Чтение онлайн

«Стало больше или… разделилось… Нет… Сложно сказать, такое не описать словами».

— Ты тоже изменился, мормилай, — прошептал женский голос над ухом.

Я не хотел открывать глаза, силясь понять, что же именно в её образе стало иным. Шеи коснулись бритвенноострые когти, больше похожие на лезвия. По телу прокатилась волна дрожи. Её всё же удалось меня вывести из себя. Я открыл глаза, вновь встретив спокойный и холодный рубиновый взгляд в упор. Лицо женщины оказалось совсем близко. Я подался вперёд едва ли на дюйм, и наши губы соприкоснулись. По телу следом за дрожью, растеклась горячая, как кипяток волна вожделения. Она качнулась назад, словно дразня меня, но едва мавка отпрянула, я нагнал её, схватив за бёдра. Рубиновые глаза вспыхнули, одаривая меня кокетливым блеском. Из моего горла вырвался хриплый вздох. Я даже начал дышать, чего мог себе позволить и не делать вовсе. Глядя на неё мне хотелось одновременно невозможного и жить, и умереть. Руки неловко ощупывали изящное и послушное тело, наши губы вновь сплелись. Не помня себя, я избавлялся от одежды, не закрывая глаза более и на миг. Я хотел видеть всё, что будет дальше. Рубиновые глаза глядели в ответ, следя за мною. Мы словно недоверчивые, но связанные по рукам и ногам узники, тянулись друг другу и одновременно сторонились. Мавка попыталась оседлать меня, но я перехватил её и швырнул на кровать, тотчас прижав собой. Она ухмыльнулась, довольная собою и мной, а я отстранённо подумал, что не сам того пожелал, а ей опять удалось внушить то, что женщина хотела. Но в этой игре хотелось проигрывать, уступать, чтобы получить то, чего на самом деле так хочешь, и схватив её одной рукой за лицо, а другой за бедро, я нырнул в объятия похоти и страсти, позабыв обо всём на свете. Мавка оскалилась, словно дикая кошка, являя мне острые зубы, но я не отстранился, а наоборот скользнул лицом мимо, осыпая поцелуями ей шею. Она вздрогнула, выгибая спину и сладко задышала, вцепившись мне в волосы. Когда всё закончилось, мы долго лежали, глядя друг на друга, не говоря ничего.

— Мне нужен полицейский дознаватель Исаак Ковальский, — обронил я, нарушая тишину.

Глаза мавки на секунду потускнели. Я ощутил её грусть и разочарование. Женщина медленно убрала руку, которой ещё миг назад поглаживала меня по плечу.

— Причём здесь я? — спросила она низким и глубоким голосом.

— Ты знаешь город, как свои пять пальцев.

Мавка промолчала. Она больше не смотрела на меня, и это уязвляло сильнее невысказанной обиды. Женщина поднялась с постели, и сделав два шага замерла, стоя ко мне спиной. Я глядел на узкие плечи и талию, на роскошные широкие бёдра и тёмные чуть зеленоватые волосы, спадавшие до лопаток. По телу вновь пробежала дрожь, воспламеняющая сознание и мышцы. Я метнулся к ней, пытаясь сгрести, мечтая лишь об одном, снова оказаться в её объятиях, снова овладеть… Но едва не распорол горло. Навстречу поднялись бритвенноострые когти, тотчас натянувшие кожу на шее. Мавка надменно ухмыльнулась, а затем растворилась во тьме. Я чувствовал, как огонёк её души удаляется. Осталась лишь раскрытая дверь, поскрипывая проржавевшими петлями. Закрыв её, я опустился на постель и принялся ждать.

Минул день, а за ним ночь. Я не покидал комнаты и ждал, веря: она вернётся. Почти так и произошло. Однако вопреки моим ожиданиям, мавка не явилась сама вновь. Я ощутил зов, влекущий меня в определённое место. Это было похоже на шлейф, будто призрачная вуаль, скрывающая ведущую меня мавку, которая вот-вот растворится в воздухе. Проверив пистолет и перезарядив его, я отправился в путь, не раздумывая, стоит ли ей довериться. Она меня ещё не подводила.

Стояла ночь, улицы были пустынны, и лишь редкие прохожие спешили по домам. Я старался ни с кем не встречаться взглядом, пряча лицо. Мне отвечали тем же. От одних несло спиртным, другие пахли ремёслами, что задержали их допоздна вдали от тёплого очага. Порой, даже казалось, что я могу читать их мысли, и все они были о еде.

Алый росчерк силы мавки вёл меня всё дальше и дальше от убежища, пока наконец не застыл, словно печать на дверях невзрачного трёхэтажного дома. Я хотел было её поблагодарить, но погрузившись в грёзы внутренним зрением, не ощутил тепла и силы моей провожатой ни поблизости, ни где-то вдалеке. Она исполнила просьбу, даже вопреки обиде, но тотчас исчезла. В груди что-то кольнуло.

«Увидимся ли мы вновь? Странное чувство, противоречивое и лишнее. Это только чары водной нечисти и всё, не думай, действуй!».

