Чтение онлайн

Опять море вопросов! И ни одного ответа. Пока что. Хватит с меня неизвестности. Я хочу понимать, что происходит. А учитывая, что одному из лидеров воюющих сторон я прихожусь женой, а другому двоюродной сестрой, то это уже, считай, семейное дело.

Надеюсь, телефон Александра я не удалила...

Через пару дней Игорь поехал (вернее, полетел - так быстрее) обратно под Сочи, в Лазаревское, в больницу к Надежде Дмитриевне. На этот раз вместе с племянницей. Он звал и меня, но я отказалась - было стойкое ощущение, что я там стану лишней. Расставаться с мужем не хотелось, но он сказал, что это на пару дней. Переживу как-нибудь. Да и Маше будет проще. Меня она по-прежнему старается не замечать, иногда буркнет какую-нибудь банальную колкость. Но я уже не злюсь, даже не обижаюсь. Жалко бедную. Ей уже, вроде, не так плохо, но до сих пор винит себя, страдает. Ходит как в воду опущенная, вялая, бледная. Видно, что все глаза выплакала. Ну как тут помнить прошлые обиды? Нет-нет, пускай они с Игорем едут без меня. Заодно Маша сменит обстановку, может перестанет так убиваться.

К тому же, если я по-прежнему хочу говорить с Одинцовым, лучше, если Игоря в городе не будет...

Ай-яй-яй, Анечка. Что ж ты творишь-то, а? Лезешь не в своё дело, да ещё за спиной у мужа. Обманываешь его. Узнает - прощения не допросишься. А то и вообще подумает, что женился на предательнице. Хочешь этого? Не стыдно тебе? Не хочу. Стыдно. Но как иначе? Закрыть глаза? Просто взять и выкинуть из головы всё то, что произошло в Волконке, Джея? Всё, о чём говорил папа? Наверно, это было бы идеальным вариантом. Но я не могу. Даже если бы захотела. Слишком серьёзно. Слишком важно.

А что ты, собственно, можешь сделать-то? Ну поговоришь с Одинцовым. И что? Думаешь, он вдруг изменит свою позицию и побежит к Игорю с криком: "Мир, дружба, жвачка"? Может, ты и стала женой главного бунтаря, но всю кашу заваривает он. Не ты.

Ой, всё, всё! Хватит! Решила - сделаю. А то потом себе все локти обгрызу, что не воспользовалась такой возможностью.

Прийти из института, собраться с духом. Послать к чёрту все сомнения, забыть о них. Взять телефон, снова набрать номер офиса Одинцова, сказать, что с ним хочет поговорить сестра...

– ...Прошу прощения, - ответил приятный женский голос, - но Александр Леонидович сейчас очень занят. Что ему передать?

– Чтобы перезвонил по этому номеру, как только освободится. Это очень срочно.

Мы мило распрощались, и я начала ждать. Ждать, ждать, ждать. Сначала сидела у себя в комнате, слушала музыку. Потом пошла слоняться по квартире. Зашла в комнату к мужу, со скуки поковырялась в платяном шкафу. Почувствовала отголоски странного запаха - эдакая смесь пива, сигаретного дыма и женского парфюма. Начала копать глубже - далеко, на самом краю, за рубашками, брюками и пиджаками, обнаружила старую, капитально заношенную... косуху. Не сдержала улыбку. Эдакий привет из молодости. Да, пожалуй, в этом весь Игорь.

Вышла на улицу, погуляла. Вернулась. Доделала курсовую. Позвонила Оксане. Поела. Помогла Юле приготовить что-нибудь на завтра. И опять к себе, не выпуская из рук телефон.

Ну когда?! Я же специально уточнила - очень срочно! Неужели, самому Александру не интересно, что мне от него понадобилось? Я бы умерла от любопытства!

Чудо случилось почти в одиннадцать, когда я уже перестала надеяться.

– Добрый вечер, Анна. Прошу прощения за столь поздний звонок, вырваться раньше не было никакой возможности. Чем обязан?

Приятная вежливость, даже любезность. Интересно, только она, или с насмешкой? После всего того, что было на той вечеринке... ой-ёй-ёй, совсем про него забыла...

