Чтение онлайн

Военный прогресс во многом является следствием социальной системы, характерная черта которой – это неравновесность, нестабильность, вызванная беспрестанным колебанием между порядком и хаосом, организацией и дезорганизацией, тенденцией к смерти и тенденцией к выживанию. Отсюда – особый интерес к таким явлениям, как экономическое и социальное неравенство, конфликты и социальные противоречия, стимулирующие военный прогресс.

Адекватное определение ведущих черт современного военного прогресса, невозможно вне анализа роли государства и всех его структур в глобальном мире. Сегодня становится очевидным, что традиционное государство распадается, поскольку перестает справляться с важнейшими военно-политическими функциями. Для страны, не обладающей мощным ядерным потенциалом, такое государство попросту не нужно, потому что не может защитить себя от ядерной угрозы. Для ядерной державы оно также в каком-то смысле избыточно, поскольку для обслуживания ядерного оружия на самом деле нужно гораздо меньше людей и производственных мощностей, чем для содержания обычных вооруженных сил. С другой стороны, «классическое» громоздкое государство оказывается почти беззащитным против терроризма и родственных ему форм.

Актуальность исследования проблем, связанных с особенностями понимания военного прогресса, детерминирована изменениями, которые характеризуют современное глобальное мироустройство, в результате чего проблема прогресса вышла на первый план.

Во-первых, благодаря получившей во второй половине ХХ в. чрезвычайно активное развитие новой науки – политологии, показавшей свою состоятельность и продуктивность в самых разных областях социальных, государственных, межгосударственных отношений.

Во-вторых, вследствие определенных геополитических процессов, произошедших в результате распада СССР, объединения Европы, появления и признания угрозы мирового терроризма, претензий США на единоличное господство в мире, наступившего мирового кризиса и др.

В-третьих, это связано с особенностями развития России на протяжении последнего десятилетия, рождению ее нового, по сравнению с эпохой девяностых годов, политического и государственного самосознания, ярким выражением которого является концепция «суверенной личности», призванная отразить изменение статуса российского государства в глазах членов мирового сообщества, повышением его реальной политической, военной, экономической значимости и независимости в мире 63 .

На сегодняшний день господствующим является вестернистский подход к прогрессу, согласно которому ведущей ценностью общественного прогресса является понимание его как поступательное восходящее движение социума с расширением его функциональных возможностей. Развитие общества понимается как однолинейный процесс с хорошо просматриваемым финалом 64 . Исходя из этого, можно констатировать, что военный прогресс – это:

1) осуществление социального заказа потребительско-гедонистического общества, где военный прогресс выполняет функцию удовлетворения непомерных запросов субъектов глобализации, провоцирующих не только «холодную войну», но и вполне реальные вооруженные конфликты;

2) реакция на внешние угрозы.

Отсюда следует, что военный прогресс призван в той или иной степени оправдать непомерную гонку вооружений, что привело к искаженному восприятию военного прогресса, который иногда ассоциируются с милитаризацией.

Мир как состояние общества, свободного от войн и применения насильственных средств и решения спорных проблем внутригосударственной и международной жизни, издавна почитается народами как великое благо, приносящее расцвет хозяйства и искусств, науки и культуры в целом, благоприятствующее общественному прогрессу. Вместе с тем на протяжении всей истории человечества война была постоянным спутником человеческой жизни, признанным средствами государственной политики. Война нередко служила и фактором, стимулирующим социальные изменения, смену старого социального порядка новым. Однако в ХХ в., с появлением в арсенале средств ведения войны оружия массового уничтожения, она несет в себе угрозу существования человечества, обнаруживая тем самым свою несовместимость с дальнейшим движением истории. В этой связи ценность мира как первейшего условия общественного прогресса в исключительной степени возросла 65 .

Проблема искоренения войн, их полного исключения из жизни общества, то есть проблема прочного всеобщего мира как необходимого условия самого существования и поступательного развития человечества в его ближайшей и более отдаленной исторической перспективе, встает сейчас не только как теоретическая, но и как конкретная практическая проблема, требующая своего принципиального решения уже при жизни нынешнего поколения.

