Чтение онлайн

Внезапно Волк почувствовал глубокую, но странно далекую вибрацию, как если бы была натянута и отпущена тетива лука, отразившись на его чувствах. Он узнал это ощущение - кто-то поблизости взывал к силе магических камней клана Ветра. Волк подумал, что он и Тинкер были единственными домана клана Ветра в Питтсбурге - а он не учил Тинкер даже основным заклинаниям…

Когда вибрация повторилась, забирая силу камней, его наполнила холодная уверенность. Это могла быть только Тинкер.

Тинкер и ее секаша приблизились к дальнему краю Призрачных земель, опять попав в Питтсбург, но на противоположной стороне долины. Дорога взбиралась на крутой холм серией резких изгибов. Когда они пересекли треснувший тротуар, Штормовая Песня засмеялась и указала на предупредительный дорожный знак желтого цвета. Он изображал грузовик, готовый опрокинуться при резком повороте - обычный знак в Питтсбурге - но кто-то добавил к обозначению надпись.

–  Что тут написано?
– спросил Пони.

–  Осторожно - грузовики-акробаты!
– Перевела на эльфийский язык английский текст Штормовая Песня.

Остальные захохотали и продолжили движение, внимательно осматривая смешанный лес.

–  Ты знаешь английский?
– Тинкер поравнялась со Штормовой Песней.

–  До последней ебаной буквы [10] !
– ответила Штормовая Песня с верной насмешливой интонацией, которая вполне подходила к такому глупому вопросу.

Удивленная Тинкер споткнулась и чуть не упала. Штормовая Песня поддержала ее за руку и взглядом предупредила ее быть осторожней. Большую часть времени, проведенного с секаша Ветроволка, Тинкер практиковалась в высоком эльфийском языке, до невозможности вежливом. Сейчас Штормовая Песня как будто сбросила сплетенную из слов маску.

–  За последние двадцать с чем-то лет, я нажала каждую кнопку, какую могла, чтобы остаться в Питтсбурге, - продолжила Штормовая песня, - даже если это значило кланяться этой заносчивой суке, Воробьихе [11] .

–  Почему?
– Тинкер все еще спотыкалась. Многие эльфы впервые изучили английский в Англии во времена Шекспира, и имели забавный акцент, даже если они и исправили порядок слов в предложениях и выбор слов. Штормовая Песня говорила на правильном Pitsupavute , как будто этот язык был ей родным.

–  Мне нравятся люди.
– Штормовая Песня перешагнула одним длинным шагом через упавшее дерево и остановилась, чтобы предложить руку Тинкер - автоматический жест вежливости, который казался очень неуместным сейчас.
– Им похуй, что могут подумать остальные [12] . Если они хотят что-то, что они считают подходящим для себя, их не волнует, что об этом подумает остальной ебаный мир [13] .

Тинкер удивила горечь в голосе воина.
– А чего бы хотела ты?

–  Я не была уверена, хочу ли я быть секаша , - она пожала плечами как человек, вместо того, чтобы прищелкнуть языком, как бы это сделал эльф.
– Сейчас у меня сомнений нет. Ветроволк дал мне год, чтобы прочистить мозги. Мне нравится быть секаша. Так что у меня… как говорят люди… сложности с этим.

Это объясняло короткую стрижку, голубую окраску волос и легкий налет бунтарства, который в ней чувствовался.

Внезапно Штормовая Песня крутанулась влево, толкая Тинкер себе за спину и одновременно выкрикивая горловую команду для активации магических щитов. Через голубые татуировки на ее руках хлынула магия и вспыхнула мерцающим голубым светом, который окружил ее тело. Штормовая Песня выхватила свой меч из железного дерева и согнулась в стойке готовности.

Тут же другие секаша активировали свои щиты и выхватили мечи, сгрудившись вокруг Тинкер. Они внимательно осматривали окружающую местность, но пока ничего видно не было.

Они находились в ненаселенной части Края, где молодые железные деревья смешивались с земным лесом и колючим кустарником, образуя практически непроходимую чащобу. Они стояли на оленьей тропе, шириной в одного человека, извивавшейся между плотным подлеском. В какой-то момент все замолчали и замерли. Тинкер осознала, что даже птицы затихли; даже они не хотели привлечь внимание того, что испугало Штормовую Песню.

Пони сделал жест левой рукой на Языке клинков.

–  Что-то собирается напасть, - прошептала Штормовая Песня на эльфийском, опять становясь секаша .
– Что-то большое. Я не знаю, как скоро.

– Yatanyai? – Прошептал Пони слово, которое Тинкер не узнала.

Штормовая Песня кивнула.

–  Что она видела?
– прошептала Тинкер.

–  То, что будет, - Пони махнул рукой, показывая, что они должны возвращаться путем, которым пришли.
– У нас уязвимая позиция. Мы должны отступить к…-

Что- то огромное и извилистое как змея вырвалось из теней. Прежде чем Пони прыгнул между ней и монстром, Тинкер успела заметить чешую, шипастую голову, и пасть, полную зубов. Существо ударило Пони, швырнув его на землю, его щиты вспыхнули, поглотив силу удара. Оно рванулось к Тинкер, но на его пути уже была Штормовая Песня.

–  Ну нет, не пройдешь!
– женщина- секаша отразила попытку зверя жестоко укусить Тинкер.
– Назад, доми , его привлекаешь ты!

Незаметным взгляду движением зверь сбил Штормовую Песню с ног, вцепившись зубами в ногу, щиты сверкнули как бриллиант, между его зубов. Клинки взмахнули мечами и закричали, пытаясь отвлечь тварь. Отпустив Штормовую Песню, существо прыгнуло, угнездившись высоко на стволе дуба. Когда оно замерло там, Тинкер в первый раз рассмотрела его полностью.

Оно было длинным и узким; двенадцать футов от носа до кончика хлещущего как бич хвоста. Несмотря на лохматую гриву, его шкура выглядела как кроваво-красная змеиная чешуя. С длинной шеей и короткими лапами, существо имело странные пропорции: голова казалась слишком большой для его тела, с мощной пастью, полной бесчисленными игольчатыми зубами. Вцепившись в ствол массивными когтями, оно шипело на них, оскалив зубы.

Его грива поднялась, как шерсть на загривке у собаки, и над зверем замерцал туман, словно волны тепла поднялись с горячего асфальта. Своими чувствами домана Тинкер ощутила присутствие магии, как будто по коже пробежало статическое электричество. Второй Клинок , Идущий По Облаку, выстрелил из пистолета. Пуля ударила в туман - вызвав вспышку в месте удара - и просто упала на землю. Тинкер почувствовала, как ощущение магии усилилось, когда кинетическая энергия пули перешла в энергию заклинания, подпитывая его.