Чтение онлайн

— Виорел Кришан, положи руку на слово Его! — провозгласил церковник, протягивая барону увесистый том писания о чудесах, явленных Лотом. — Клянёшься ли ты, что выходишь на бой с чистым сердцем, не будучи подчинённым ненавистью, не тая злого умысла, а лишь ради защиты чести?

— Клянусь!

— Клянёшься ли ты, Виорел Кришан, что будешь драться оговоренным снаряжением — деревянной булавой и бездоспешно?

— Клянусь!

— Клянёшься ли ты, Виорел Кришан, что не захватишь в бою иного оружия, что не имеешь при себе травы ведьмовской, алхимического камня, зелья, никаких чар или иного колдовства, и лишь силой рассчитываешь взять верх?

— Клянусь!

— Тогда поцелуй слово Его и ступай готовиться к бою. Да прибудет с тобой спокойствие Лота.

Закончив с бароном, священник обратился к Алейо с теми же вопросами. Я увидел, как из шатров ещё что-то несут. Сначала появились двое мужчин, они несли в руках по стулу. Стулья установили в углах арены. Алейо и Виорела проводили туда и усадили. Каждому вручили по куску сала. Дуэлянты тотчас принялись натираться, в то время как воины, выстроились за их спинами, прижавшись к краю арены. Когда оба покончили с салом, из шатра снова явились слуги. На это раз они вынесли два ведра с золой. Дуэлянты натёрли ею ладони, чтобы не выскальзывало оружие. Наконец, слуги забрали вёдра и вернулись в третий раз, вложив в рот каждому из бойцов по куску сахара.

— Чтобы не так пить хотелось, — шепнул, возникший рядом со мной Маркус.

— Я думал, ты не сведущ в дуэлях, — с усмешкой заметил я.

— У каждого за пазухой найдётся то, что без нужды не являют на свет, — в тон мне ответил рыцарь.

Мы стояли на стене, наблюдая за тем, как совсем крошечный, словно сделанный из одних костей и кожи Алейо, готовился к смертельному бою. Мне не было его жаль, парень сам выбрал такую судьбу. Я отчётливо понимал, что Алейо не дурак, он специально рискнул, готовый одним днём покрыть себя славой и снискать благосклонность рыцаря, быть может, даже посвящение в орден.

— Внесите оружие! — прокричал кастелян Драгош.

Из шатра Дракулы вновь вышли слуги, передав церемониймейстеру две совершенно одинаковые деревянные булавы, больше похожие на обычные дубины разбойников, чем на оружие, которым вершится благородная дуэль.

— Подойдите! — рявкнул Драгош.

Бойцы подошли. Барон, невзирая на то, что в кожаном наряде и без волос не выглядел столь помпезно, как раньше, держался нагло и агрессивно. Он едва ли не вырвал у церемониймейстера оружие, придирчиво его оглядев. Алейо же спокойно принял протянутую булаву и застыл, словно статуя.

— Сожмите правые руки друг друга, — трескучим голосом проговорил Драгош. — Это ваша последняя надежда на примирение!

Барон рывком высвободил руку, и развернувшись спиной, зашагал в свой угол арены. Алейо лишь пожал плечами, и поклонившись кастеляну, отправился в свой. Церемониймейстер прошествовал на северную трибуну и занял центральное место. Его лицо было бледным, словно гипсовая маска.

— Довольно слов! — гаркнул Драгош. — Бейтесь!

Барон Кришан тотчас ринулся вперёд, занимая центр арены. Алейо двинулся к центру по спирали, шагая пружинисто и легко. Он двигался, сместив центр тяжести вперёд, то и дело покачиваясь из стороны в сторону, готовый отпрыгнуть. Булаву Алейо держал опущенной, отведя навершие за спину, ладонью вперёд в положение хвост. Виорел оказавшись в середине ристалища на миг замер, анализируя манеру движения соперника, как вдруг ринулся в атаку. Он был намного крупнее, и когда побежал на юного пажа Маркуса, у меня внутри всё сжалось. Не добежав трёх аршинов до Алейо, Виорел замедлился, а затем… взвившись в воздух, атаковал в прыжке! Удар был столь стремителен, что согосбурский искатель приключений на свою голову едва не расстался с оной. Он отпрыгнул влево, уходя с траектории движения булавы и ударил сам. Попадание пришлось в правое предплечье барона, но тот казалось этого не заметил. Развернувшись лицом к Алейо, Виорел двинулся к нему короткими приставными шагами, поигрывая оружием, рисуя в воздухе восьмёрки. Паж Маркуса пятился, отвечая встречными финтами, пытаясь раздёргать противника. Он то замирал, то делал шаг короче или длиннее, чтобы запутать барона, заставить ошибиться с расстоянием для атаки.

