Чтение онлайн

В его груди зазвучал ритм: два сотрясения мозга одновременно, два молота размером с дом, бьющие по граниту. Камни на их грубо вырубленном пути зашевелились.

— Здесь все еще есть бог, — сказала она.

— Да.

— Мы можем вернуться. Не нужно мне это показывать.

— Нужно. Ради меня.

Ритм становился все ближе. Калеб услышал шум прибоя.

Туннель расширился и превратился в пещеру. Со сводчатого потолка, словно гнилые зубы, свисали сталактиты. Темная скала влажно поблескивала в призрачном свете.

Тропинка разделилась и обогнула огромную яму. Ритмичный стук и шум океанских волн доносились изнутри.

— Это то, что я думаю? — ее голос был таким тихим, что он едва его расслышал.

— Да.

Она остановилась, приоткрыв рот и напрягшись, как испуганная кошка. Закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Подняв голову, она прошла мимо него к краю ямы и посмотрела вниз.

Калеб ждал. Он разглядывал толстые трубы, которыми были увешаны стены пещеры, и древние и современные глифы, вырезанные на камне. Вскоре ему стало не на что смотреть, и он подошел к Мэл, стараясь не шуметь, чтобы не напугать ее.

Она стояла прямо и неподвижно. Он коснулся ее руки и почувствовал напряжение под кожей. Ее ноздри раздулись.

В яме лежал бог. Ни одна статуя, ни один резной идол не могли сравниться с этим имперским творением. Распростертый в темной воде, он был размером с гору. Его массивные губы, слегка приоткрытые, обнажали зубы размером с карету. Его глаза были похожи на паруса, а грудь на пирамиду. Ноги и руки, толстые и длинные, как деревья магистериума, безвольно покачивались в темной воде, плескавшейся у его боков.

Он был без сознания, и его молчание было подобно тишине моря. Его медленные вдохи были подобны волнам прибоя, а спящие движения рук урагану. В незапамятные времена, в глубокой древности, первый Квечал взглянул на океан, увидел хаос и придал ему форму, дал ему имя и вдохнул в него жизнь.

Кет Повелитель Морей не был ни мертв, ни жив. Его закрытые глаза не двигались, как у спящего человека. Из его рук, груди, шеи и мускулистых бедер торчали толстые металлические трубы, соединявшиеся с системой труб под поверхностью воды. Грудь бога опоясывали серебряные ленты. Перед каждым вдохом ленты вспыхивали неземным светом, а после каждого выдоха свет угасал.

Калеб тихо произнес имя бога, зная, что Мэл его услышит.

Она отпрянула от ямы. Ее глаза вспыхнули белым, а кожа покрылась тенью. Зубы удлинились, заострились и заблестели, как клыки. Она возвышалась над ним. Призрачные огни мерцали и разбивались о стены. Мэл зашипела, и между ее вытянутыми пальцами затрещали молнии. Она раздулась, как облако дыма над извергающимся вулканом.

— Вот что я хотел тебе показать, Мэл, — сказал он. — Мне жаль.

Ее глаза сверкали, как магниевое пламя, но он шагнул вперед и протянул руку ладонью вверх. Она перевела взгляд с него на яму и обратно.

Черным вихрем она пронеслась по длинному коридору. На ее пути встал охранник, но она ударила его, и он упал. Калеб подбежал к охраннику, опустился рядом с ним на колени и пощупал пульс. Живой. Хорошо. Он встал, чтобы последовать за Мэл, но путь ему преградил другой охранник.

— Пропустите меня, — сказал Калеб.

— Кто это, черт возьми, был?

— Моя девушка, — чуть не сказал он, но вовремя спохватился. — Моя начальница. — Это тоже было правдой, и охранник растерялся настолько, что Калеб смог протиснуться мимо него.

— Мы перехватим ее на пляже, — крикнул ему вслед охранник.

— Нет, — крикнул он в ответ. Она могла причинить кому-нибудь вред, пока охранники ее не скрутили. — Нет. Она просто растеряна. Она впервые на Станции Залива.

— А, — сказал охранник. — Это все объясняет.

Калеб побежал.

***

Он нашел ее на залитом звездным светом пляже. Серебристые волны лизали песок, а в спокойном море отражалась полная луна. Ее не окружал ореол Ремесла, на кончиках ее пальцев не было кроваво-красных когтей. Освещенная лунным светом, она напоминала наскальный рисунок: жизнь, запечатленная в пяти чернильных линиях. Он почти не обращал внимания на охранников, окруживших ее с поднятым оружием.

Она повернулась к нему, когда он подошел ближе.

— Привет, — сказала она.

— Привет, — ответил он. — Пойдем?

— Да. — Она протянула руку. Ее кожа была прохладной на ощупь, холоднее ночного воздуха. Она ступила в воду. Океан подхватил ее, и он пошел рядом с ней прочь от берега.

— Не оглядывайся, — прошептал он. — Стражники на взводе. Они не успокоятся, пока ты не уплывешь.

— Не могу поверить, что сделала это.

— Такое случается. Каждый по-своему реагирует на первое появление Кета. Я видел, как взрослые мужчины падали на колени, а один мой знакомый Ремесленник плакал.

— Я не могу… то есть я знала, или мне казалось, что я знаю. Я думала, что справлюсь. Ожидание, шок, все сразу… не могу поверить, что позволила тебе увести себя. Я идиотка. — Последнее слово она выплюнула.

— Не говори так.

— Не указывай мне, что я могу и чего не могу делать.

— Надо было послушаться, когда ты попросила меня остановиться, когда попросила не показывать тебе. Мне жаль. — Из-за набегающей волны его вес сместился в сторону, и он навалился на нее. Она удержала его от падения. — Наверное, я немного нахамил.

— Ты не виноват.

— Было глупо так тебя удивлять.

— Да, — согласилась она. — Глупо. — Шум прибоя сменился безмятежной тишиной океана. На горизонте возвышался Дрездиэль-Лекс светящаяся опухоль, затмевающая звезды и луну. В темноте мимо них не проплыло ни одного корабля. За пределами гавани стояли на якоре баржи. — Как думаешь, можно уже оглянуться?

— Да.

Она оглянулась через плечо.

— С такого расстояния остров кажется больше. И менее населённым.

— Он маскируется с помощью Ремесла. Если бы ты могла видеть настоящий остров, то знала бы, где он находится, и тебе было бы проще его атаковать.

— Элегантная система. — Она остановилась. — Можно здесь присесть?

Она села на воду, скрестив ноги, и он присел рядом. Океан окружал их, словно луг.

— Я думала, здесь будет как у Змей, — сказала она. — Но здесь хуже.

— Да.

— Они звери, какими бы большими ни были. Ужасные твари. Но это Бог. Не полубессознательный дух, вроде тех, кого мы заточили в Озере Семи Листьев. Когда-то Кет правил нами. Любил нас. И мы любили его.

— Да.

Он проследил за рябью на воде перед ними.