История человечества поэтому должна рассматриваться не как последовательность отдельных военно-политических и социально-экономических событий., но прежде всего и главным образом как живой полиаспектный процесс динамического изменения всей многомерной культуры в единстве взаимодополняющих друг друга сфер, областей и доминионов, а также синхронного и диахронного ракурсов, в целостности горизонтального и вертикального срезов и линий регионального и глобального охвата всего социокультурного комплекса 66 .

Полагание относительной автономности или даже относительной изолированности каждого отдельного социокультурного ареала по любым измерениям, казалось бы, совершенно отрицает обшекультурное единство, утверждая, напротив, принципиальную фрагментарность и мозаичность различнейших компонентов. Об этом, в частности, казалось бы, свидетельствуют концепции локально-региональных культур-цивилизаций Данилевского 67 , Шпенглера 68 , Тойнби 69 и т.д.

Воинская деятельность заключается в особом процессе труда в мирное время, а боевая деятельность – в военное время. Эти понятия характеризуют жизнедеятельность воина, воинских коллективов, армии в обществе.

Военная деятельность как часть общественной жизни предоставляет собой материальную, чувственно-предметную и целесообразную деятельность людей в области военного дела и включает в себя военно-практическую и военно-исследовательскую деятельность. Развитие и совершенствование военного дела на основе военного опыта прошлого способствовало формированию военно-философского мышления. Оно активно отражало процесс военной деятельности в различных типах общества.

На протяжении веков ученые считали важным специфическим требованием этики военной деятельности постоянную готовность осуществлять военное насилие, в том числе и вооруженными средствами. В этом случае военная деятельность представляет собой труд, который не является созидательным, а во время войны становится разрушительным. Некоторые исследователи утверждают, что любая война есть разрушение. Однако в процессе военной деятельности по защите Отечества от военного насилия извне происходит созидание, в том числе и формирование благоприятной для жизни общества политической ситуации, способствующей его жизнедеятельности. В этом случае военная деятельность осуществляется не как военное насилие, а как военная добродетель, несмотря на то что она реализуется в форме войны или вооруженной борьбы 70 .

Создание новых видов оружия также оказывает влияние на формирование стандартов естественности у военных кадров.

Боевая деятельность, как правило, несет в себе зло и насилие, увеличение степеней свободы, что соответствует принципам индивидуалистического общества.

Некоторые современные отечественные теоретики рассматривают военную добродетель как различные черты характера человека, а не как стандарт естественности, который в условиях военной деятельности направлен на добро как нравственное благо. «Исследуя военную деятельность человека, целесообразно дать военному гуманизму следующее определение: военный гуманизм – это военная деятельность человека, которая реализуется на стандартах естественности общества» 71 .

Военный прогресс будет восприниматься как закономерная часть всего общественного прогресса только в космической модели мира. Космическая модель мира предполагает совершенство всеобщей связи явлений и наличие множества оформлений совершенства, заключающих в себе соответствующие единства стройности и нестроения: диалектическое противоречие, системность, организованность, сложность, упорядоченность, гармоничность и т.д. В данной связи основополагающее значение для жизни Вселенной приобретает негэнтропийные процессы – система отрицательных вкладов в энтропию. Социальная реальность предстает как важнейшая сфера мира, в рамках которой с особой значимостью стоит проблема стройности (отрицательной энтропии) и нестроения (положительной энтропии). Сущность данной системы состоит в следующем: субъект управления обществом должен осознавать естественное состояние данного общества (объект управления) и помочь ему развернуть такую (естественную) модель жизни, которая позволит ему (обществу) самостоятельно встать на путь совершенствования, противостоять росту социальных энтропий. В этой связи концепция управления обществом является образом действительности общественной жизни России. Это положение является фундаментальным для изучения проблемы антиэнтропийного управления обществом 72 . Можно продолжить эту важную мысль автора: военный прогресс в диалектическом содержании призван быть главным противодействием энтропии.