Чтение онлайн

–  А, с лишением договора юридической силы, Питтсбург должен вернуться под контроль США.

–  Да!

–  Нет.

–  Нет?
– Мейнард выглядел удивленным.

–  Питтсбург теперь принадлежит клану Ветра, и я решаю, кто будет моим представителем перед людьми, и я выбираю тебя.

Мейнард сделал глубокий вдох, сложив ладони вместе перед ртом, как при молитве. Он выдохнул, и опять сделал вдох. Ветроволк начал думать, а не молится ли он.

–  Волк, я благодарю тебя за доверие, - наконец, сказал Мейнард.
– Но, чтобы продолжать действовать в качестве директора ЗМА, я должен буду игнорировать все законы людей… я не могу на это пойти.

–  Людских законов больше нет. Люди теперь должны следовать законам эльфов.

–  Это неприемлемо. Я знаю, что ты вице-король, и поэтому Питтсбург переходит под твой контроль, но жители Питтсбурга не согласятся с тем, что ты в одностороннем порядке отменишь все человеческие законы и права.

–  Таковы были условия договора, одобренные вашим народом.

–  Ну, как бы это ни было недальновидно, но предполагалось, что если что-то случится с вратами, Питтсбург вернется на Землю.

–  Да, предполагалось.
– Волк не упомянул, что люди в большинстве своем были недальновидными, редко задумываясь о сроке большем, чем следующие сто лет.
– Но мы знали, что рано или поздно нам придется иметь дело с людьми, которые захотят или им будет необходимо остаться на Эльфдоме.

–  Да, конечно, - сухо сказал Мейнард. Он посмотрел вниз на голубую бледность Призрачных земель.
– Твоя доми уверена, что мы действительно застряли? До следующего Отключения еще неделя.

–  Что-то упало с орбиты. Она считает, что это врата.

–  Но она может ошибиться.

–  Это маловероятно.

–  Давай объявим, что мы подождем неделю для уверенности, прежде чем денонсировать договор.

–  Неделя не даст никакой разницы.

–  Но она поможет избежать проблем.
– Мейнард развел руками и улыбнулся, как если бы Волк уже согласился.

В этот момент Волк видел перед собой тактичного и обаятельного молодого чиновника, которого он сам выбрал из службы безопасности ООН, чтобы он действовал как связь между человечеством и эльфами. Тогда Мейнард был таким молодым… Волк печально улыбнулся.
– А если я соглашусь на неделю?

–  В течение этой недели, мы заключим временный договор, который в основе своей продолжит основной договор.

–  Нет, - покачал головой Волк.
– Мы можем создать временный договор, но основной договор не может сохранять силу. Он делает людей слишком автономными.

–  Питтсбург существует как независимое государство уже тридцать лет.

–  Нет, не Питтсбург, люди. Все эльфы принадлежат к Дому и к клану. Каждый эльф в нашем обществе занимает свое определенное место. Он отвечают перед другими, а те, в свою очередь, ответственны за них. Это самая основа нашей культуры, и если люди будут частью нашего мира, они должны подчиняться нашим обычаям.

–  Ты хочешь сказать… ты хочешь, чтобы люди основали Дома? Создали анклавы?

–  Да. И это обязательное условие. Все наши законы основаны на логической посылке, что народ, подчиняющийся нашим законом - часть нашего общества. Ты не можешь быть настолько независимым, какими является большинство людей, и в то же время быть частью нас.

Они продолжали поиски до позднего вечера, но больше не нашли никаких следов дракона. Весь день собирались тучи, и когда сумерки стали ночью, пошел дождь. Потеряв возможность продолжать выслеживать дракона, Волк и его секаша вернулись в анклав. Прежде всего, он проверил, как дела у его доми. Тинкер лежала в центре их общей кровати, свернувшись в клубок цвета ореха на фоне кремового атласного постельного белья. Волк остановился у основания кровати, чтобы посмотреть, как спит его возлюбленная. Не смотря ни на что, он чувствовал большое облегчение, видя, что она вернулась туда, где была своей, в безопасности среди тех, кто ее любил.

Цветок сайджин стоял на ночном столике, наполняя теплый воздух своим наркотическим ароматом. Маленькая Лошадь спал в кресле рядом с кроватью. Целители больницы сняли с него его броню из чешуи виверны; свежие синяки и целебные заклятия лежали поверх бледных кругов от пулевых отверстий двухдневной давности.

«Я чуть не потерял их обоих из-за Они », - подумал Волк и дотронулся до плеча своего брата по клинку.
– Маленькая Лошадь.

Только через минуту секаша открыл глаза, медленно просыпаясь.
– Брат Волк. Я хотел только на секунду присесть, - он сонно глянул на цветок рядом с ним.
– Сайджин усыпил меня.

Наркотик начал окутывать чувства Волка золотым туманом, поэтому он открыл балконную дверь, чтобы впустить влажный от дождя воздух.

–  Ты хорошо себя чувствуешь?
– Волк занял второе кресло, ожидая, пока Маленькая Лошадь очнется от наркотического сна, и размышляя, не совершил ли он ошибку, объединив своего брата по клинку с Тинкер. Они были слишком молоды для того, через что им пришлось пройти.

–  Я в синяках, и больше ничего.
– Маленькая Лошадь потер глаза.
– Меня прикрыл щит.

–  Это хорошо.

–  Перед тем, как я уснул, я думал о лидере Они , лорде Томтоме. Он всегда проверял, как продвигается дела, либо в полдень, либо в полночь. Иногда он делал две проверки. Мне пришло на ум, что он перемещался между убежищами, наблюдая за двумя или тремя.

–  То есть, количество воинов Они в округе может быть гораздо больше тех шестидесяти, которых ты насчитал?

Маленькая Лошадь кивнул.
– Однако насколько я смог увидеть, эти воины похожи на морских варгов, - его брат по клинку имел в виду млекопитающих, которые жили колониями на побережье; самцы сражались, чтобы собрать гарем самок, а любого детеныша, оставшегося без защиты, обычно убивали и съедали сородичи.
– Отдает приказы самый большой в группе, и он поддерживает свою власть жестокостью и страхом. Они сражаются между собой, но я не видел тренировок и упражнений с оружием. Я считаю, что ни один из их воинов не сравнится с секаша.

–  Рад это слышать, - это вернуло его к размышлению о том что, среди прочего, сказал ему Мейнард. Предупрежденный Тинкер, он два месяца назад начал тщательно проверять своих людей. Используя описание Тинкер о «жестоких и безжалостных существах без чести» он легко обнаруживал замаскированных Они . Пока интенсивное магическое тестирование подтверждало его догадки.

Маленькая Лошадь мельком взглянул в сторону кровати, и на его лице проступила улыбка, придав ему совсем юный вид.
– Несмотря на их размеры и дикость, она терроризировала их.

Волк засмеялся. Маленькая Лошадь широко зевнул, поэтому Волк встал и помог встать на ноги своему брату по клинку.
– Иди спать. Другие присмотрят за ней.

–  Да, брат Волк.
– Маленькая Лошадь обнял его. Волк решил, что все-таки он правильно сделал, что объединил Тинкер со своим братом по клинку. Каждый из них сможет оградить открытую и привязчивую натуру другого от стоических старших секаша.

Направив Маленькую Лошадь в его комнату, Волк свернул, чтобы навестить Поющую Бурю. Когда он скрипнул дверью, он ожидал увидеть ее спящей. Но она повернула голову в его сторону и открыла глаза. На лице появилась улыбка. Однако она поприветствовала его полуформальным: - Волк Который Правит.