Чтение онлайн

Крохотная комнатушка больше похожая на небольшой чулан ничем не освещалась, и была полностью погружена во тьму. Девушка нащупала топчан, покрытый несвежей соломой, и легла на него, постаравшись перед этим как можно плотнее укататься в плащ. Из-за холода и снедавшей ее тревоги она плохо спала ночью. Все надежды Мейбелл сосредоточились на том, что Джордж Флетчер узнает, что с нею произошло и непременно придет к ней на помощь. Мейбелл вздрагивала от каждого шороха, просыпалась от каждого звука, и все напряженно прислушивалась — не идет ли Флетчер. Но каждый раз безмолвная тишина была ей ответом, и измученная девушка крепко заснула только под утро.

Она проснулась от того, что кто-то грубо потряс ее за плечо. Мейбелл испуганно вскочила и увидела перед собой королевского сержанта с несколькими стражниками.

— Меня зовут Том Прайс, миледи. Собирайтесь. Я имею предписание от короля отвезти вас в Солсбери, — резко произнес сержант.

— Вы должны отвезти меня в Солсбери?! Но зачем? — растерянно спросила молодая леди Уинтворт.

— Вас будут судить за государственную измену, — хладнокровно ответил ее страж. — Так что, поторапливайтесь. Мы должны к полудню приехать в указанное нам место.

Сердце Мейбелл сжалось; похоже, что ее положение было еще более отчаянным, чем она думала. Обычным наказанием за государственную измену была смертная казнь. Дворянам рубили на плахе голову, простолюдинов вешали на виселице, и для женщин в этом вопросе не делали исключения. Ничего не замечая перед собою от страха, девушка пошла за своим конвоиром в полуобморочном состоянии. Сержант со своими людьми вывел ее из городской тюрьмы на площадь возле мэрии, где Мейбелл ожидала небольшая обшарпанная карета. К счастью, холодный дождь уже прекратился, ноябрьское солнце несмело выглядывало из-за туч как бы давая знать узнице, что для нее еще не все потеряно. Девушка отчаянно озиралась вокруг в поисках средства спасения, — черная, с треснутым лаком карета наводила на нее инстинктивный ужас. Она не хотела садиться в этот экипаж, словно он был развернутой для нее могилой. Но слабая девушка не могла сопротивляться дюжине крепких мужчин в военной форме.

Когда до тюремной кареты оставалось менее десяти шагов, к мэрии подъехала блестящая кавалькада военных офицеров во главе с герцогом Мальборо. Увидев своего давнего поклонника, Мейбелл воспрянула духом. Ей показалось, что бог услышал ее молитвы и этот глубоко влюбленный в нее мужчина непременно спасет ее. Ловко увернувшись от сержанта, который собирался подсадить ее в карету, Мейбелл бросилась бежать к герцогу Мальборо, соскочившиму со своего белоснежного коня на землю. Ее силы удесятерились от появившейся надежды, ей удалось добежать до герцога и ухватить его за рукав мундира. Когда Мальборо, не ожидавший подобного наскока, удивленно посмотрел на девушку, она прерывисто произнесла:

— Джон, спасите меня! Меня собираются судить за государственную измену, а я ни в чем не виновата.

Но некогда обманутый ею Джон Черчилль вовсе не горел желанием помогать ей. Холодно взглянув на Мейбелл, он сухо произнес:

— Следствие разберется, виновны вы или нет, леди Уинтворт.

— Джон, милый Джон, я умру, если вы не поможете мне, — в отчаянии закричала девушка. Но тут подоспел сержант с двумя стражниками. Они схватили упирающуюся Мейбелл и потащили ее к предназначенному для нее экипажу.

Эту душераздирающую картину в бессилии наблюдал с другого конца площади Джордж Флетчер. Ему не удалось нанять для девушки карету, и пришлось покупать втридорога коня у хозяев отдаленной фермы. Когда он вернулся в Уилтон, город был уже занят королевскими драгунами, а его любимая арестована. Джордж издали посмотрел на герцога Мальбора, но теперь не Мальборо занимал его мысли. Всем сердцем молодой офицер желал спасти безрассудную Мейбелл, поэтому он вскочил на своего коня и помчался вслед за тюремной каретой, направляющуюся в Солсбери.

