Чтение онлайн

Сегодня ведущая роль в решении задач своевременного вскрытия вызовов и угроз безопасности России, в том числе связанных с ГВ и цветной революцией, принадлежит ряду государственных структур: Федеральной службе безопасности (ФСБ России), Службе внешней разведки Российской Федерации (СВР России), Национальной гвардии Российской Федерации.

Разведывательная деятельность в пределах своих полномочий осуществляется:

• Службой внешней разведки Российской Федерации — в политической, экономической, военно-стратегической, научно-технической и экологической сферах;

• органом внешней разведки Министерства обороны Российской Федерации — в военной, военно-политической, военно-технической, военно-экономической и экологической сферах.

Деятельность органов ФСБ России осуществляется в пределах государственных границ страны по следующим основным направлениям: контрразведывательная деятельность; борьба с терроризмом; борьба с особо опасными формами преступности; разведывательная деятельность; пограничная деятельность; обеспечение информационной безопасности.

В перечень общих полномочий войск национальной гвардии входит ведение разведки в районах выполнения служебно-боевых задач. Организация и порядок ведения разведки войсками Национальной гвардии определяются нормативными правовыми актами президента Российской Федерации.

Военная разведка как орган внешней разведки Министерства обороны. Российской Федерации осуществляет комплекс мероприятий по добыванию и обработке данных о действующем или вероятном противнике, его военных ресурсах, боевых возможностях и уязвимости, а также о ТВД. Военная разведка является важным видом боевого обеспечения и сочетает в себе весь комплекс наличных сил и средств стратегической, оперативной и тактической разведки.

Таким образом, Российская Федерация располагает несколькими органами разведки, сферы ответственности которых внутри страны и за рубежом частично перекрываются. Кроме того, доклады по внешней и внутренней обстановке поступают по линии МИД, МВД и некоторых других ведомств.

С одной стороны, такое разделение ответственности способствует поддержанию здоровой конкурентной атмосферы, позволяет сопоставлять данные, полученные из различных источников, а с другой, может привести к созданию «информационного хаоса» у потребителей информации на стратегическом уровне, когда значимые, иногда противоречивые сведения могут не получить должной оценки или просто не будут замечены. В результате реакция органов стратегического руководства может оказаться неадекватной, замедленной или отсутствовать вообще.

Сказанное еще раз подтверждает необходимость создания межведомственного органа по противодействию ГУ с включением в его структуру информационно-аналитического центра, в задачу которого будет входить оценка ГУ и доклад обобщенной информации высшему руководству страны.

Важнейшей задачей является подготовка кадров аналитических работников, способных уверенно оперировать данными по всему комплексу ГУ национальной безопасности России.

4.2. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДИПЛОМАТИИ И РАЗВЕДКИ В ГИБРИДНОЙ ВОЙНЕ

Как уже отмечалось, с учетом гибридной структуры разведки важной представляется организация теснейшего взаимодействия между дипломатией и разведкой как инструментами защиты интересов государства на внешнеполитической арене.

Как писал М.В. Фрунзе, подготовка к войне и ведение войны в целом являются не только наукой, но и искусством. Причем военное искусство имеет свою практическую и теоретическую стороны, и последняя является составной частью военной науки. Главное в военном деле — единство военной науки и практики военного искусства, поэтому речь идет не о противопоставлении этих понятий, а о более глубоком выяснении их специфики и тех существенных неразрывных связях, которые обеспечивают их единство.

Профессор В.И. Винокуров в работе «Искусство дипломатии и разведки» обращает внимание на полное соответствие этих положений применительно к такой специфической области, какой являются дипломатия и разведка. «Как военная наука и практика военного искусства являются двумя сторонами военного дела, так и теория и практика дипломатии и разведки составляют две её стороны как части, близкой к военному делу»[109].

Именно сочетание возможностей этих двух видов государственной деятельности способно обеспечить опережающее отражение при разработке стратегии / контрстратегии ГВ, что означает дать руководству страны перспективное видение развития военного конфликта, основанное на четко выстроенной последовательности действий, которые следует выполнить для того, чтобы достигнуть поставленной цели.

Известный российский (советский) дипломат профессор В.И. Попов отмечает: «Условно говоря, цели и той и другой государственной службы в некоторой степени одинаковы — защита интересов своей страны путём сбора информации в зарубежных странах о действиях и планах их правительств. Но способы добывания информации и влияние действий этих двух структур на развитие событий кардинально отличаются друг от друга, да и источники информации далеко не одинаковы. Задача разведки — охватить такие стороны жизни государства, какие недоступны открытому наблюдению, то есть дипломатии»[110]. И приходит к выводу: «Итак, не надо смешивать разведку и дипломатию. Но не следует также не видеть в них и общего».

В гибридном военном конфликте практика дипломатии и разведки, деятельность которых охватывает все сферы общественной жизни государства, связана с умением, мастерством, основанными на глубоких теоретических знаниях, и способности творчески применять их в СОС.

Теория взаимодействия дипломатии и разведки в ГВ представляет собой целостную систему взглядов, основанную на обобщении исторического опыта использования способов и приемов ведения дипломатической и разведывательной деятельности. Такой деятельности присущи внутренние, глубокие и существенные объективные связи, в ней есть общее, устойчивое и повторяющееся с силой необходимости.

Знание законов ГВ и умелое сочетание их с законами и принципами разведывательной и дипломатической деятельности создаёт основу для стратегического прогнозирования и планирования обеих видов деятельности, позволяет действовать осознанно при реализации национальных интересов своей страны.

Однако применение положений теории дипломатии и разведки применительно к условиям ГВ требует творческого подхода. С учетом сложного, комплексного вида гибридного военного конфликта, ряда присущих ему факторов теоретические положения не могут применяться во всех случаях с известной степенью автоматизма и гарантированным одинаковым исходом, как законы естественных наук.

ГВ готовится и ведется в соответствии с присущими только этому виду военного конфликта объективными законами, которые в рамках взаимодействия разведки и дипломатии нередко переплетаются и даже противостоят присущим каждому из взаимодействующих субъектов нормам и правилам. Такое переплетение создаёт самые противоречивые ситуации, характеризующиеся изменчивостью и неопределенностью, формирует так называемый «туман» ГВ[111].

Например, ГВ в соответствии с законом отрицания факта её ведения не объявляется, что никак не соответствует принятым в дипломатии правилам объявления войны и выполнению последующих шагов (высылка дипломатического персонала на взаимной основе и др.). Следует упомянуть и присущий ГВ закон приоритетности операций по оказанию когнитивного разрушительного воздействия на сознание и психику людей, использования технологий цветной революции в качестве катализатора операций ГВ с целью манипуляций сознанием людей и ускорения развала государства. В эту группу входит и ряд других законов, связанных с технологиями формирования СЗ как ТДГВ и пр.