Чтение онлайн

У забора скрючившись сидит человек, уложив голову на сгиб локтя, вторая рука безвольно висит, ладонь распластана по земле. На виске и всей стороне лица растекается кровь. Аврора в ужасе, вместо того чтобы подняться и бежать, начинает нелепо отползать, а потом замирает.

– Платон?

Он непонятно дергает головой, но не торопится отвечать. Аврора придвигается чуть ближе, упершись одним коленом в землю.

– Ты не можешь идти? Тебе нужна помощь?

– Нет, – хрипло, не поворачивая головы отвечает он.

– Ты что, участвуешь в боях? – удивленно выдыхает Аврора и касается его волос, словно проверяя целая ли у него голова

– Я думал, ты мне померещилась, – одним глазом, потому что второй заплыл, Платон косится на нее.

– С меня станется. Я очень назойливая галлюцинация.

– Ужасная шутка.

– Лучше, чем твое лицо, – парирует Аврора. – Жди здесь, попробую найти машину.

– Мне не нужна помощь, – хрипит он вслед.

– Слышала уже, – отмахивается Аврора, ну точь-в-точь ее братец после проигранного боя. Она возвращается к дыре в заборе и оглядывается. Не все посетители «Подполья» падальщики и негодяи, некоторые неплохо зарабатывают на казино и выпивке, тотализатор тоже приносит доход, а значит должен быть хоть один автомобиль неподалеку. Аврора обегает здание по кругу и возвращается воодушевленная. С той стороны стоит грузовой фургон, на котором видимо привозят алкоголь или закуски. Перепрыгнув ступеньки, Аврора стучит в железную дверь.

– О, кукла, опять ты? Хочешь еще что-то дать? – снова масляный взгляд и похабный намек, но на этот раз Аврора едва замечает.

– Я ищу водителя фургона. Машина стоит там, – ее дыхание сбито, и слова съедаются на концах.

– Какая проблема? – бугай перестает скабрезно ухмыляться и даже выказывает некоторую заинтересованность.

– У меня проблема, – без утайки отвечает Аврора. – Нужна машина.

– Иди, сторожи там. Договоришься, будет тебе транспорт, – советует бугай и захлопывает дверь.

Аврора раздумывает как поступить. Притащить Платона к машине? Вернуться к нему, сказать, чтобы ждал? Или не рисковать упустить машину, но оставить Платона без присмотра? Она выбирает третий вариант. Платон, если и двинется, то далеко не уйдет и найти его будет проще, чем другой транспорт. Сама она его до корпуса может не довести да даже до автобусной остановки не дотащит. Так можно было бы дождаться ночного рейса и вернуться как она и планировала, но весь измазанный кровью Платон привлечет массу внимания.

Вернувшись к фургону, Аврора затихает и принимается ждать. Время от времени слышны веселые голоса развлекшихся гостей и злые проигравшихся в пух и прах визитеров. «Подполье» работает с позднего вечера до самого утра и ей остается только надеяться, что водитель не задержится до закрытия. Аврора старается не слышать голоса страха, дабы не поддаться панике, но тот звучит постоянно, нарастает и давит на лоб как тугой обруч. Она сжимает голову руками и стряхнув ладони, поправляет взъерошенные волосы.

Вечность спустя какой-то мужчина бредет к машине и Аврора подбирается, призывая на помощь ошметки самообладания.

– Простите? – голосок тоненький, просящий, она собирается давить на жалость. – Вы не могли бы помочь мне?

– И чем тебе помочь? – не смотря на поздний час, водитель выглядит бодрым и довольным. Большая удача для нее.

– Парень, что был сегодня ни ринге, – Авроре приходится подыскивать нужные слова, оставаясь в образе несчастной девочки, угодившей в передрягу, – ему сильно досталось. Помогите отвезти его.

– Ха, – усмехается мужчина и Аврора тут же добавляет:

– Я заплачу. Здесь сложно с транспортом, а мне с ним не добраться.

– Так брось его, – легкомысленно бормочет водитель, забираясь в машину. – Разок проучить тоже полезно. А ты себе по умней найди, – и хлопает дверцей.

– Дождь ведь. Не брошу, – тихо, но абсолютно серьезно отвечает Аврора. Деньги оставшиеся после сделки она проверяет в кармане и возвращается к Платону. Зря потраченное время жаль, но попытаться стоило.

– Машины не будет, пойдем пешком до дороги.

Платон молчит, уложив лоб на сгиб локтя, сипло дышит и не отзывается.

– Давай, не упрямься. Мне тоже тяжело, – терпеливо просит она, пытаясь добудиться. – Тебе нельзя сейчас засыпать.

Он поднимает мутный взгляд и Аврора аккуратно тянет за руку вверх. Медленно, опираясь на ее тонкую ладонь, он встает на ноги и даже пытается сделать шаг. Авроре приходится не сладко, когда он почти падает на нее из-за головокружения.

– Если ты не будешь мне помогать, мы так тут и останемся, – с трудом выговаривает она.

– Я дойду сам, – самоуверенно говорит Платон и пытается оттолкнуться. Сил у него мало и правой рукой он едва может двигать.

– Да-да, – со скрытым раздражением соглашается она и подхватывает его подмышки. – Представь, что меня здесь нет.

– Так ты все-таки мерещишься? – Платон даже фокусирует взгляд на ней.

– Конечно. Стала бы я с тобой иначе возиться. Ты главное иди.

Он странно щурит уцелевший глаз, но ничего не отвечает. Каждый шаг дается ему с трудом и дорога постоянно так и норовит уйти из-под ног. Аврора придерживает его за здоровое плечо и хотя порой их обоих кренит набок, да и дождь порядком развозит землю, они все равно доходят до проезжей части. Свет, что дают фонари, тусклый, но его вполне достаточно. Аврора бережно пристраивает Платона на скамейку у остановки и краем рубашки пытается хоть немного очистить лицо от крови. Он морщится, но не ворчит. От дождя кожа и ткань влажные и ей удается стереть кровавые подтеки с щек и подбородка.

Губы у Платона разбиты в нескольких места, бровь, глаз и скула с левой стороны просто сплошной кровавый оттек, возле уха тоже наливается синяк. Нос и челюсть не сломаны.

– Ты тяжело дышишь, – подмечает она, отпуская его лицо. – Ребра?

Платон снова странно смотрит и ничего не отвечает.

– Если били по грудной клетке, в ребрах может быть трещина или перелом. Потому и дышать больно.

– Откуда знаешь?

– Читаю много.

– Я видел твои книжонки, – снисходительно произносит Платон. – Там ничего про сломанные ребра. Только про нытье и розовые сопли.

– Это называется любовь, – не менее едко поправляет она. – Ты еще пока не дорос. Мне не нравится твое плечо.

– Оно очень расстроится из-за этого, – Платону тяжело говорить, но игнорировать нападки не позволяет гордость.

– Остряк, – резюмирует Аврора. – Дойдем до квартиры, я посмотрю. Здесь вправлять не стану.

– Ты и это можешь?

– Ага.

– Везет же мне. Буду терпеть пыточки от южной девчонки.

– Страдалец какой. Дыши ровнее, а то лопнешь от злобы.

– Мечтай.