Воробушек по имени Лиз
Шрифт:
– Конечно! – с облегчением воскликнула она.
Брат и сестра отошли к кромке озера, по поверхности которого плясали в замысловатом танце лучи солнца.
– Я порвал с Джинни, - грустно сказал Гарри. – Я не мог иначе.
– Понимаю, - поникнув, ответила Лиз. – В нашем положении привязанности это роскошь.
Гарри промолчал, лишь взяв сестру за руку.
– Мне было бы тяжелее, если бы тебя не было рядом.
– Как раз об этом… - Лиз боялась заговорить о том, что ее волновало. – Я хотела с тобой поговорить о…
– Чем?
– Гарри, несколько дней подряд я думала об этом… В-общем, была не была… - сделав глубокий вдох, Лиз произнесла на одном дыхании: - если Хогвартс не закроют, я поеду в школу.
Гарри молчал, казалось, он впал в ступор.
– Я понимаю, для тебя это неожиданность. Но я так решила. Мне кажется, если Хогвартс не закроют, то здесь тоже будет своя война, понимаешь? И не только среди учеников. Министерство наверняка кого-нибудь отправит, чтобы следить за порядком. Мы с Невиллом решили возродить Отряд Дамблдора.
– С Невиллом? – спросил ошеломленный Гарри.
– Да. Он, я и Полумна возродим ОД и будем бороться внутри школы, среди юных умов. Наверняка, Волан-де-Морт захочет взрастить новое поколение своих последователей.
Гарри молчал.
– Гарри, - Лиз взяла его за руку, - ты, Рон и Гермиона – вы команда. Я пришла намного позже. Да, я вписалась, но вы с самого начала заодно, а значит, и закончить должны это вместе. А я буду здесь изнутри подрывать власть, буду защищать тех, кто еще не окреп умом, недостаточно силен. Гарри, скажи что-нибудь!
– Ты застала меня врасплох, - после минутной паузы, наконец, проговорил он. – Я не ожидал такого решения. Но… Я поддерживаю тебя. Кто-то должен защитить тех, кто сам себя защитить не в силах. Хогвартс не должен пасть в руки темных сил. Я всё понимаю и принимаю твое решение.
– Правда? – удивилась Лиз.
– Ну, конечно! А как иначе? Ты моя сестра! Ты Поттер! От нас можно ожидать всего, что угодно.
Лиз обняла брата.
– Выходит, что наши пути расходятся? – вдруг печально спросила Лиз.
– Выходит, что так.
– Пообещай мне кое-что, - серьезно сказала Лиз.
– Всё, что угодно.
– пообещай, что если узнаешь ,что я в плену или погибла…
– Лиз, не надо…
– Надо. Пообещай, что если так будет, ты не бросишься на встречу к Нему, не пойдешь мстить!
– Я не…
– Гарри!
– Обещаю, - наконец, сказал он.
Брат и сестра стояли у озера, обняв друг друга за талию и любуясь последним мирным солнечным днем. Они смотрели в даль и думали каждый о своем.
– Мы справимся, - прервала молчание Лиз. – У нас получится. Мы же Поттеры!
Комментарий к Chapter 65
Песня: Seasons of Love (2 варианта исполнения от Rent и Glee. Выбирайте ту, что вам по душе)
Платье Лиз: http://st2-fashiony.ru/pic/photo/pic/116987/15.jpg
P.S. Это последняя глаза 6 книги. Впереди осталось около 20 глав 7 книги и моя работа будет закончена :) Спасибо, что все еще читаете Воробушка! :)
========== Chapter 66 (Седьмая книга) ==========
Проход, усыпанный цветами… Люди по обе стороны от нее. Лиз идет медленно, аккуратно делая шаг за шагом. «Эти туфли ужасно неудобные» - думает она. В первом ряду Лиз видит свою маму, украдкой вытирающую слезы и нежно ей улыбающуюся, рядом с ней стоит Гарри в парадном костюме. Она поворачивает голову влево и видит своего отца: он ведет ее по проходу, улыбаясь ей, гордясь тому, что сейчас происходит. Наконец, Лиз замечает букет цветов, который сжимает в руках. Она в платье… в белом подвенечном платье. Страх на мгновение охватывает ее разум, но одна мысль все же успевает прокрасться и прозвучать в голове «За кого я выхожу замуж?». Лиз устремляет свой взгляд вперед и видит жениха: бледное лицо, острые вытянутые черты лица, глаза холодные, застывшие как водная гладь во время безветрия. В конце прохода ее ждал Седрик Диггори, ее Седрик.
