Чтение онлайн

Райкер усмехнулся, и страх пополз по моему позвоночнику. Неужели он действительно так сильно ненавидел демона во мне? Он выдохнул, и напряжение в его руке ослабло, а лицо разгладилось.

— Мне жаль, Харпер. Я знаю, что ты никогда бы намеренно не причинила вреда Калеа, но я не согласен с твоими методами.

Она коротко кивнула ему, прежде чем ее внимание снова переключилось на меня.

— Если ты не хочешь вынуждать его пронзать сердце твоей сестры, когда пойдет убивать императрицу демонов, тогда тебе лучше взять свои силы под контроль и стать силой, которой достаточно, чтобы отнять Лилит у твоей сестры, иначе у него не будет выбора.

Слезы обожгли мне глаза, но я стиснула челюсть. Как бы ни было больно от ее слов, она говорила правду о вещах, которые я не признавала вслух с тех пор, как одержима была моя сестра. Душа Лилит находилась в теле Кэсси, и Райкер планировал уничтожить Лилит, но единственный способ добраться до нее — Кэсси, если только она не овладеет чьим-то другим телом… например, моим. Это и было моим планом с тех пор, как Райкер спас меня от Вознесения. Я бы отдала Лилит то, чего она желала последние семнадцать лет… мое тело… и позволила бы Райкеру уничтожить ее вместе со мной. Я никому не говорила об этом, да и не собиралась. Я сомневалась, что Райкер согласится на мой план, но, как только что сказала Харпер, когда придет время, у него не будет выбора. Но если был другой способ.

— Это возможно? — спросила я, когда обуздала свои эмоции настолько, чтобы не сломаться. — Убрать демона из чьего-то тела?

— Да, — наконец заговорила Лана с другого конца стола. — Но для того, чтобы провести экзорцизм, нужен тот, кто сильнее самого демона. Лилит тысячи лет, поэтому никто до сих пор не смог остановить ее; она становится сильнее с каждой одержимостью.

— Тогда я не тот человек, который сможет тебе помочь. — я вспомнила слова Лилит, когда она впервые узнала, что я высвободила свою тьму. — Моя божественность исходит от Лилит, как ветвь от дерева. Я никогда не стану более могущественной, чем источник, из которого эта сила пришла.

— Лилит сказала тебе это, не так ли? — Харпер склонила голову набок.

— Да.

— Она солгала. Она хочет, чтобы ты боялась и думала, что ты слабая, но есть причина, по которой она тебя боится. — Харпер встала из-за стола и подошла ко мне. Мой желудок сжался.

— Что ты делаешь? — Райкер с трудом поднялся на ноги рядом со мной.

— Доказываю свою точку зрения. — Харпер протянула руку с уже уколотым пальцем и размазала свою кровь по моему ошейнику, и мой мир вспыхнул от боли.

Я даже не почувствовала, как металлический ошейник упал с моей шеи, когда мрачный смех заполнил мой разум, и знакомая боль от возвращенной божественности пронеслась сквозь меня, усиленная в тысячу раз, как сотня молний, ударивших в меня одновременно. Моя голова откинулась назад, но крик не сорвался с моих приоткрытых губ, а демон засмеялся еще сильнее. Маленькая комната вокруг меня исчезла за красной пеленой.

— Калеа! — крики Райкера отдавались эхом из другого мира, отдаляясь все дальше и дальше.

Моя голова пульсировала так, словно собиралась взорваться, а десны горели, как будто тысяча кинжалов пыталась прорваться сквозь них. Мои лопатки сместились, словно голем пытался проникнуть под кожу, чтобы вырвать мои кости.

«Возьми. Пируй. Поглоти». Демон рассмеялся, радуясь хаосу, который разрушал все во мне. Боль пронзила меня насквозь, я боролась за контроль, но это было похоже на попытку взобраться по смазанному жиром канату — каждый раз, когда мне казалось, что я ухватилась, я соскальзывала все ниже.

«Остановись!» — мысленно закричала я, но демон не слушал. Он даже не остановился в своем буйстве, когда я стала пленницей собственного тела. Страх сжал мою грудь, перекрывая воздух, все мое тело дрожало. Я смутно осознавала, что кто-то крепко держит меня неподвижно, пока тело сотрясала дрожь.

«Умри», — прошептал демон, и я заскулила, пойманная в ловушку ее хватки без возможности вырваться.

Темнота просочилась в мое залитое красным зрение, как заходящее солнце, и я инстинктивно знала, что, когда воцарится тьма, наступит конец. Я никогда больше не буду свободна.

Я задергалась, отчаянно пытаясь обрести контроль, но демон только смеялся и смотрел, как я падаю дальше.

Яркий свет рассеял тьму, и демон вскрикнул, отступая в уголки моего сознания, когда боль медленно стихла до тупой, а краснота отступила.

Я моргнула, тяжело дыша. Перед глазами появились переливающиеся стены и потолок комнаты, и я застонала, задрожав. Несмотря на то, что демон был каким-то образом усмирен, я все еще чувствовала, как он шевелится внутри меня. Райкер прижал меня к себе, его загорелая кожа блестела от пота. Его золотые глаза встретились с моими, наполненные болью и страхом.

— Что случилось? — от усталости мой голос прозвучал невнятно.

— Прости меня, Калеа. — Харпер стояла на коленях на ковре, рядом с Райкером. Ее белые волосы в беспорядке разметались по лицу, глубокая озабоченность отразилась на ее лице, на лице Ланы были те же эмоции. — Я не знала, что все настолько плохо.

Демон зашевелился внутри, и я начала задыхаться от паники, охватившей мое горло.

— Надень ошейник, — процедила я сквозь зубы, задыхаясь, пытаясь еще больше подавить демона.

— Не могу. — от слов Харпер у меня по позвоночнику побежали мурашки, и я посмотрела на нее, ничего не понимая.

— Калеа, если я надену это обратно, то в следующий раз, когда ты снимешь его, я уверена, что ты не сможешь побороть тьму. Она намного сильнее, чем я ожидала, и мне уже пришлось помочь тебе подавить ее в этот раз.

Так вот откуда исходил свет. Харпер. Эмоции сдавили мне горло.

— Я не хочу никому причинять боль.

Лицо Харпера смягчилось, а Райкер крепче меня обхватил.

— Демон не сможет окончательно поглотить тебя, если ты не дашь ей силы. Твое тело должно адаптироваться по мере роста твоей божественности, чтобы ты могла контролировать ее и сдерживать.

— Но как? — всхлипнула я.

— Это будет нелегко. — Харпер откинула с моего лица прядь растрепанных серебристых волос. — Но ты не одна. Я была на твоем месте, и, хотя путь впереди долгий и трудный, он возможен.

Я вздрогнула, когда что-то пушистое перепрыгнуло через руку Райкера, а Тенебрис свернулся калачиком у меня на коленях.