– Я хотела извиниться, - вырвалось у меня вместо заготовленного приветствия.
– За тот приём. За то, что я тогда делала. Это была не я. Ну, не совсем я. Не полностью. Простите. И ещё я бы хотела встретиться. Ещё раз. Не на приёме, конечно! Всё равно где. Поговорить.

Молчание.

Ну ты и дура, Анечка! Несколько часов продумывать вопросы, своё поведение, тон, манеру речи - и в итоге вывалить всё кучей, на одном дыхании! Что о тебе теперь подумают?!

– О чём?
– наконец произнёс Александр всё также вежливо.

Как хорошо, что он не может меня видеть! Стыдно. Очень. Но не бросать же теперь трубку! Соберись!

– О судьбе Сергея Исаева.
– Глубоко вдохнув, я заставила себе говорить более ровно, спокойно.
– А также о ваших... взаимоотношениях с моим мужем.

Мне показалось, или я слышала тихое хмыканье?

– При всём моём уважении, Анна, - однако вежливый тон остался, разве что чуть похолодел, - я бы хотел оставить наши с господином Белозерским... взаимоотношения между нами двумя. Исключительно. Что же до господина Исаева - его нынешнее состояние требует постоянного ухода. И охраны. Для безопасности как самого Сергея, так и окружающих. Ваш супруг об этом не упомянул?

– Мой супруг полагает, что это похищение, - ответила я, теперь уже полностью копируя тон собеседника.
– Александр, вам не кажется, что это не телефонный разговор?

– Мне кажется, - уже чуть резче, - его не стоит продолжать. Нет смысла.

– Почему же? У меня ещё есть вопросы. Много.

– Боюсь, вы задаёте их не тому человеку, Анна. У меня нет для вас ответов.

Теперь хмыкнула я.

– У кого же мне их искать, если не у вас?

– Спросите мужа - уверен, он вам всё разъяснит. А теперь прошу прощения, у меня ещё осталась пара неотложных дел. Доброй ночи.

Отключился.

Вот и поговорили!

Ладно. Хорошо. Прекрасно. Как сказал бы Игорь - не хочешь по-хорошему, будет по-моему.

На следующий день, вместо института, я поехала в офис. С утра, к открытию, чтобы поймать Александра прямо на входе. А то ещё запрётся у себя в кабинете - не выманишь.

Но, как оказалось, Одинцов тоже трудоголик - офис открылся пять минут назад, а он уже был на рабочем месте. И, конечно же, никого не принимал!

Ладно. Хорошо. Прекрасно. Мы не гордые, подождём. Хоть час, хоть два, хоть три. Хоть весь день. Но без ответов я не уйду.

Приёмная большая, в бело-стальных тонах. На мой вкус, хоть и красивая, но слишком холодная, неуютная. Ну и ладно. Главное, что кресла мягкие.

Заняв позицию чётко напротив лифта, я приготовилась к осаде. Через пять минут симпатичная девушка на ресепшене (кажется, Марина, если я правильно запомнила надпись на бейдже), подошла и предложила кофе. Я вежливо отказалась.

– Могу я что-то ещё для вас сделать?
– тоже очень вежливо поинтересовалась она.

Чудится, на самом деле за этим кроется, мол, чего тебе ещё тут надо, ненормальная?

– Если вас не затруднит, передайте, пожалуйста, Александру Леонидовичу, что его ждёт сестра.

– Сожалею, но Александр Леонидович не сможет сегодня вас принять. У него...

– Тогда передайте, что я не уйду отсюда пока не встречусь с ним.

После этих слов в Марине что-то коротнуло, и улыбка погасла, а я почувствовала запах напряжения и тревоги. Но буквально через пару секунд включился резервный источник, и улыбка снова загорелась.

– Хорошо, я обязательно передам.

С этими словами девушка отошла. Выждав минут пять, как бы невзначай подошла к одному из охранников, что-то сказала. Посмотрев на меня, он куда-то позвонил. Девушка молча ждала, изредка бросая на меня тревожные взгляды. Я её понимала, да и вообще чувствовала себя эдаким маньяком-преследователем. Но уходить не собиралась. Хотя, если охранник всё-таки подойдёт, будет сложнее. Мягко говоря...