Чтение онлайн

И тут подбежал Димка, у него кончились пары. Его группа занималась в главном корпусе, большом солидном здании со шпилем.

Зелёная кепочка в клеточку на голове Морквинова никак не гармонировала с формой университета ЧАЛИКУН. Форма представляла собой синий пиджак с ромбами на локтях и спине, похожими на заплатки, синие брюки, только уже без ромбов. На груди красовался значок - герб ЧАЛИКУНА с указанием факультета. Женская форма отличалась цветом - тёмно-фиолетовая, а еще, в комплект, вместе с брюками и пиджаком входила клетчатая юбка, чуть выше колен.

Площадка, на которой мы, собственно, находились, кишела студентами, вышедшими на перерыв. Я чувствовал себя в этой толпе некомфортно.

– И всё равно ты бледен, как вампирёныш.
– Заметил Димка, ущипнув меня за щёку, у его зелёной рубашки были слишком длинные рукава, которые торчали из-под пиджака.

– К чему ты это сказал?
– не понял я, отмахнувшись.

– Просто, думалось, что если чаще на солнышко выпускать, а то ты сидишь в помещении, как затворник, будешь выглядеть здоровее и нальёшься румянцем...

– Я не похож на яблоко.

Я так и представил, как по Димкиному описанию должен налиться румянцем. Флора незаметно встала и кашлянула, привлекая к себе внимание.

– Семён, а это кто?
– спросила она, требовательно.

– Это мой друг, Морквинов Дмитрий.
– Спокойно представил я, в то время как Димка вытаращил на Флору глаза и перевёл взгляд на меня.

– Да, это я.
– Кивнул он, считая, что сейчас надо вставить реплику.

– А я Флора!
– сообщила девушка и пожала Димке руку.

Морквинов ошалело похлопал глазами, потом шепнул мне на ухо:

– Я сплю, да? Скажи, мне мерещится, что вижу тебя с девушкой?...

– Нет, не спишь....

Не дав закончить фразу, он воскликнул:

– Ура! Мой друг возвращается!
– и ткнул локтем в бок.

– Ты чего?
– не понял я, ойкнув.
– Стипендию повысили, или это на тебя так весна влияет?

– Он такой странный!
– Флора тоже была в замешательстве.

Причина Димкиного ликования до нас не доходила.

– Ну, как же! Ты снова будешь радоваться, смеяться, улыбаться, в конце концов! Траур закончился!.. Я так по тебе скучал, так скучал!

Он не сдержался, и обнял меня.

– Что на тебя нашло?!
– возмутился я, отталкивая его.

– Может, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
– попросила Флора Никс, теряя терпение.

– Как! Вы что, не встречаетесь?!
– ошарашено вскрикнул он.

Никс засмеялась, прикрывая рот ладонью.

– Флора просто мой друг детства.
– Пояснил я, безо всякой улыбки.

– И не собираетесь?..

– Нет.

Димку мой ответ не порадовал:

– Ну, нельзя же так...

– Ладно, я пойду.
– Бросил я, желая избежать неприятных разговоров.

Дождавшись, пока отойду на достаточное расстояние, Морквинов сообщил Флоре:

– У него ведь день рождения завтра...

– Правда? Надо бы подарить что-нибудь, поздравить!
– спохватилась Никс.

– Можешь не утруждаться.
– Печально вздохнул Димка.
– Он ничего не празднует. Грустит...

– А почему?
– поинтересовалась Флора, ей уже было меня жалко.

Димка, как натренированный сплетник, решил поведать ей всё, но очень кратко:

– С ним столько всего приключилось... Его девушка, Карси, принцессой оказалась, а потом её убила злая колдунья. А теперь Семёна еще и сумасшедшим считают, как тут не загрустить?

– Как ужасно, это правда?

– К сожалению, да. Не знаю, что сделать, чтобы он снова стал улыбаться. Второй год почти, в трауре, умереть всё хочет. Разве так можно? Вот и я думаю, нужно что-то делать, а то ведь зачахнет.

– А мне Семён таким не показался.
– Не поверила Флора.
– Он сухо, как-то встретил, даже не понятно, рад или нет. Еще на что-то сердится...

Морквинов фыркнул и пояснил:

– Это он себя так ненавидит.

***

В огромном холле дворца меня ожидало следующее зрелище.

Альфред решил поставить рекорд, выстроить башню из карт, стоящих по линеечке друг на друге. Вокруг, стараясь не делать резких движений, стояли дворецкие с упаковками карт, Мартина и Сулитерия напряженно следили, как Альфред, высунув язык, аккуратно двигает магией карту к вершине. От усердия у него на лбу выступили капельки пота. А карточная змейка даже не шелохнулась, возвышаясь чуть ли не до потолка.

Входная дверь открылась, я вошел слишком резко, змейка затрепетала, но не упала.

– Не дышать!
– с видом профессора приказал мне Альфред.

Я замер, не поняв, что они тут творят, и брат Карсилины успешно водрузил карту.

– Еще!
– Альфред протянул, не оборачиваясь, словно хирург во время операции, руку к дворецкому, который тут же вытащил из колоды карту.

И снова, юноша аккуратно начал поднимать её наверх, к потолку, не отрывая от карты взгляда.

– Это что?
– не решаясь пошевелиться, спросил я.

– Альфред ставит спортивный рекорд.
– Ответила Мартина.

– Сулитерия обвиняет, что я не спортивный, и у меня нет никаких достижений, вот я ей и доказываю обратное.
– Пояснил её брат, не отвлекаясь от процесса.

– А обязательно это делать в проходе перед лестницей?

– Так ведь труднее. Это, как бег с препятствиями.
– Сказал Альфред.

– Он меня не правильно понял.
– Вставила Сулитерия.
– Да и что это за спорт такой?

Альфред промолчал, карта двигалась всё выше и дрожала.

– Ну же!
– шептала Мартина.

В этот самый не подходящий момент, по лестнице спускался мой отец, он тяжело дышал и волновался. Не обратив на сооружение внимания, он сбил карточную змейку, и они разлетелись по холлу, падая нам на головы.

Альфред застыл на месте, усыпанный картами.

– Прохор Платонович, мы тут вообще-то рекорд ставим!
– возмутилась Мартина.

– Ставьте в другом месте.
– Посоветовал тот.

Но замечание Мартины заставило его остановиться и обратить внимание на окружающих.