Волшебство на грани 2
Шрифт:
– Неужели я такая страшная?..
– Нет, нет. Ты очень красивая!
Карси порозовела. Она этого не ожидала.
– У тебя великолепные крылья. Это так хорошо, когда можешь летать, не боясь разбиться!.. Побудь со мной.
– Я никуда не ухожу...
Я смотрел в её зелёные глаза, и мне казалось, что тону. На потолке распускались фиалки.
– Карси, я же тебя люблю!...
Сказав эту фразу, я провалился в сон.
Если честно, если бы тогда был в здравом уме, и в здравой памяти, признаться в своих чувствах так и не решился бы. Вы не представляете, как, порой, это бывает трудно!..
2
Привет из прошлого
2007 год. Апрель...
Сегодня двадцатое. Унылый день. Небо заволокли серые тучи, накрапывал противный дождик...
Сидя на паре по истории Листона, я заставил себя не смотреть в окно и записать важную дату на полях. Афанасий Лоин, что сидел рядом со мной на последней парте, зевнул.
– Как же хочу спать...
– Пожаловался он, снимая очки и протирая их тряпочкой.
– Глаза слипаются. Ну не кощунство ли, полвосьмого утра!
Не получив никакой реакции на реплику, он с любопытством глянул мне в тетрадь, я что-то рисовал на листе в клеточку. Он следил за движением ручки, как зачарованный, наблюдал за тем, как появляются линии, контуры.... Даже от лекции отвлекся, что бывало крайне редко.
Заметив это, я одарил однокурсника непонятливым взглядом. Тот вздрогнул:
– А ты, это...
– Смутился он.
– Почему не записываешь?
– Решил в Раю Демонс мутировать?
– недовольно спросил я, загораживая рисунок ладонью.
Рая Демонс была нашей старостой и постоянно совала свой нос в чужие дела.
– Красиво рисуешь. Это ведь, Карсилина?
– поинтересовался Лоин, давая понять, что всё видел.
– Похоже очень...
Ручка с громким стуком упала со стола. Точнее, это я, вздрогнув, столкнул её локтем. Любое упоминание о Карси причиняло боль.
А ведь уже больше года прошло...
– Ты чего?
– шепотом спросил Лоин, заметив, как я вздрогнул.
– Голова кружится...
– Единственное, что смог я придумать.
Быстро побросав тетради в сумку, встал из-за парты и, стремглав, выбежал из кабинета. Нужно было прийти в себя.
– Мылченко!
– Ларина Венировна была возмущена.
– Куда вы! Лекция еще не кончилась! Я буду жаловаться! Это хамство!
Но дверь уже захлопнулась.
– Он к врачу отправился.
– Тут же подал тихий голос Афанасий.
– А вам не кажется, Лоин, что ваш сосед по парте симулянт?
– насупилась преподавательница, стукнув по доске указкой.
– Может, ему скучно меня слушать, и он решил, что веселее будет сбежать.... Это не первый раз, когда Мылченко сбегает посреди пары.... Всё, хватит с меня! Я напишу докладную. И никакой богатый папочка не поможет! Я буду жаловаться...
Гневная тирада продолжалась долго. Рая Демонс со своей соседкой по парте опасливо переглянулись.
– Только и знает, что веселиться! Еще и форму университета не носит, обязательную для всех! Небось, такие вечеринки на весь Чалиндокс дома устраивает, а на учебу ему плевать!
– Лицо Ларины Венировны побагровело.
– Если его отец богат, это еще не значит...
– Простите, - Рая Демонс, не могла слушать дальше, - но я давно уже не видела его веселым....
– Передайте вашему "бедняжке", что в среду после уроков пусть принесет мне конспект параграфов четыре, пять и шесть и выучит параграф седьмой! А докладную я всё же напишу!
***
Пройдя до конца коридора, я остановился перед окном и тяжело вздохнул. Дальше уйти не успел, услышав:
– Семён, почему ты не на лекции?
Это был наш декан, по фамилии Магик. Почему всё никак имя его не вспомню?
В руках он держал какую-то синюю папку.
– Прогуливаю.
– Сказал я, не пытаясь оправдаться.
Пусть делают, что хотят. Мне всё равно.
– У тебя появились дела, которые важнее учёбы?
– поинтересовался декан, он был даже не возмущен. Скорее, не понимал, почему я так делаю. Да и относился ко мне снисходительно.
– Нет, просто иду домой. Можете отчислять...
– Стой! Ну, почему сразу отчислять! Ты обещал мне и своему отцу, что будешь стараться выйти из депрессивного состояния и больше не убегать с лекций...
– И что?
– Скептически буркнул я.
– Папа нанял вас в качестве няньки?
Казалось, это уязвило Магика, но тот и глазом не моргнул:
– Он попросил приглядывать за тобой, и пресекать некоторые опрометчивые поступки, среди которых желание отчислиться. Парень ты способный, мозги есть, поэтому...
– Можно я пойду?
– Семён! Ты должен пообещать, что больше не будешь сбегать с учёбы. Многие преподаватели жалуются.
Я промолчал, желая поскорее уйти.
– И ещё. Почему не носишь форму нашего университета? Тебе она не нравится?
– Дело не в этом.
– Уклончиво ответил я.
– А в чем?
– Простите, не могу сказать.
Декан нахмурился, глядя на мою чёрную рубашку, сжал покрепче папку и произнёс:
– Принцесса.... Бедная девочка. Я знаю, что это трагедия всей страны, но не стоит тебе так зацикливаться. Попробуй жить настоящим. У вашей группы практика в ДС на следующей неделе, а там нужно обязательно носить униформу. Приди завтра в форме ЧАЛИКУНА, пожалуйста.
Он замолчал, отвернулся и скрылся за дверью кабинета.
А я понуро отправился обратно на лекцию. Буду делать вид, что пытаюсь...
Не обращая на то, что осталось десять минут до звонка, внимания, открыл дверь и вернулся в аудиторию. Ларины Венировны не наблюдалось.
– Ты не ушел?
– удивилась Раиса Демонс, округлив глаза.
– Венировна докладную умчалась писать...
– Тут же сообщила Нэйза, прыщавая волшебница с косичками.
Молча, я вернулся на место рядом с Афанасием. Тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но вовремя передумал.
А Рая Демонс, увлеченная ролью старосты, ведущей своих непутёвых однокурсников в светлое будущее, деловито подошла и спросила:
– Слушай, Семён, я постоянно забываю.... У тебя День Рождения завтра или послезавтра...
– Хочешь совет?
– грубо отозвался я.
– Возьми ведомость, открой, посмотри, там всё написано...
Демонс поджала губы, уязвлено фыркнула и заявила:
– Знаешь что! Даже поздравлять тебя расхотелось!..
– А вы и не обязаны скидываться на подарок и ставить меня перед фактом, что жизнь стала короче еще на год.
– Прервал я её тираду.
– Всё ближе и ближе к смерти...