Чтение онлайн

– Вернемся к кольцу, - говорит он.
– Твой отец украл кулон у герцога Аосты. Я поспрашивал, и, как я понял, это было преступление, совершенное из лучших побуждений.

– Я этого не знала. Они мало рассказывали о своей работе.

– Несомненно, они пытались отговорить тебя идти по их пути.

– Жаль, что это не сработало, - язвительно замечаю я.
– А теперь я выхожу замуж за еще одного вора. Они, наверное, переворачиваются в своих могилах.
– Это ложь. Антонио очаровал бы моих родителей. Мама приготовила бы для него все свои любимые блюда, а отец настоял бы, чтобы они вдвоем сидели в его кабинете и курили сигары. Это была высшая форма похвалы, которой он удостаивал только тех, кто ему искренне нравился.

– В общем, кулон был частью комплекта, и к нему прилагалось кольцо.
– Он надевает его мне на палец.
– Вот это.

Я смотрю на свою левую руку. Король Венеции лежит в постели рядом со мной, а на мне его кольцо.

Это все еще кажется немного нереальным.

Думаю, так будет всегда.

– Ты его украл?

– У меня был соблазн, - признается он с легким смешком.
– Это было бы очень поэтично. Но это слишком узнаваемое украшение, и, в отличие от кулона, его нельзя спрятать.
– Его глаза вспыхивают собственническим огнем.
– Я и не хочу, чтобы ты его прятала. Я хочу, чтобы его увидел весь мир. Я купил его на аукционе в прошлом месяце.
– Он целует мою руку.
– Если оно тебе не понравится, мы можем купить другое…

– Не смей. Оно мне нравится.

Мы женимся через две недели. Это закрытая, скромная церемония, на которую приглашены только самые важные для нас люди. Энцо и Татьяна, конечно же, присутствуют, как и Данте, Валентина, Хуан, Томас и Леонардо. Антонио пригласил Агнес и Лиама, менеджера «Казановы».

– Он ужасно торгуется, - притворно ворчит он.
– Я продал ему «Казанову» слишком дешево. Не могу поверить, что пригласил этого ублюдка и на свою свадьбу.

Агнес очень рада приглашению, но не очень рада тому, что мы не позволили ей готовить.

– Мы просто хотим, чтобы вы насладились свадьбой, - настаиваю я.
– Как наша гостья.

Она неохотно соглашается, хотя я уверена, что часть моего блеска померкла в ее глазах. Агнес любит готовить своим людям.

Валентина — моя подружка невесты, а Анжелика — цветочница. Я также приглашаю Альвизу Занотти, Клаудию и Мириам, а также Розу, которая занимается моим свадебным платьем.

– Две недели, - ворчит она на меня через полный рот булавок во время первой примерки.
– К чему такая спешка? Ты беременна?

Валентина захлебывается бокалом шампанского, выглядя так, будто она вот-вот разразится смехом.

– Нет?
– спрашивает она, когда перестает кашлять.
– Ты так ничего и не сказала.

Я смотрю на них обеих.

– Нет, спасибо. Но мы хотим небольшую свадьбу, и я не вижу причин ждать. А теперь прекратите монополизировать шампанское и налейте мне бокал.

Мы не хотим ждать, это правда. Но это не единственная причина. Я хочу выйти замуж зимой. Десять лет назад мои родители умерли в это время года, и я хочу заменить это воспоминание на более счастливое. Это не значит, что я забуду об их смерти, и уж точно не значит, что я не скучаю по ним каждый день.

Но это напоминание о том, что в жизни есть и горечь, и сладость. И радость, и печаль, и именно эта двойственность делает нас людьми.

По этой же причине мы женимся в Il Redentore. Мы с Антонио не религиозны, но это церковь, в которую его подбросили в младенчестве. Теперь, каждый раз, когда он будет проходить мимо нее, это будет не единственным его воспоминанием.

К черту прошлое. К черту демонов. Мы сами создадим свое будущее, и оно будет прекрасным.

В ночь перед свадьбой я лежу в постели с Антонио. Знаю, что по традиции я должна провести эту ночь без него, но не вижу в этом смысла.

– У меня есть для тебя подарок, - говорит он. Его взгляд встречается с моим, и на его губах появляется улыбка.
– Жена.

– Муж.
– Я пробую это слово, и во мне вспыхивает чувство собственничества. Да. Мой муж. Мой.
– Еще один подарок? Антонио, мы это уже обсуждали.

– Нет, это ты обсуждала.
– Он протягивает мне маленькую прямоугольную коробочку.
– Открой ее.

Я хмуро смотрю на него.

– Если это снова драгоценности, то я собираюсь… — Я открываю крышечку, и мой голос срывается.
– Это ключ, - говорю я в замешательстве.
– Ключ от чего?

– От музея. Ну, сейчас это пустое место на этаже над новым общественным центром. Но я надеюсь, что ты превратишь его в музей, который будет доступен каждому.

Музей, расположенный рядом с доком, где мы встретились, доступный для таких беспризорников, как он. Я в шоке смотрю на него.

– Ты хочешь, чтобы я создала твой музей?

– Почему ты так удивлена? Я уже сказал тебе, что хочу, чтобы этим занималась ты. Если только ты не сомневаешься, что справишься с этой задачей.
– Он одаривает меня лукавой улыбкой.
– Конечно, некоторые из моих коллекций… сомнительного происхождения, так что тебе придется придумать, как вернуть их владельцам.
– Он бросает взгляд на картину в моем шкафу.
– Начнем с Тициана, без сомнений.

Я созерцаю венецианский шедевр.

– Ты не будешь по нему скучать?

– Я думал, что буду. Но…

– Но?

– Но мне больше нравится картина, которую ты купила на рынке, та, что с цветами, - говорит он со счастливой улыбкой.
– Она напоминает мне о тебе.

– Ты уже говорил это. Насколько я помню, в том же разговоре ты назвал меня энергичной. Как только Тициан вернется в музей, ты уже не сможешь изменить свое решение.

– Мне все равно, cara mia, - говорит он.
– У меня на уме более важные вещи.
– Он прижимает меня к себе и ласкает мою грудь, пощипывая сосок.
– А теперь покажи мне, какой энергичной ты можешь быть.

Свадьба прекрасна. Церковь прекрасна. Валентина и Роза проделали потрясающую работу, украсив все. Алтарь изобилует благоухающими белыми розами и лилиями, среди которых стоят высокие свечи. Гирлянды зелени обвивают мраморные колонны, а небольшие композиции из роз украшают скамьи. После недели пасмурной погоды выглянуло солнце, пробиваясь сквозь окна и наполняя церковь светом.

Анжелика идет к алтарю в кремовом шелковом платье с кружевной отделкой и диадемой в волосах, выглядя при этом как сказочная принцесса.