Чтение онлайн

Агент приносил такое количество бумаг, что их просто невозможно было отослать резиденту. Валентин отбирал наиболее интересное, остальное приходилось уничтожать. Для этого использовалась старая печка в подвале посольства, которой по очереди пользовались шифровальщики резидентур КГБ и ГРУ.

Просматривая материалы, Валентин поражался либеральности американской системы секретного делопроизводства. По советским законам многие служащие компаний, офисы которых убирал Билл, непременно угодили бы в тюрьму за халатность.

Благодаря Горцеву КГБ получил массу информации по следующим проектам Пентагона: ракетам MX, начиная со стадии их разработки и кончая их рабочими чертежами; крылатым ракетам воздушного, морского и наземного базирования, особенно по ракете «Томагавк»; новейшему поколению американских моноблочных ракет «Миджетмен»; баллистическим ракетам «Трайдент», которыми планировалось оснастить новое поколение американских подводных лодок; новейшему стратегическому бомбардировщику, который на начальном этапе фигурировал в документах как «проникающий бомбардировщик», а впоследствии получил наименование «Стэлс».

Объем, качество поступающих материалов поражали аналитиков разведслужбы. Билл не добывал секретных документов Совета национальной безопасности США, но они щедро цитировались в бумагах, которые он извлекал из мусорных корзин. С помощью этих цитат аналитикам разведслужбы нередко удавалось воспроизвести оригиналы.

Билл не приносил стенографических отчетов о закрытых слушаниях в комитетах по делам вооруженных сил сената и палаты представителей конгресса, однако нередко выуживал из корзин проекты документов, предназначенных для конфиденциальных брифингов членов этих самых комитетов. Он не работал в Пентагоне, но очень часто приносил материалы ДАРПА — важнейшего подразделения военного ведомства США, которое считалось главным объектом проникновения научно-технической разведки КГБ.

С особым нетерпением Валентин и Билл ждали крупных национальных праздников США, особенно Дня независимости. Они знали, что накануне в офисах подрядчиков Пентагона пройдут шумные вечеринки, а непосредственно перед ними в корзины обрушится бумажный водопад. Кому хочется разбираться, есть ли в его бумагах секретные сведения, если шампанское уже откупорено и коллеги шумно наполняют бокалы?

В то время КГБ являлся координирующим центром обработки военно-стратегической информации по США и имел монопольное право докладывать ее Центральному комитету КПСС и Генеральному секретарю. Все подразделения КГБ, ГРУ, разведывательные службы социалистических стран направляли добытую ими военно-стратегическую информацию во внешнюю разведку КГБ. Здесь ее анализировали, обобщали и готовили для передачи в Кремль и боссам военно-промышленного комплекса.

Разумеется, в разведслужбу КГБ направлялись самые важные сведения — как-никак речь шла о докладе кремлевскому руководству. Периодически аналитики КГБ готовили сводки о военно-стратегической информации по США и НАТО, добытой разведывательным сообществом стран Варшавского Договора.

Так вот, в 1982 году доля Билла в этом массиве информации по США составила более 50 процентов. Это вызывало удовлетворение, но одновременно и подозрение. Слишком уж хорошо все складывалось, чтобы походить на правду. Не подстава ли Билл? Подозрение вызывало и его непостижимое самообладание. Валентин хорошо относился к агенту и волновался о его безопасности. Но иногда ему казалось, что самого Билла эта проблема совершенно не беспокоит. А это уже почерк подставы, которой естественно, нечего бояться ни ФБР, ни ЦРУ, поскольку она на них работает.

Но сколько бы ни думал Валентин над этим мучительным вопросом, решали его, как ни странно, другие. Согласно установившейся практике, это входило в компетенцию Центра. В отношении Билла вопрос был решен однозначно: нет! Главную роль здесь сыграли руководители советских конструкторских бюро, которые работали над созданием вооружений и являлись основными получателями агента. Они прямо заявляли руководству разведслужбы, что подстава никогда не передаст что-либо похожее на материалы Билла.

И все же Центру это показалось недостаточно. Билла решили проверить с помощью дружественной разведки ГДР.

В то время у «немецких друзей» был ценный и надежный агент, который работал в Западной Германии, в Бохумском аэрокосмическом центре. Его и попросили проверить материалы Билла о новейших технологиях, применяемых для создания бомбардировщика «Стэлс», которые для советских военных в то время казались чем-то на грани фантастики.

Немецкий агент подтвердил информацию Билла! Бюрократы разведслужбы успокоились и зачислили Билла в категорию ценных агентов. Они не знали, что в это время произошло событие, которое легко могло вьюести их из состояния эйфории.

Билл принес документ с техническими характеристиками одного из типов новейших американских крылатых ракет. В нем было множество цифр, кроме одной. На том месте, где указывалась точность попадания ракеты в цель, красовалась элегантная дыра.

Кто-то аккуратно выцарапал эту цифру, а затем выбросил документ в корзину. Без нее он, видимо, считался уже несекретным.

— Поздравляю с подставой, — мрачно сказал резидент Якушкин, ознакомившись с документом. — Это же один из важнейших признаков: вроде принес секретный материал, а главного в нем нет. И нас пытаются завлечь в сети, и национальной безопасности США не повредить.

— Обратите внимание, — вкрадчиво начал Валентин, — в документе уничтожена только одна цифра. Какая у нас одна самая большая цифра?

— Девять, — нерешительно сказал Якушкин, еще не понимая, куда клонит Валентин.

— Правильно. На этом месте может стоять максимум девять, то есть девять футов, или примерно три метра. Значит, максимальное отклонение ракеты от цели не может превышать трех метров. А какая, собственно говоря, разница, если оно меньше? Учитывая мощность боезаряда этой ракеты, три метра — это практически прямо в цель.

— Отличная мысль, — приободрился Якушкин. — Вот и пиши в телеграмме: три метра.

Так советские военные впервые узнали точность попадания американских ракет в цель, за это выразили разведслужбе глубокую благодарность и даже ходатайствовали о награждении офицеров разведки.

А Билл работал бескорыстно и практически не брал у Валентина никаких вознаграждений, идя на риск во имя своих идей. Ему и в голову не приходило, что очень часто результаты его труда не стоили этого риска.

Некоторые материалы Билла так и не вышли за пределы аналитического подразделения разведслужбы.

Не узнало Политбюро о документе Совета национальной безопасности, определяющем условия, которые могут вынудить США прибегнуть к широкомасштабному использованию военной силы (не считая нападения СССР на Америку). Среди них: нападение СССР на Западную Германию; потеря Западом ближневосточных источников нефти; коммунистический переворот в Мексике; присоединение ЮАР к социалистическому лагерю.