Чтение онлайн

Много раз Лиз и ее друзей пытались поймать на месте преступления. Неоднократно комнату Лиз обыскивали. К разочарованию Кэрроу никаких доказательств вины установить не удалось.

ОД ликовал. Лиз чувствовала свою безнаказанность и всемогущество. Не признаваясь себе в этом, она ощущала, что ей нипочем любые преграды. В Отряд Дамблдора приходили все новые люди. Лиз, Невилл, Джинни и Полумна разработали ряд признаков, по которым удавалось вычислить, правда ли человек хотел вступить в их организацию или это были засланные агенты Кэрроу. Нередко им удавалось вычислить последних и, тогда их просто вышвыривали и заносили в черный список, меняли пароли и усиливали охрану Выручай-комнаты.

Теперь Выручай-комната стала полноценной штаб-квартирой Отряда Дамблдора. Там всегда кто-нибудь находился. Комната была поделена на несколько секторов. В первом было больничное крыло: угол, где стояло четыре-пять койки-кровати, отделенные ширмами, а также стеклянный шкаф, где располагались все запасы, инвентарь и медикаменты для залечивания ран. Обычно в этом секторе было один-два человека, которые отдыхали после ночной вылазки или неудачно попавшего в них заклинания. Тяжелых травм пока получалось избегать.

В противоположной стороне тоже стояли кровати. Их было в раза два больше. Там была спальная зона. За эти два месяца нередко приходилось прятаться от Кэрроу или Филча на несколько дней. Выручай-комната служила отличным убежищем.

В другом углу комнаты находился длинный дубовый стол со стульями по обе стороны от него. Там проходили теперь уже ежедневные собрания ОД, на которых определялись актуальные проблемы, обсуждались новости и вырабатывались планы вылазок. На столе лежала полная карта школы и ее окрестностей. Места операций всегда помечались чернильным крестом, а после операции обводились в кружок, как выполненные.

По другую сторону от этой зоны было пустое пространство. Угол примерно десять-на-десять метров, где члены отряда могли отрабатывать новые заклинания, выученные маневры. Это зона была практической. За последний месяц ее все чаще использовали, ведь задания становились все опаснее, и надо было быть максимально подготовленными к ним.

За эти два месяца мама не раз обращалась к Лиз с просьбой вернуться домой. От профессора Макгонагалл до нее доходили разного рода слухи и, само собой разумеющееся, Лили боялась за своего ребенка. Кроме того, неизвестность о судьбе сына побуждала ее усилить свои мольбы. Страх потерять обоих детей страшил Лили и порой лишал сна. Лиз и сама не знала, где Гарри. Она не могла утешить мать, не могла поддержать других членов отряда хорошими новостями. На каждом собрании она твердила, что их битва здесь и, что она имеет большое значение для будущего исхода войны. Она уверяла всех, что Гарри сражается так же яростно и упорно идет к цели, ведь будь он мертв, на следующее же утро в «Ежедневном пророке» была бы весь о его гибели. Почти всегда это срабатывало, все воодушевлялись и шли на новое задание. Но порой упадок сил и уныние завладевало всеми и они лишь молча покачивали головой в знак согласия. Тогда, обычно, с задания возвращалось несколько пострадавших.

***

В начале декабря в общешкольный протест включились и «малыши», так называла первые два курса Лиз. С их стороны это было одновременно и храбро, и безрассудно. Начинающие маги не могли защищаться и протестовать с помощью магии, в их распоряжении были только слова и «вредилки» Уизли, которые неведомым образом продолжали появляться в школе. Кстати говоря, это была еще одна сторона сражений, от которой не было спасения Кэрроу. Практически каждый день кто-нибудь из студентов использовал навозные бомбы или подмешивал раскрошенные блевательные батончики в еду преподавателям.

В начале ноября вся школа валилась с ног от смеха, наблюдая за тем, как Амикус Кэрроу подбирает с пола свой пятиметровый язык и бежит в Больничное крыло. С того дня спальни тщательно обыскивались. Тех, кого ловили с «вредилками», наказывали независимо от того, использовали они их или нет. Все, что могло использоваться против Кэрроу, изъяли, все посылки проверялись.

