, хотя много раз слышал истории про одичавших людей и о том, как ангелам в первые годы пришлось зачищать эту часть леса от них. Тогда погибло много воинов и Стана, и Убежища. Племя ангелов и так было довольно малочисленным после событий Великой Войны, а столкновения с коренными жителями Диких Земель ещё больше подкосили его. Бродяга как-то упомянул, что это обстоятельство, скорее всего, тоже сыграло весьма немаловажную роль, когда Финнис принимал решение о недопущении конфликтов с отщепенцами, вражда с которыми могла бы нанести окончательный удар по сильно ослабевшему народу. Отщепенцы не являлись одним сплочённым сообществом и жили небольшими, разрозненными группами где-то далеко в лесу, но никто не мог гарантировать, что они не объединятся в случае новой угрозы. По мнению Бродяги, Артис, в отличие от своего брата, недооценивал их и по-прежнему направлял своих воинов охотиться на этих людей, даже несмотря на то, что предпринимаемые попытки в основном заканчивались безрезультатно.