Осмотревшись и убедившись в том, что улица пуста, я приблизился к двери и тихонько потянул на себя. Замок со скрежетом простонал в гробовой тишине, но открылся.

«Спасибо тебе, речная нимфа без имени».

Я решительно шагнуть в дом и едва не наступил на здоровенного рыжего кота, лежащего на коврике у двери. Животное заметив меня, лениво потянулось. Жёлтые глаза с интересом следили. Я замер, держа дверь приоткрытой. Кот зевнул и с сомнениями потянул ноздрями воздух снаружи. Подумав, он нарочито медленно вышел на улицу, а я с облегчением выдохнув, прикрыл за ним дверь. В прихожей было не много обуви. Чёрные солдатские сапоги с закатанными голенищами стояли в сторонке, начищенные до блеска. Осмотревшись, я обнаружил лёгкие домашние сандалии явно на женскую ногу.

«Приходящая прислуга. Отлично».

Первый этаж был техническим. Здесь располагалась кухня и крошечная обеденная, в которой едва бы поместились двое. Винтовая лестница уходила вверх. Ступая медленно, боясь излишнего скрипа, я зашагал наверх. На втором этаже было ещё две небольшие комнаты, по-видимому не жилые. Я прислушался — пустые. Сонное сопение доносилось сверху. Едва оказавшись на третьем этаже я его увидел. Спальня занималась весь этаж. Дверь была приоткрыта

«Наверное, для кота», — подумал я.

Дознаватель мирно спал, натянув на глаза ночной колпак.

«Какой тесный и непрактичный дом. Зато почти в самом центре. Небось ещё и стоит сумасшедших денег. Для одного в целом неплохо, но навевает гнетущую тоску… Ведь это же сущая кутузка. Один в один, только решёток на дверях не хватает».

Шагнув в спальню, я достал пистолет и присел на край кровати Ковальского. Тот что-то пробормотал во сне, перевернувшись на другой бок. Рапира сверкнула во тьме, покидая ножны. Прицелившись, я как следует приложил дознавателя навершием по затылку, старательно выверяя удар, чтобы ненароком не убить. Исаак сдавленно пискнул и погрузился в ещё более глубокое забытье. Достав заранее приготовленную верёвку, я связал Ковальскому ноги и руки, усадив его в кресло. Вставив в рот дознавателю кляп, я обернул вокруг его головы полоску ткани, срезанную с простыни. Закончив приготовления, мне осталось лишь ждать пробуждения пленника. Поразмыслив, я зажёг на прикроватном столике масляную лампу.

«Лишь бы не помер со страху. Уж лучше пусть видит меня».

Ждать пришлось долго. Прошло около двух часов, прежде, чем Ковальский закряхтел, и начал брыкаться, раскачиваясь из стороны в сторону. Открыв глаза, он подслеповато оглядел комнату, наконец, остановившись на мне. В его взгляде промелькнуло узнавание, которое тотчас затмил ужас.

— Я здесь не для того, чтобы сводить счёты, — пояснил я. — Но при оружии, — пояснил далее, демонстрируя пистолет. — Он заряжен. Сейчас я сниму повязку и выну у вас изо рта кляп. Если закричите — пристрелю на месте. Вы знаете, за мной не заржавеет.

Ковальский внимательно меня слушал.

— Не будете дурить?

Он яростно замотал головой в ответ.

— Хорошо, я сниму.

Вытащив кляп изо рта дознавателя, я сел напротив него на кровать, держа на виду пистолет.

— Что вам от меня надо? — как мог твёрдо протянул Исаак, но голос всё же дрожал. — Если нужны деньги, то у меня их нет!

— Исаак, не валяйте дурака и не задавайте вопросы. Я сам явился именно за этим. Итак, где вещи, изъятые у меня при задержании?

— У меня, конечно же! А в чём собственно…

— Вопросы задаю я.

Дознаватель поджал губу, но промолчал.

— Мне нужно то, что у меня забрали. Оправа от амулета.

Ковальский побледнел, и я понял, что он знает о чём речь.

— Вы можете её забрать, она мне совершенно не нужна. И я её никому не показывал.

— Я не спрашивал об этом, — заметил я. — А кому вы её могли бы показать?

— Никому я ничего не показывал! — затравленно глядя на меня проговорил дознаватель. — Послушайте, я человек маленький, у меня есть инструкции…

— Довольно! — резко сказал я. — Где оправа?

— На втором этаже правая дверь от лестницы мой кабинет. Если вы изволите меня развязать…

— Не изволю.

— Тогда в столе, — сокрушённо сообщил он. — Нижний ящик, там найдёте.

Я вставил обратно кляп, завязал Ковальскому рот и спустился этажом ниже, как он указал. Дверь в кабинет была не заперта. Массивный стол, стоявший у окна, имел множество ящиков, но тот, который был мне нужен, оказался самым объёмным. Выдвинув, я раздражённо сплюнул. Какой же бедлам здесь творился. Множество предметов от раскладного ножа до поломанной расчёски хаотично лежали в одной куче. Разворошив множество явно невостребованных вещей, я по счастью нашёл единственную нужную мне. Едва оправа амулета Арона оказалась в руках, на сердце стало чуточку спокойнее.