В первых числах декабря первокурсники объединились, в большей степени гриффиндорцы и пуффендуйцы (все произошло на уроке Защиты от Темных Искусств) — всего около десяти студентов, — и провели масштабную акцию, использовав почти все запасы «вредилок». Насколько дошли слухи до других студентов, прошло где-то полчаса с начала занятия, как вдруг, когда профессор Кэрроу пошел между рядами, сработало несколько хлопушек, взорвались навозные бомбы, все заволокло дымом, а потом раздался яростный злобный крик профессора и из тумана посыпались заклятия в разные стороны. Несколько студентов были оглушены, кого-то отбросило в стену, одно заклятие попало в люстру и та придавила преподавателя. Когда на шум прибежали профессора с соседних классов, то их взорам предстала картина полного хаоса и разрухи. Все в кабинете было верх дном: парты сдвинуты с мест, некоторые перевернуты, несколько студентов лежало без сознания, картины на стенах со сценами пыток были пусты и разворочены. Посреди всей этой немой сцены находился профессор Кэрроу, придавленный люстрой и без сознания. Вокруг него столпились напуганные студенты. Очевидно, они пожалели, что затеяли такой погром.

Как стало известно позднее, очнувшийся Кэрроу грозился применить Аваду Кедавру на всех этих «молокососов».

Если бы не Снегг, дело могло принять неприятный оборот. Кэрроу настаивали на жестком наказании и в итоге добились. Десять студентов были выведены с последующих в тот день уроков и отведены в подземелья. Замок сник. Все знали, что последует за этим. Когда вечером все отправились на ужин, из подземелий доносились детские крики и плач. Лиз и остальные понимали, что детей пытают и мучают, пройти мимо этого она не могла.

После ужина члены Отряда Дамблдора собрались в Выручай-комнате. Все были озадачены и молчаливо-сосредоточены.

— Мы не можем остаться в стороне, — высказала Лиз общее мнение.

Все молча закивали. В следующие полчаса был придуман план операции.

— Сколько человек пойдет на операцию? — спросила Сюзен Боунс.

— Думаю, достаточно будет пяти-шести, не более, — уверенно заявил Невилл. — В операции буду участвовать я, Симус, Терри, Майкл и Эрни.

— И я, — не глядя на друга, произнесла Лиз.

— Нет, ты не участвуешь, — уверенно заявил Невилл.

Наступила напряженная тишина. Все ждали, чем же закончится спор.

— Почему? — хмуро спросила Лиз.

— Это первокурсники. Скорее всего, многие сильно пострадали, их придется нести на себе. А ты…

— Девушка, — закончила фразу Лиз.

— Именно. И…

— Мне это не по силам, — снова произнесла она.

— Да, — согласился парень.

— Чепуха, — тут же сказала Лиз серьезно.

— Отойдем-ка, — попросил Невилл.

В стороне от остальных парень произнес.

— Лиз, это рискованная операция.

— Я знаю это.

— Ты не понимаешь. Кэрроу знают, что мы этого так не оставим. Скорее всего нас ждет засада.

— И это знаю, — серьезно сказала Лиз. — Но я хочу участвовать.

— Я против, — так же серьезно сказала Невилл. — Если тебя поймают, они не пощадят тебя. А я не хочу, чтобы так случилось.

— Невилл, я все это знаю! — настаивала Лиз. — Но не хочу оставаться в стороне.

— Послушай, — парень взял девушку за плечи и посмотрел прямо в глаза. — Эта операция слишком рискованна и опасна. Там нужны крепкие парни. К тому же нас ждет сражение, я более чем уверен в этом. И… — Невилл медлил.

— Что?

— Мы не можем пожертвовать тобой.

— Прости, но тобой, значит, можем?

— Да, — серьезно, обдуманно ответил он. — Мной можем. Но не тобой. Ты лицо этого движения. Ты - движущая сила. Ты должна вести остальных, если вдруг…

Лиз ударила парня по плечу.