Чтение онлайн

Гермиона отработанным движением подняла руку раньше всех, Слизнорт указал на нее.

— Это сыворотка правды, жидкость без цвета и запаха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, говорить правду, — сказала Гермиона.

— Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слизнорт. — А теперь… — Он указал на котел посередине. — Это зелье также широко известно… Кто знает?..

Гермиона снова быстрее всех подняла руку.

— Это Оборотное зелье, — сказала она.

— Отлично, отлично! Ну, а это… Да, моя дорогая, — сказал Слизнорт, слегка ошарашенный активностью Гермионы, которая снова подняла руку.

— Это Амортенция!

— В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясенный Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует?

— Это самое мощное приворотное зелье в мире! — сказала Гермиона.

— Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску?

— И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и еще оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и…

Тут она слегка порозовела и не закончила фразу.

Вот, значит, в чем дело! В ее памяти возникли ее любимые запахи потому, что она их ощущала в данный момент! И все потому, что рядом стоял котел с любовным напитком…

— Позвольте узнать ваше имя, моя дорогая? — меж тем спросил Слизнорт.

— Гермиона Грейнджер, сэр.

— Грейнджер… Грейнджер… Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагворт-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное Общество Зельеварителей?

— Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов.

Слизнорт нимало не огорчился — напротив, он так и лучился улыбкой, переводя взгляд с Гермионы на Гарри, который сидел рядом с ней.

— Ага! «Моя лучшая подруга — из семьи маглов и учится лучше всех на нашем курсе»! Полагаю, это и есть та подруга, о которой ты говорил, Гарри?

— Да, сэр, — сказал Гарри.

— Очень хорошо, мисс Грейнджер, примите заслуженные двадцать очков в пользу Гриффиндора, — добродушно проговорил Слизнорт.

Лиз улыбнулась. Она видела, как Гермиона, сияя, повернулась к Гарри и зашептала что-то. Без сомнения, слова благодарности, решила она.

— Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь., - продолжил Слизнорт.
– Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. О да, — прибавил он, серьезно кивая недоверчиво ухмылявшимся Малфою. — Вот поживете с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения… А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе.

— Сэр, вы не сказали, что в этом котле. — Эрни Макмиллан указал на маленький черный котел, стоявший на учительском столе. В нем весело плескалась жидкость цвета расплавленного золота, большие капли подскакивали над поверхностью, точно золотые рыбки, но ничего не проливалось наружу.

— Ага, — снова сказал Слизнорт. — Да. Это. Что ж, леди и джентльмены, это весьма любопытное зельице под названием «Феликс Фелицис». Насколько я понимаю, — с улыбкой повернулся он к Гермионе, которая громко ахнула, — вы знаете, как действует «Феликс Фелицис», мисс Грейнджер?

— Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла Гермиона. — Оно приносит удачу!

Все выпрямились на стульях. Лиз чувствовала, как напрягся рядом с ней Малфой, да и все остальные. Почему-то ей это зелье не показалось особенным.

— Совершенно верно, еще десять очков Гриффиндору. Да, забавное это зелье, «Феликс Фелицис», — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварено правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться… по крайней мере пока длится действие зелья.

— Почему же его не пьют постоянно, сэр? — азартно спросил Терри Бут.

— Потому что при неумеренном употреблении оно вызывает головокружение, безрассудство и опасный избыток уверенности в себе, — пояснил Слизнорт. — Хорошенького понемножку, знаете ли… В больших дозах это зелье чрезвычайно токсично. Но изредка, по чуть-чуть…

— А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спросил Майкл Корнер с живым интересом.

— Дважды в своей жизни, — ответил Слизнорт. — Один раз, когда мне было двадцать четыре года, и еще раз — когда мне было пятьдесят семь. Две столовые ложки за завтраком. Два идеальных дня.

Он мечтательно устремил взор в пространство. «Актерствует он или нет, — подумала Лиз, — но выглядит это впечатляюще».

— И это зелье, — сказал Слизнорт, словно очнувшись, — будет наградой на нашем сегодняшнем уроке.

Наступила такая тишина, что бульканье зелий в котлах как будто стало в десять раз громче.

— Один малюсенький флакончик «Феликс Фелицис». — Слизнорт вынул из кармана миниатюрную стеклянную бутылочку и показал ее всему классу. — Доза рассчитана на двенадцать часов удачи. От рассвета до заката вам будет везти во всех ваших начинаниях. Но я должен вас предупредить, что «Феликс Фелицис» запрещен к использованию на любых официальных состязаниях, таких, как спортивные соревнования, экзамены и выборы. Поэтому наш победитель должен будет использовать его только в обыкновенный день… и пусть этот день станет для него необыкновенным!Так что же нужно сделать, чтобы выиграть этот сказочный приз? Обратимся к странице десять «Расширенного курса зельеварения». У нас осталось немногим больше часа, и этого времени вам должно хватить на пристойную попытку сварить Напиток живой смерти. Я знаю, что до сих пор вы не приступали к таким сложным зельям, и потому не жду идеального результата. Во всяком случае, тот, кто добьется наилучших результатов, получит в награду этого маленького «Феликса». Начали!

Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже со звоном ставил гирьки на весы, но никто не произносил ни слова. Сосредоточенную целеустремленность, царившую в классе, можно было, кажется, пощупать рукой. Лиз видела, как ученики лихорадочно листают «Расширенный курс зельеварения», дрожащими руками переворачивают страницы или взвешивают первые ингредиенты. Однако Лиз, может из-за плохого настроения, а может из-за присущего ей хладнокровия на этом предмете, спокойно взялась за дело. Вероятно, она была единственной в классе, кто не гнался за призом, а просто выполнял поставленное задание. Несмотря на это, у Лиз не все получалось. Сперва ей быстро удалось накрошить корень валерианы, а через десять минут ее зелье уже приобрело вид «однородной жидкости цвета черной смородины», идеальный для промежуточной стадии. Теперь ей нужно было мелко нарезать дремоносные бобы, и вот тут-то начались ее беды. Дремоносный боб был настолько крепким и жестким и никак не хотел поддаваться. Лиз пыталась подойти и так и этак, и чуть ли не всем весом прикладывалась, но боб либо выскакивал из-под ножа и выстреливал в сторону, либо падал со стола и укатывался в дальний угол комнаты. Через десять минут «борьбы» Лиз кое-как удалось выцедить несколько спасительных капель и перейти к следующему пункту. Она внимательно читала строку «Мешать против часовой стрелки, пока зелье не станет прозрачным, как вода», как вдруг услышала нецензурное слово, вырвавшееся из уст ее соседа. Отвлекшись на секунду, Лиз перевела взгляд на Малфоя. Тот так же, как и Лиз боролся с неприступным бобом и в результате сломал ножик – его рукоятка осталась в руке парня, а острие лежало поверженным рядом с бобом.

– На, возьми мой, - протянула свой ножик Лиз, удивляясь своему внезапному порыву.

– Убери свой тупой нож. Без тебя справлюсь, - бросил ей в лицо Малфой.

Девочка тут же пожалела о проявленном участии.

– Знаешь что, - она резко бросила ножик на стол, - мог бы хоть раз засунуть свою гордость в задницу и молча принять помощь!

У парня отвисла челюсть… С ним никто еще так не разговаривал. Он молча переваривал слова девочки, а затем взял нож. Однако дар речи к нему вскоре вернулся, поэтому, нарезав боб и положив нож на стол, он ядовито произнес: