Чтение онлайн

– Ты больше не Воробушек. Ты больше не маленькая беззащитная птичка. Ты – Феникс! Ты восстала из пепла, переродилась и окрепла. Теперь тебе все по плечу.

Лиз мысленно согласилась с ним.

Просидев так с парнем какое-то время, Лиз почувствовала себя неудобно. Ей захотелось отстраниться, взять безопасную дистанцию. Чтобы встать, она наклонилась вперед, ее волосы коснулись щеки парня, и тот инстинктивно увлек Лиз обратно, здоровой рукой подтащил к себе и поцеловал.

Лиз опешила. Поцелуй был требовательным, но нежным. Его горячие мягкие губы нежно прикасались к ее губам. Его рука коснулась ее щеки, и Лиз сдалась. Она ответила на поцелуй, позволяя себе окунуться в это чувство, чувство давно забытое. Она на мгновение ощутила безмятежность. Ей стало хорошо, все тревоги улетели разом, как стая ворон с крыши дома. Ей так хотелось остаться в этом состоянии принадлежности другому человеку, чувствовать себя необходимой кому-то, кто не предаст, кто заберет часть тревог, укроет от опасностей и бед.

Она всей душой хотела этого.

Но не могла…

Лиз разорвала поцелуй. Отстранилась. Она мигом встала с кровати, сделала несколько шагов назад и только тогда посмотрела на парня. Ей тут же стало стыдно за себя. Ведь, по-видимому, Невилл испытывал к ней настоящее чувство, а она лишь воспользовалась им, чтобы на мгновение забыться и почувствовать себя нужной. Какая же она все-таки эгоистка!

– Лиз, ты вернулась! – раздался за спиной голос Джинни.

Лиз облегченно вздохнула. Сейчас ей не нужно будет оправдываться.

– Да… я вернулась, - рассеянно сказала она, глядя на Невилла, который больше на нее не смотрел.

– Где ты была?

– У Хагрида. Я была у него весь день. Там и переночевала.

– Послушай, я хочу тебе сказать от всех сразу… - не унималась Джинни.

– Я знаю, - перебила ее Лиз, положив руку на плечо подруги. – Всё хорошо. Мне надо зайти в спальню перед занятиями. Мне пора.

И Лиз сбежала. От всех расспросов и объяснений. От всего сразу.

***

Через полчаса, все еще будучи в смятении, Лиз зашла в Большой зал. Все тут же обратили свои взоры на нее. Привыкшая к такому повышенному внимания, она все же смутилась, быстро прошла к своему столу и села рядом с Джинни.

– Ты как? – обеспокоенно спросила она.

– Нормально. Не знаю. Я не… - Лиз не могла подобрать слов.

– Мы на твоей стороне. Слышишь? – сказала Джинни. – И прости меня…

– За что?

– Я позволила себе тебя осуждать. Мгновение, но всё же… Было уже поздно тебя возвращать.

Лиз благодарно сжала ладонь подруги.

– Всё в прошлом. Мир?

– Мир! – согласилась Джинни.

Девочки принялись за завтрак, который прервало появление сов. В этом году только треть студентов получали письма. Обычно это были или слизеринцы или выходцы из чистокровных семей, не поддерживающие ни Орден, ни Пожирателей. Гриффиндорцы за эти месяцы практически не получали новостей. Поэтому, когда на гриффиндорский стол приземлилась крупная неясыть каштаново-шоколадного цвета, это привлекло внимание всего факультета. Оказалось, сова прилетела к Падме и Парвати Патил, которые сидели на три человека левее от Лиз. Все исподтишка поглядывали на сестер. Нечасто гриффиндорцы получают письмо, а если и получает, то с плохими новостями.

Лиз замерла. Как же она хотела, чтобы это было обычное рядовое письмо, но крик раздавшийся по всему залу говорил об обратном. Лиз закрыла глаза. Она кожей ощущала нарастающее напряжение. Последовал новый крик. На этот раз закричала вторая сестра. Лиз вздрогнула и открыла глаза.

Не теряя минуты, Лиз встала со своего места и подошла к девушкам.

– Парвати, Падма, что случилось? – осторожно спросила она.

Парвати не могла говорить, она вся содрогалась от рыданий. Падма, более стойкая из сестер, обнимала ее, тихо плача. Она не позволяла себе прилюдной истерики, но должна была успокоить сестру. Когда к ним обратилась Лиз, Падма дала ей письмо.

Лиз быстро пробежала письмо глазами.

– Боже мой, - вырвалось у нее. В письме говорилось, что прошлой ночью на дом семейства Патил был совершен налет, в котором погиб отец сестер, Нилам Патил. Письмо было написано их матерью. Лиз медленно подняла глаза и прошептала: - Мне так жаль!

Эта новость огорчила ее, но и разозлила. Она понимала, чьих это рук дело. Лиз оперлась о стол и наклонилась к девочкам. Тихо, чтобы никто не слышал, она прошептала:

– Мы отомстим за него, я вам обещаю. Его смерть не будет напрасной.

– Отомстим? – подскочила Парвати. Все ее лицо было распухшим, глаза красные от слез. Она смотрела на Лиз ненавистным презрительным взглядом. – Нам не нужна месть! – закричала девушка. – Нам нужен наш отец! ОТЕЦ! Оставь нас в покое! Убирайся!

Парвати встала и побежала к выходу из Большого зала, вслед за ней побежала сестра. Лиз осталась стоять посреди Большого зала. Все слышали каждое слово. Снова все таращились на нее. Кто-то с особым довольством любовался моментом, кому-то было жаль девушек и Лиз.

Лиз стояла как громом пораженная. Ее унизили на глазах у всей школы. Все видели, как ее послали куда подальше. Лиз трясло. Не в силах больше выносить посторонних взглядов, она быстро пошла к выходу.

– Мисс Поттер! Постойте же! – у самого выхода ее нагнала профессор Макгонагалл. – Вас вызывают к директору, - с явным сочувствием произнесла женщина. Лиз чуть не завыла от раздражения. За последние сутки столько всего произошло. – После встречи с директором, зайдите ко мне в кабинет, - добавила женщина. – Только не забудьте.

– Хорошо, профессор, - устало сказала Лиз и пошла к горгулье. – Шоколадная лягушка, - безразлично произнесла она, забыв, что профессор Макгонагалл не назвала пароля. На удивление, каменная статуя послушалась. Лиз ступила на лестницу.

Через мгновение она стояла перед Снеггом, опустив глаза. Ей было безразлично, что скажет ей директор. Она просто хотела убраться поскорей от всех.

– У вас выдались тяжелые два дня, - начал Северус.

– Спасибо, что заметили, - съязвила Лиз.