Война времен
Шрифт:
Зей-Би подозвала к себе Лар-Сона и сообщила ему о плане.
– Постойте, я с вами!
– окликнула сэли идущих впереди.
– А ты куда?
– сердито посмотрел Герман на неё.
– Я не могу отпустить тебя одного без защиты.
– А-а...
– протянул Герман.
– Офицер безопасности отвечает и за жизнь капитана. Ты всё ещё не можешь привыкнуть к безработице?
Геноконцентрат укоризненно посмотрела на него.
– Нет. Я иду с вами не по долгу службы, а потому, что не хочу потерять тебя.
Молодой землянин смутился. Ему было неимоверно приятно слышать это от своей возлюбленной.
– Ну... Мы идём или нет?
– поторопил их Марк.
Герман пошел вперёд, показывая дорогу. До энергетического блока, который снабжал всю подводную станцию, оставалось ещё полпути, когда Марк-Сон неожиданно остановился и предостерегающе поднял руку вверх. Откуда-то доносился стук чьих-то шагав. Это было необычно, так как все киборги, да и сам доктор Джоханс ходили бесшумно.
– Что это может быть?
– спросил торн у человека, зная, что тот лучше осведомлён обо всех тайнах этой станции.
Но ответ на вопрос уже стоял перед ним. Это было огромное механическое чудовище неизвестной для них конструкции. Оно было безобразным и несуразным. Его формы походили более на неудачно собранную машину, нежели на шедевр техники, вроде его собратьев воинов - киборгов.
Огромная голова робота зашевелилась, рассматривая стоящих перед ним чужаков. Внезапно его глазницы вспыхнули лиловым свечением. Робот, посмотрев в сторону Марк-Сона, извергнул из своих глазниц луч, чем-то похожий на молнию. К счастью, торн вовремя успел отпрыгнуть в сторону. Луч же достигнув стены, у которой стоял геноконцентрат, испепелил преграду.
– Что это такое?
– ошеломленный, спросил Марк-Сон у гомогена.
– Не знаю, - пожал тот плечами.
– Я никогда его не видел здесь, признался он.
Робот зашевелился, но на сей раз его взор упал на Германа.
– Берегись, Герман!
– крикнула Зей-Би и открыла огонь своим бластером по роботу.
Однако лучи её лазерного оружия не могли пробить броню монстра. Глазницы робота вновь засветились лиловым свечением и Герман попятился назад, ища выход из западни. Марк-Сон, прыгнув на робота сзади, стал отчаянно поворачивать его голову.
– Беги, Герман!
– крикнул он, безнадёжно борясь с противником.
Но Герман, пригнувшись, сделал прыжок по направлению к роботу, тем самым успев спасти свою жизнь. Нацелившись бластером в брюхо чудища, гомоген стал стрелять в него с ближней дистанции. Но это не произвело никакого эффекта. Робот резко повернулся и скинул торна со своей спины. Теперь его целью была Зей-Би. Но третья попытка механического монстра осталась неудачной. Да, он был неуязвимым и сильным, однако земляне были намного быстрее в своих действиях. Единственное, что могло их спасти, - это было бегство. Осознав это, они перестали бороться с ним и помчались к энергетическому блоку.
Блок представлял собой огромное помещение, скорее похожий на ангар для нескольких космических кораблей. Автоматически включившееся освещение открыло им ошеломляюще красивое и, в тоже время, пугающее зрелище. Огромные прозрачные столбы, хаотично разбросанные по всей площади помещения, светились разноцветными огнями изнутри. Каждый из них был энергоисточником определённого узла станции.
– Ну что, сможем мы осуществить наш замысел?
– взглянув на Марк-Сона, тихо спросил Герман.
– Возможно, - уклончиво ответил тот.
– Но для начала нам необходимо найти главный энергостолб, к которому присоединены все остальные.
Недолго землянам пришлось искать его. Этот главный столб отличался от других не только цветом, но и огромными размерами. Марк-Сон открыл небольшую дверцу, чтобы проникнуть внутрь главного блок-шкафа. Достав транстаймер, он стал осматривать сооружение.
– Ага!
– сказал он, догадавшись, где установить своё изобретение.
После недолгих усилий всё было готово.
– Теперь можем улетать, - сказал Марк-Сон, закончив работу.
Тут неожиданно послышался сильнейший грохот, и всю подводную станцию затрясло.
– Что это?
– взбудораженный происходящим, крикнул Мельсимор.
– Похоже на тектонический сдвиг. Землетрясение!
– предположил Марк-Сон.
– Ошибаешься, жалкое существо!
– послышался откуда-то голос доктора Джоханса.
Вскоре шум и толчки прекратились и в отсеке энергоснабжения показался собственной персоной - доктор Джоханс Лоран.
– Ошибаешься, - повторил он.
– Это ваши соотечественники, решив дать дёру без вас, покончили не только с собой, но и уничтожили все патрульные корабли Криптония...
Земляне застыли как громом поражённые. Теперь, когда их единственный шанс к спасению был уничтожен, они оказались в безвыходном положении. Транстаймер был запущен, а остановить его не представлялось возможным.
– Ну что?
– с насмешкой проговорил криптониец.
– Теперь ваша песенка спета.
– И твоя тоже, - Герман не полез в карман за словом.
Старик вопросительно посмотрел на землянина.
– Посмотри-ка вот сюда, - указав рукой на открытую дверцу главного столба, проговорил Мельсимор.
Криптониец помедлив, заглянул в блок-шкаф.
– Видишь эти часы?
– Герман показал на изобретение геноконцентрата.
Старик выпучил глаза, вспомнив об угрозе "сына".
– Вот, вот, - довольный смятением своего врага, молвил человек.
– Теперь, думаю, ты понял, что я не блефовал. Вот и наступил конец твоей весёленькой и привольной жизни. Больше ты не сможешь чинить беззаконие и насилие!
Доктор Лоран был просто взбешён. Он потянулся к транстаймеру, чтобы сорвать его с установленного места и Герман, резко толкнув криптонийца, быстро отпрянул назад. Запутавшись в проводах и пытаясь выбраться, злодей замкнул провода. Он неистово завопил и задёргался от боли. Яркие искры, окутавшие его тело, стали разлетаться веером, которые были под большим напряжением. Герман, выскочив из шкафа, захлопнул дверь. Вскоре дикие вопли криптонийца утихли и Герман открыл дверь. Обугленное тело злодея висело на проводах.
– Туда тебе и дорога, - первой заговорила Зей-Би, торжествующе глядя на труп своего мучителя.
– Прощай, "папаша"!
– сказал Мельсимор и, захлопнув дверь, запер её на замок.
Теперь их побегу никто не мог воспрепятствовать, но проблема отлёта оставалась всё ещё нерешенной. Не было ни единого средства, чтобы убраться с этой планеты - планеты жестокости и насилия.
Г л а в а 25.
– Что будем делать, друзья?
– вновь посмотрев на часы, спросил гомоген.