Я видел глаза Виорела, хоть и было далеко. Он пребывал в ярости от того, что мальчишка играет с ним. Будь они не на арене, барон клял бы по чём свет противника, обзывал и оскорблял ему семью, провоцируя. Но запрет на разговоры касался и участников боя. А потому барон, багровея от злобы, наступал молча.

— Он повредил ему руку, — прошептал Маркус.

— Да, вижу, завтра будет отличный синяк… если он выживет.

— Молодец, парень!

— Не радуйся раньше времени. Этот бык всё ещё полон сил и не чувствует боли в руке!

Словно подтверждая мои слова, барон снова бросился в атаку. Подскочив ближе, он замахнулся, целя в грудь Алейо, но в последний момент задержал удар, попытавшись перехватить вскинутую навстречу булаву свободной рукой. Паж снова оказался быстрее. Защита перетекла в контратаку, и он ударил барона навершием по пальцам. Атака была без сомнений болезненной, но малоэффективной, поскольку начиналась без должного замаха. Виорел лишь потряс кистью и вновь атаковал. Размашистыми ударами он гнал Алейо в угол, не давая опомниться, пользуясь тем, что имел большую длину рук. Понимая, что вот-вот окажется в западне, паж подобрался и прыгнул навстречу. Он выбросил вперёд руку, метя в лицо соперника, барон играючи отбил удар… вернее думал, что обтил, но булава отчего-то нашла лишь воздух. В следующий миг он взвыл от боли. Обманное движение, финт! И удар в продолжении фехтовальной фразы, проведённый пажом, нашёл цель. Совершив показ в лицо, Алейо оказался совсем близко и ударил противника в колено.

Барон Кришан ревел от боли раненным туром, но сжав зубы подавил собственную ярость и страдания. Припадая на одну ногу, он попытался догнать мальчишку, но повалился на бок, вновь вскрикнув. Я понял, что настала кульминация, внезапная и страшная. Сейчас решится всё! Алейо тоже это понял. Он бросился к поверженному противнику, подпрыгнул над ударом булавы в горизонт, который скорее уже был истерикой, чем осмысленным действием… и обрушил серию ударов на барона. Первый же попал в голову, затем плечо, снова в голову… Виорел упал на спину, выронив оружие и закрываясь руками. Алейо бил как заведённый… Плечо, локоть! Снова колено! Снова по рукам… Барон взревел от боли и ужаса не своим голосом, но новый точный удар пришелся прямо в раскрытый рот, ломая челюсти и выбивая зубы. Противник потерял сознание. Алейо замахнулся и двумя ударами размозжил Кришану череп. Тишина, стоящая над ареной, нарушалась только тяжёлым дыханием мальчишки, который сегодня окончательно стал мужчиной.

— Победа за Алейо Пересем из Согосбура! — взревел кастелян Брана, ничуть не заботясь о том, чтобы хотя бы казаться беспристрастным.

Толпа взорвалась восторженным рёвом. Я тотчас отметил, что несколько человек из благородной северной ложи покинули места, убираясь восвояси. Секунданты барона Кришана, сложив так и не пригодившиеся копья на землю, уложили тело убитого поверх плаща на них.

— Не так быстро! — громыхнул знакомый мне голос.

Дракула стоял в восточных воротах, преграждая путь траурной процессии.

— Церемониймейстер, зачитайте приговор побеждённому, и вы святой отец… извольте соблюсти протокол!

Я вдруг понял, что невзирая на безоговорочную верность господину, Драгош отчего-то не хотел этого делать. Он явно сомневался, но не смел перечить Дракула. Глянув на отца Тэрона Ламанского, кастелян что-то ему сказал. Церковник внимательно выслушал того и кивнул.

— Почтенная публика, вы засвидетельствовали сию дуэль. Честь Влада Басараба остаётся при нём. Барон Виорел Кришан признан лжецом, нарушившим слова пред ликом Лот! Как владетель земли, Влад Басараб по своему усмотрению и праву может распорядиться телом убитого. Пусть скажет, какого его решение.

Дракула деланно почесал подбородок.

— Мой обычай знает каждый. Запятнавшего своё имя изменой или лжесвидетельством ждёт кол.

По зрителям прошла волна, будто бы они враз из весёлой толпы превратились в перепуганных пташек.

— Опустить тело! — прокричал Дракула.

Рыцари барона помедлили, но, наконец, покорно вернули тело на землю.

— Угол арены побеждённого сломать! В центре арены установить кол и усадить барона Кришана, — прокричал Влад. — Лицом к моим воротам! Пусть он слышит и видит, какой пир мы закатим в честь победы Алейо над ним!