Волшебство на грани 2
Шрифт:
– Нам лучше держаться вместе!
– шикнула Трегторф.
– Для чего, если вы мне мешаете!
– возразила принцесса.
Сулитер снова её одернула:
– Мы из одного мира, нам нельзя теряться! Кроме того, мне тоже не безразлично, что будет с Семёном!
Карси грубо одернула её руку:
– Такими темпами мы не успеем!
Затем, на удивлении Сулитерии, девушка, схватившись за голову, присела на корточки, тихо шепча, как заклинание: "Спокойно, спокойно, спокойно...". И её не заботило то, что подол платья коснулся земли.
– Карси? Ты чего?
– Сулитерия никогда её такой раньше не видела. Куда подевалась уверенная в своей правоте и всегда настроенная на победу принцесса Карсилина Фротгерт?
– Ему очень холодно.
– Бормотала девушка, потирая свои виски.
– Еще чуть-чуть, и он умрет...
– Ну-ну, мы вызволим Семёна оттуда.
– Сулитерия расчувствовалась, ей хотелось взять и прижать к себе Карсилину, погладить по голове и сказать, что всё будет хорошо. Трегторф была готова расплакаться, но не позволяла себе этого.
– Январис его мучает....
Сулитерия опустилась рядом с ней и обняла подругу, впервые за это время она чувствовала к принцессе что-то, кроме ненависти.
– Семён сильный, он справится.
– С теплом в голосе произнесла Трегторф.
– Ему достаточно знать, что ты жива, тогда он многое преодолеет.
– Сулитерия не верила, что когда-нибудь скажет это. Она действительно так считала, и именно по этой причине недолюбливала Карси.
– Значит, он верит, что я приду и вызволю его оттуда.
– В голосе Карсилины слышалась растерянность, она не представляла, что делать дальше.
– Мы, придем, вместе. Неужели ты думаешь, что я брошу тебя совершать глупости в одиночку? Особенно, если эти глупости должны спасти жизнь человеку!
– К Сулитерии вернулся тон, с каким она обращалась к Карси, когда они дружили, и Карсилина тогда, единственная из всех, верила в то, что юная колдунья не состоит в сговоре со своей тетушкой.
Тюбенций осторожно подошел ближе и стоял позади, не решаясь напомнить о своём существовании. В общем, Карси, насчет него права, этот юноша действительно труслив, а пугливым людям показушная храбрость не идет, она смотрится нелепо. Хотя, вы сейчас скажете, может, таким образом, отправившись в путешествие, покинув родную деревню, высвободившись из-под маминого крылышка, парень борется со своими фобиями?
Карси и Сулитерия поднялись, принцесса казалась намного спокойнее, и даже без злости взглянула в сторону Тюбенция.
– Мы успеем, не знаю, как, но давайте верить в это.
– Улыбнулась Карсилина.
– В следующем населенном пункте снова будем слушать легенды про Январиса?
– решил-таки сказать Тюбенций.
– Нет, мы попросим помощи у Декабрины. Её-то мы можем позвать?
– Не знаю...
И тут раздался тоненький детский голосок:
– Конечно, вы можете рассчитывать на мою помощь, Сулитерия.
– И перед ними появилась двенадцатилетняя девочка с белоснежными волосами, некоторые люди приняли бы её за Снегурочку.
Яркое солнце не доставляло этой бледнокожей малютке никаких неудобств. Хотя, в таком наряде, будь она нормальным человеком, ей должно быть жарко.
Карси смотрела на девочку удивленным взглядом, наверное, она зимний месяц представляла немного по-другому. Более взрослой, что ли, а то и совсем старухой.
– Значит, ты и есть Декабрина?
– не поверила она.
– Да, это я.
– Кивнула девочка, и улыбнулась.
– А ты Карсилина Фротгерт?
– Откуда ты знаешь моё имя?
– Карси даже не поверила, с интересом разглядывая новую спутницу, что та не назвала её Мирелью, невестой принца Пятимара.
– Ваш друг Семён кое-что рассказывал, а еще я умею читать мысли, так что догадаться, кто именно передо мной стоит, не составляет особого труда...
– Отлично!
– Перебила принцесса, не давая той высказаться, воодушевляясь таким удачным стечением обстоятельств.
– Значит, ты поможешь нам его найти!
Затем, она дружески хлопнула Декабрину по плечу, обморозив об неё свою ладонь. Девочка, впрочем, не обиделась.
– Помогу, тем более, я знаю, как добраться до убежища моего брата Январиса.
– Кивнула Декабрина.
– Значит, ты нас туда приведешь?
– Уточнила Карсилина, разминая замерзшие пальцы на правой руке.
– Здорово, никогда не думал, что встречу вживую зимний месяц!
– Наконец, воскликнул Тюбенций, до этого пребывавший в скромном молчании, теперь же, не скрывал своего восхищения. Он в этот момент больше напоминал фаната, встретившего кумира, чьими постерами завесил всю стену, и готового просить автограф. Хорошо хоть в обморок не падал!
– И как до него добраться?..
– спросила Сулитерия, которая стояла рядом с Карсилиной. Солнце припекало, и хотелось встать в тень, но тогда пришлось бы сойти с дороги.
– Я могу доставить туда только одного из вас.
– Заявила Декабрина.
– Почему?
– Сулитерия этого не понимала.
– Мы не можем сейчас разминуться! Мы с Кари из одного мира, мы же...
– Я прекрасно понимаю твоё возмущение.
– Прервала девочка Сулитерию, и повлекла всех за собой по дороге. Неизвестно, куда, неизвестно, зачем. Надо было, чтобы зимний месяц сказала, как добраться до Январиса.
Трегторф была уверена, что она - та самая, которая удостоится чести спасти меня. Она, в отличие от Карсилины, более живучая, с этим не поспоришь. Однако у зимних месяцев на сей счет, был другой план. И Декабрина свято верила, что если ему следовать, то Январис меня отпустит. Глупый обмен!
– Сулитерия права, мы не можем бродить в одиночестве!
– не согласилась Карсилина.
– Одному будет сложнее.
– Я помогу.
– Декабрину не переубедить.
– Просто, вы не понимаете, насколько это опасно.
– Мы понимаем, но отступать не собираемся.
– Никто еще не возвращался из логова моего брата. Вы там сгинете...
– А Семён как? Он там не сгинет?!
– вспылила Карсилина, пнув крупный круглый камень, который тут же улетел с дороги.
– Я постараюсь не допустить...
– И поэтому проведешь нас к своему братцу!
– задорно перебила Карси, на этот раз она решила не притрагиваться к Декабрине.
– Только одного из вас. Я не могу вести на гибель всех троих!
– Зимний месяц, однако, стояла на своём.
– Если что, я могу остаться!
– Тут же подал голос Тюбенций, а то вдруг эта девочка в костюме Снегурочки решит, что он - тот самый герой. При этом ему уже было всё равно, кого из девушек Декабрина возьмет с собой. Главное, что свою жизнь он сохранит, это важнее.