Глаза герцога Мальбора тоже следили за удаляющейся каретой из окна мэрии. Да, сначала Джон Черчилль испытал приступ острой обиды, когда судьба опять свела его с коварно обманувшей его девушкой, пообещавшей ему свою любовь, но прекрасное заплаканное лицо Мейбелл Уинтворт снова поразило сердце герцога, пленило воображение и стало наваждением для него. Прославленный полководец пытался бороться со своими чувствами к опальной фаворитке короля Якова, однако его волнение и беспокойство росли, стоило ему подумать об смертельной опасности для арестованной девушки. Через час Джон Черчилль не выдержал, и решил поехать разобраться, что он может сделать для Мейбелл Уинтворт. Он велел своему кучеру заложить дорожную карету для него и, наскоро отдав несколько распоряжений, снова пустился в путь.

Как ни мучительны были переживания герцога Мальборо, они не шли ни в какое сравнение с душевными страданиями Мейбелл. Девушка страшилась предстоящего суда над нею, вероятного смертного приговора, гнева короля, ожидающего ее в Солсбери. Она чувствовала себя очень одинокой и подавленной, сознание собственной беспомощности еще больше увеличивало ее отчаяние. Но Мейбелл постаралась взять себя в руки, понимая, что ей следует хотя бы попытаться что-то сделать для собственного спасения. Ей следует встретиться с королем и постараться пробудить в нем жалость и чувство милосердия к ней. Это был ее единственный шанс на спасение! Король Яков всегда очаровывался ее ласковыми улыбками и нежными взглядами, и Мейбелл поклялась при следующей встрече с ним превзойти саму себя. Она предстанет перед ним такой трогательной и красивой, что снова завоюет его сердце.

От этих мыслей Мейбелл немного приободрилась, и, когда карета остановилась возле Малсбери-хауса, который предназначался для ее пребывания, она робко спросила у сержанта Прайса.

— Скажите, вы можете передать мое письмо его величеству с просьбой принять меня?

Но сержант был зол на девушку за то, что она пыталась сбежать от него, поэтому он глумливо ответил ей:

— Как же, сейчас брошу все свои дела и буду добиваться у государя принять негодную девчонку-мятежницу, которую следует выслать куда подальше в заокеанскую колонию.

Мейбелл подавленно замолчала и больше не делала попыток вступить в разговор со своими стражами. Но два конвоира, которым было поручено препроводить леди Уинтворт в тюрьму, оказались не такими жестокосердными, как их начальник. Один из них сочувственно сказал девушке:

— Леди, вам не стоит искать встречи с королем Яковым, это еще больше навредит вам. Его величество всегда отличался вспыльчивым нравом, а после того, как он узнал о высадке своего зятя Вильгельма Оранского, он часто в гневе ведет себя словно умалишенный.

Солдат был прав. Яков Второй прибыл в Солсбери в крайне взвинченном состоянии, в котором пребывал с самого начала нового восстания против него. Его гнев подогревался тем, что агентам Вильгельма Оранского удалось ввести его в заблуждение, и он ждал высадки своего противника-зятя на востоке Англии, а не на западе страны, бывшей истинной целью голландского принца. Таким образом, время для успешного маневрирования войск было для него потеряно, что не способствовало успокоению его взбудораженных нервов. Когда прошлой ночью Яков получил известие о поимке беглой леди Уинтворт, он тут же приказал доставить ее к нему, чтобы лично расправиться с нею. Бедная Мейбелл поняла тщетность своей надежды на встречу с королем, и с поникшей головой зашла вместе с солдатами в караульню. Тут их настиг дежурный офицер королевской охраны, который громким голосом потребовал отвести пленницу к монарху. Яков Второй захотел лично встретиться со своей опальной фавориткой и излить на нее весь свой гнев за ее измену.