Война времен
Шрифт:
– Точно не знаю, но думаю, эта информация должна нам помочь, - заверил комп.
– Там кто-нибудь есть?
– с опаской спросила Зей-Би.
– Нет. Но, кажется, дверь заперта...
– Заперта?
– она призадумалась.
– И как же мне быть? Я не хочу взламывать дверь. Ведь гости этого не должны делать. И, кроме того, они могут принять меня за шпиона... за врага...
– Зей-Би, тебе не обязательно взламывать дверь, - не согласился нейрокомп.
– После того случая в холле этого дома я провёл небольшое исследование. Защитные средства здешних людей настолько примитивны, что ты сможешь открыть их даже при помощи телекинеза. Тебе придётся передвинуть лишь маленький металлический язычок замка.
– Ну что ж, - вздохнула облегчённо сэли, - если это так просто как ты описал мне, то, думаю, стоит постараться.
Геноконцентрат подошла к двери и сосредоточилась. Поймав мысленно нужную часть замка, она стала передвигать язычок. Металл очень трудно поддавался, ведь Зей-Би не специализировалась в этой части науки, а была лишь любителем. Наконец, несколько минут спустя, ей удалось сделать это. Дубовая дверь, чуть скрипя, раскрылась, открыв геноконцентрату неизвестные и тайные стороны жизни хозяев поместья "Голден Сиид".
Зей-Би вошла в комнату и закрыла за собой дверь, там царила кромешная тьма. Нейрокомпьютер по приказу хозяйки включил сенсоры ночного виденья и обстановка в комнате стала различимой. Осмотрев помещение и увидев у окна письменный стол, сэли приблизилась к нему. Усевшись в кресло за столом, она придвинула к себе кипу бумаг, лежащих на его поверхности. Перебирая манускрипт, Зей-Би стала искать нужную ей информацию.
– Вот, - произнесла она наконец, найдя что-то стоящее её внимания.
– Алекс, просмотри в банк данных и определи число, написанное на этом листе.
С минуту помолчав, нейрокомп ответил.
– Это арабские цифры. Год, написанный на манускрипте - 1622.
– Невероятно!
– подпрыгнув на месте, воскликнула Зей-Би. Её рука случайно коснулась чернильницы, которая, упав на пол, разбилась на мелкие куски. Её содержимое разлилось, образовав у стола небольшую лужицу.
Вдруг входная дверь распахнулась, и в комнату вбежал охранник.
– Кто тут?
– ничего не видя в темноте, спросил он.
Зей-Би вовремя успела соскользнуть с кресла в пустое пространство под стол.
– Кто тут?
– повторил страж свой вопрос. Однако и на сей раз ему ответила тишина.
Человек вышел, захлопнув за собой дверь.
"Ну, наконец-то убрался..." - подумала сэли с облегчением.
– Не думаю, - услышав её мысли, возразил комп.
– Что ты хочешь этим сказать?
– насторожилась Зей-Би.
– Я просканировал тепловым лучом коридор, и могу твёрдо сказать, что он возвращается со свечой в руке, - заявил Алекс.
– Теперь тебя темнота не спасёт.
– Что же мне делать?
– с заметным волнением спросила она.
– Выйти через дверь ты не сможешь, - рассуждал нейрокомп вслух.
– Остаётся один-единственный способ, уйти и остаться незамеченной.
– Говори!
– поторопила она его.
– В комнате есть окно?
– сказал комп.
– Да, - выйдя из-под укрытия и осмотревшись вокруг, подтвердила сэли.
– Ты должна открыть его и прыгнуть вниз, - подсказал он.
– Хорошо, - ответила геноконцентрат и, подбежав к проёму в стене, прыгнула на подоконник.
После разъяснений нейрокомпа, с трудом открыв шпингалет на раме, она распахнула обе створки огромного окна. Зей-Би уже собиралась прыгнуть, но, завидев расстояние от окна до земли, отпрянула назад.
– Ты видел, какое здесь расстояние?
– спросила она мысленно у Алекса, зная, что всё, что она видит, также может видеть и нейрокомпьютер.
– Да, - спокойно ответствовал тот.
– И ты всё ещё настаиваешь, чтобы я прыгнула?
– Да, - ответил комп.
– Да ты с ума сошёл! Здесь не меньше пятнадцати метров. Как я смогу прыгнуть? Ведь у меня на ногах не мои гиперботы, а башмаки. А чтобы сменить их, мне понадобится, по крайней мере, две или три минуты.
– Я знаю, Зей-Би, - услышала она монотонный голос компа, - но ты сможешь сделать это. Положись на меня, - уверял её тот.
– Сними обувь и включи бицепсы ног, - скомандовал он.
Геноконцентрат немедля стала выполнять его наставления.
– Быстрей, Зей-Би, - торопил её Алекс, - охранник уже совсем близко.
Сэли в точности выполнила его команды, однако, прыгнуть у неё духу не хватало.
– Прыгай!
– зазвенел у неё в ушах голос нейрокомпьютера.
Зей-Би вздрогнула и по команде подалась вперёд - в пустоту чёрной дождливой ночи. Она почувствовала ногами сильнейший удар, но напряжённые мышцы самортизировали, как рессоры; при очередном приземлении она подвернула ногу и грохнулась.
– Проклятье!
– стиснув зубы, выругалась она.
– Кажется, я сломала ногу, застонала она от боли.
Нейрокомп тотчас проверил состояние её ноги.
– Ничего серьёзного, Зей-Би. Кости не пострадали. Это всего лишь вывих, успокоил он.
Геноконцентрат хотела было выругаться, но Алекс не дал ей и рта раскрыть:
– Ты должна немедленно уйди отсюда. Охранник может выглянуть в окно и заметить тебя.
Беги вот к тем большим воротам, - высмотрев укромное место, поторопил он хозяйку.
– Беги?!
– воскликнула Зей-Би в ярости.
– Да если я смогу ходить, это будет великим чудом.
– Но тебе придётся перебороть себя. Или дать тебе капсулу D?
– хитро спросил Алекс.
– Нет, - пробормотала сэли в ответ и, зажмурившись от боли, заковыляла к указанному месту.
Дождь лил как из ведра, но это ничуть не беспокоило Зей-Би. Её тревожило другое. Геноконцентрат чувствовала себя как в клетке с дикими зверьми: "Ведь люди непредсказуемы, а значит, неуправляемы и опасны", - думала она. Время, в которое она попала по воле злого рока, было столь не схоже с миром, в котором она жила. Зей-Би чувствовала себя здесь чужой, хотя и находилась на той же планете. Люди этого времени и люди будущего, её современники, которые создали поколение геноконцентратов, несмотря на то, что принадлежали к одной и той же расе, были столь не схожи. И это открытие ещё больше огорчило сэли.
Г л а в а 9.
Яркий луч солнечного света, пробиваясь сквозь зазор между толстыми шторами, падал на пол, устланный узорчатым ковром.
Было около семи часов утра, когда Герман, проснувшись, открыл глаза. Он потянулся, дабы прогнать последние остатки сонливой истомы и, полежав с минуту в таком положении, встал на ноги. Подойдя к окну, облачённый всё ещё в ночное одеяние, он раздвинул шторы и открыл окно. Поток свежего утреннего воздуха заструился в комнату.
– Ах!
– вдохнув полной грудью, воскликнул он.
– Какое сегодня прекрасное утро!