На мгновение её охватила радость, она улыбнулась ему, но он все так же смотрел на нее невидящим взглядом. Улыбка с лица Лиз исчезла, она внимательно посмотрела на своего возлюбленного: он был истощенным, как мумия заточенная в гробнице на долгие столетия, его кожа была серой, прозрачной, она видела голубые вены, которые нескончаемой паутинкой избороздили его лицо и руки – части тела, которые находились в поле ее зрения. Меж тем отец с сияющей улыбкой протянул руку своей дочери парню. Седрик аккуратно взял руку девушки, но та отстранилась. Ледяная ладонь мертвой хваткой держала ее. Лиз посмотрела на того, кого любила и поняла, что от прежнего Седрика ничего не осталось. Он походил больше на призрака прошлого, инфернала, если она правильно представляла их после описания Гарри. Она всматривалась в знакомые черты любимого, но не видела того тепла, которое они излучали когда-то. Его глаза не выражали ничего кроме холодного безразличия, пустоты и бесчувствия. Лиз попыталась вырваться, но рука парня крепко держала ее. Лиз обернулась к гостям в поисках поддержки, но все, в том числе и ее родители, улыбались, будто бы не замечая ее тщетных попыток. Тогда она обратилась к парню:
– Отпусти меня, Седрик! – Тишина. – Ты меня слышишь? Седрик! – закричала в отчаянии Лиз.
Парень медленно повернул голову и посмотрел на нее стеклянными глазами.
– Ты моя! Разве не этого ты хотела? Ты будешь принадлежать только мне, - его голос был выше, чем обычно, холодным, резким. Он болью отозвался в сердце Лиз.
– Это же не ты! Ты мертв. Я знаю это! Я знаю! – не теряя надежды на спасение, говорила Лиз. Она ощущала: как только церемония завершится, ничего кроме погибели ее ждать не будет. Это не Седрик. Не ее Седрик. Это сама Смерть пытается затащить ее к себе в ловушку, приняв облик потерянной любви.
– Ты же хотела быть со мной вечно, - с укором произнес призрак.
– Не так, - ответила Лиз, по щекам которой струились жгучие слезы. – Ты мертв, Седрик. Я это знаю. Я точно знаю. Я хотела связать свою жизнь с твоей. Но не так… Отпусти меня. Прошу.., - прошептала Лиз.
В ту же секунду все свечи в зале погасли, всех гостей поглотил мрак. Лиз словно попала в вакуум. Она не слышала ни звука, потеряла ощущение реальности, ощущение пространства – вокруг одна темнота. А затем в нескольких шагах от нее стало проясняться. В небольшой круге света Лиз увидела тело Седрика. Он лежал на полу, усыпанном цветами, его глаза были закрыты, кожа посинела. Лиз бросилась к нему, упала рядом в что-то липкое. Осмотрев свое платье, она поняла, что оно в крови… в чужой крови… крови Седрика. В его груди была рана, из которой ручьем бежала кровь. Лиз взяла его голову и положила себе на колени. Ее глаза застилали слезы, тело била дрожь, девочка раскачивалась зад-вперед, будто бы убаюкивала парня. Вдруг холодная длань мертвеца схватила Лиз за руку, Седрик открыл глаза… Вздрогнув, Лиз проснулась…
***
Стояла глубокая ночь, луна холодным серебристым светом освещала комнату девочки. Лиз села на кровати и разрыдалась. Вспоминая с начала и до конца каждую деталь, она все больше погружалась в отчаянную истерику. Ее окровавленное белое платье, сияющие счастливые лица родных и друзей и Седрик. Это необычное существо, отдаленно напоминающее того Седрика, которого любила Лиз всем сердцем. Немного успокоившись и не найдя объяснения своему сновидению, Лиз встала и подошла к окну. Забравшись на подоконник и прижав к себе ноги, Лиз задумалась. Как так вышло, что один человек возомнил себя всемогущим, присвоил себе право решать судьбы людей? Кто он таков? Какое право он имеет даровать или отнимать жизни? Как так выходит, что кто-то достоин жить, а другой – нет? Где эта грань? Кому это решать? В следующее мгновение Лиз представила себе, что бы случилось будь Седрик жив. Была бы она с ним? Любили бы они друг друга? Устояла бы их любовь под напором разлук, испытаний потерями, болью и войной? Так бы сильно и самоотверженно она любила Седрика, если бы он не погиб? Ища ответы на свои вопросы, Лиз не заметила, как провалилась в сон. Проснулась она уже утром.