Чтение онлайн

Гномья жена резко произнесла какие-то слова, которые по интонации явно ругательства, но значения мне их остались непонятными. Потом проговорила уже по-человечески:

– Ишь, какой. Дело у него есть. Дома не был два месяца, а теперь дело у него. Бенрика я.

– Будете пилить, - отозвался Хальвард грозно, - еще два месяца не объявлюсь. Слушай меня. Надо платье добыть. Приличественное. Чтоб грудья, задья все было закрытое.

Он оглянулся и вопросительно посмотрел на меня, мол, так? Я быстро закивала, а гном вновь повернулся к трубе и прокричал:

– Только подол, подол надо длиньше делать. Локтя на два. Слышь меня? На два локтя длиньше.

Из трубки донеслось недовольное:

– Это кого ты там обшивать удумал? Новую женку заводить хочешь? Старых уже не хватает? Не буду я новую женку обшивать. Сама пущай себя обшивает. Ты мне клещи новые обещал, а до сих пор несешь. А Гунхильде, между прочим, Тальбор обещал утюг из цельной стали.

– Я этому Тальбору руки поотрываю, - огрызнулся Хальвард. – Так ему и передай. Неча в мое отсутсвие моих жен утюгами одаривать. А платье добудь.

– Не буду я новой женке платье давать, - упрямо отозвалась Бенрика.

– То не мне. В смысле совсем не мне, и вообще не женке, - раздраженно стал пояснять гном. – Волковой девице надо. Вергеной девице.

В трубе послышался выдох, что-то загремело, а гномка поспешно проговорила:

– Чего ты сразу не сказал? Коли для Вергена, так сию минуту.

– Тебя разве перебьешь? – спросил Хальвард сердито.

– Настоящий гном должон уметь перебить бабу, когда надо, - веско заявила жена гнома.

Тот покачал головой и махнул рукой.

– Поговори мне еще, - сказал он. – А то приду и перебью, так перебью, что еще просить будете, чтоб наверх ушел. И Тальбору передай, чтоб не совался. Шевелись, Бенрика.

– Уже побёгла.

Послышался шум, но он быстро стих. Я сидела, застыв, и пыталась переварить всё, что услышала. То, что у гнома несколько жён, я уже знала, но манера общения удивила. Особенно то, как отвечала ему жена – дерзко и развязно. Если бы такое случилось в моей деревне, такую женщину подвергли бы серьёзному наказанию.

– А у вас все так разговаривают? – осторожно спросила я, когда гном отшагнул от трубки, вытирая лоб.

– Как? – переспросил он.

– Смело, - еще осторожней пояснила я.

Хальвард крякнул и поковырял мизинцем в зубе. Вытащив оттуда лист петрушки, проговорил:

– А как ещё? У нас равногномие. Ясно?

– Но у вас же четыре жены! – воскликнула я, не в силах сдерживать изумление.

Гном кивнул и, зачерпнув из бочки воды в ковш, сделал несколько шумных глотком. Затем швырнул ковш обратно и вытер губы о плечо.

– Четыре-то четыре, - сообщил он не без гордости. – Но если кого-то из них не устроит чего, могёт уйти. Вон, слыхала, Тальбор башмаки навострил, слизняк пещерный. Утюги дарит, вша каменная. Я ему покажу утюги… Ничо, я моим бабам такого сверху натащу, никакие Тальборы не сравняются. У меня вон!

Он указал на набор ножей, аккуратно разложенных на тряпочке возле бочки.

– Это для Гунхильды, - сказал он веско. – Кованы из незаржавленной стали. И самоточны. Ни у кого во всем Гномдорне нет. Во как. А там…

Хальвард ткнул на стену, где на крючке висит пара башмаков.

– В таких башмаках моя Бенрика не заскользит даже на мокрых валунах, пусть они даже улитковой слизью покроются.

– Гномдорн, это ваш город? – решила уточнить я.

Гном кивнул и проговорил:

– Провинциальный городок всего гномьего царства. Я в нем родился и все мои жёны тоже.

Едва закончил фразу, в трубке закашляло, затрещало, потом послышался уже знакомый голос с хрипотцой:

– Хальвард? Хальвард, ты тут?

Гном подскочил к трубке и крикнул в расширитель:

– Тут.

– Готово платье для Вергена! – гордо воскликнула гномиха.

– Да не для Вергена, - поправил её Хальвард, - а для девы его.

Гномиха, которая, вроде как Бенрика, проговорила:

– Да какая к слизню разница? Иди принимай на третьем колодце.

Глава 18

Гном с удивительной для такого коротконогого существа прытью метнулся в сторону выхода. Я поспешила за следом, и чуть не споткнулась о него, когда тот резко остановился и наклонился.

– Осторожней, дева, - бросил он, даже не повернувшись. – Этот колодец глубок.

– Извините, - проговорила я виновато и, обойдя Хальварда, встала с другой стороны ямы.

В свете факелов и мерцании драгоценностей на стенах, она выглядит особенно устрашающей, словно пасть неведомого зверя.

– Готов! – вдруг прокричал гном прямо в эту самую пасть.

Снизу послышалось:

– Пускаю!

Я замерла, с неподдельным интересом ожидая, что будет дальше. Поначалу все было спокойно и тихо. Но спустя некоторое время до ушей стал доноситься звук, похожий на скрежет и царапанье. Словно кто-то чиркает гвоздями по камню. Этот звук приближался с удивительной скоростью, а я с запозданием поняла, что исходит он из воздушного колодца, над которым завис гном.

– Это не опасно? – с тревогой поинтересовалась я.

– Не опасней, чем варить мандрагору, - отозвался Хальвард с глухим смешком.

Что такое мандрагора я слышала лишь однажды, и она показалась мне куда менее не слишком миролюбивой. Но гнома, похоже это только забавляло.

Цокот всё нарастал. Я попятилась к стене, а гном, напротив, залихватски ухнул и выставил руки вперёд, словно собирается что-то ловить. Едва он принял такую неприглядную позу, из темноты с оглушительным стрекотом выскочило что-то тёмное.

Я смогла лишь взвизгнуть, а гном цапнул пальцами. Но видимо промахнулся – стрекочущее пятно с писком ринулось ко мне и стало метаться. Вскинув руки, я снова завизжала и вжалась в стену, где драгоценные камни весьма ощутимо впились в спину.

Гном кинулся ловить пятно, приседая и прыгая, как лягушка.

– Ах ты ж визгопряха зубоскальная! – ругался он, пытаясь изловить странное существо. – Да стой ты наконец!

Но существо явно стоять не собиралось. Оно с воплями носилось по коридору, лязгало зубами, но далеко не убегало, словно тоже боится потеряться в его хитросплетениях.