Чтение онлайн

— Тэтчер, — прошептала я.

Я потянулась к нашей связи, но наткнулась лишь на мутную пелену, словно ее окутал тот же дым, что теперь клубился здесь.

Какая дверь? За какой, гребаные боги, дверью он исчез? Теперь они все выглядели одинаково. Я пыталась вспомнить вспышку серебристо-белых волос, направление, в котором они свернули, хоть что-то, что приведет меня к брату прежде чем…

Прежде чем он сгорит.

И тогда меня ударил настолько первобытный и неправильный запах, что свело желудок.

Горелое мясо.

Я споткнулась, направляясь к распахнутому проему, ведомая каким-то мрачным инстинктом, названия которому не знала. То, что я увидела, останется навсегда выжженным в моей памяти.

Один из участников корчился на ложе из шелковых простыней, которые стремительно превращались в пепел. Его спина выгнулась, это можно было бы принять за экстаз, если бы кожа не плавилась, не сползала почерневшими, шипящими клочьями. Пламя лизало конечности, пожирая все, к чему прикасалось. Под ним мерцала и гасла иллюзия — совершенная копия какого-то божества, исчезающая пока ее жертва горела заживо.

Рот участника распахнулся в беззвучном крике, губы уже обуглились до неузнаваемости. Глаза — боги, его глаза все еще были целы — выпирали из орбит.

Желчь обожгла горло, когда я оторвала взгляд и попятилась. Каблук зацепился, и я едва не рухнула, успев дрожащими руками ухватиться за стену.

Я опустила взгляд вниз.

Сердце остановилось.

Олинтар лежал, раскинувшись на мраморе, его красивое лицо застыло. Звездный клинок — мой звездный клинок — торчал из его груди, вонзенный по самую рукоять именно туда, куда я мысленно вгоняла его бесчисленное количество раз. Густая, черная кровь растекалась идеальным кругом, слишком симметричным, чтобы быть настоящим.

Крик, поднимающийся в груди, умер, едва родившись, когда меня пронзило ужасающее понимание.

Это все не настоящее.

Это моя иллюзия, сотканная из самого яростно хранимого секрета. Из мести, о которой я мечтала.

Мое обретшее плоть скрытое желание.

Холодный ужас накрыл меня, погашая панику чем-то куда более страшным. Смотровые порталы. Если через них видны иллюзии, если весь Волдарис сейчас смотрит, значит, все узнали.

Мой самый тщательно скрываемый секрет, тьма, которую я сумела спрятать во время первых двух Испытаний, теперь выставлена напоказ.

Они видят, кто я на самом деле. Чего я на самом деле хочу.

Ноги подкосились, и я рухнула на колени рядом с призрачным телом, новая волна желчи подступила к горлу.

Стыд.

Вина.

Боль.

Я была обнажена.

Воздух вокруг словно сжался, сдавливая легкие, не давая вдохнуть. Я заставила себя подняться, волоча тяжелые, как свинец, конечности прочь от доказательства своего самого темного желания. Теперь это не имело значения. Ни Испытание, ни божественный двор. Ничего не имело значения, кроме…

— Тэтчер! — закричала я вслух и в нашу связь одновременно.

Я рванулась вперед, заставляя ноги нести меня мимо ужаса тела Олинтара, мимо комнат, откуда вырывались новые крики, где снова и снова горела плоть.

Запах стал невыносимым, миазмы21 жареного мяса и паленых волос оседали на языке, в ноздрях, проникали в поры. Я старалась не давиться, старалась не думать о том, что — кого — я ощущаю.

Дверь за дверью оказывались либо пустые покои, либо сцены, слишком чудовищные для осознания. Я захлопывала каждую, двигаясь все быстрее, отчаяние придавало скорость.

— Тэтчер, мать твою, ответь мне!

Я больше не чувствовала его. Не ощущала того знакомого присутствия, которое было со мной еще до рождения.

Я распахнула очередную дверь, ожидая увидеть очередную смерть, очередной огонь.

Вместо этого я нашла брата.

Обнаженный по пояс Тэтчер сидел в изящном кресле. Его бледная кожа блестела от пота, который буквально парил в воздухе вокруг. На его коленях, оседлав его, сидела та блондинка, которую я видела ранее, — спиной ко мне, двигаясь в медленном, ритмичном темпе. Его руки сжимали ее бедра, голова была в беспамятстве запрокинута.

Но его кожа…

Она светилась изнутри. Под поверхностью нарастал красный свет. Пар поднимался в каждой точке их соприкосновения. Огненные прожилки прорезали его глаза.

— Тэтчер! — закричала я, бросаясь вперед.

Он вяло повернулся ко мне с затуманенным взглядом. Узнавание вспыхнуло на его лице, когда он попытался сбросить с себя удерживающие его чары.

— Это третье Испытание, — выдохнула я, устремляясь к нему и протягивая руку. — Она не настоящая!

Я схватила его за руку и едва не закричала от прикосновения. Его кожа пылала, как раскаленный горн, прожигая мою ладонь. Но я не отпустила, рванула его с кресла прочь от призрачной любовницы, которая уже начинала расплываться, ее идеальные черты таяли, как воск, обнажая под собой пустоту.

— Тэйс? — его голос был хриплым, растерянным. — Что происходит?

— Потом, — выдохнула я, таща его к двери. — Нам нужно бежать. Сейчас же.

Коридор за то короткое время, что я искала его, изменился до неузнаваемости. Элегантные галереи теперь проводили жар, пламя лизало стены, пожирая все на своем пути. Над нами угрожающе застонал потолок.

Пробираясь сквозь разрастающийся ад, я заметила слова, золотой вязью парящие прямо над огнем:

КОГДА НЕБЕСА ПАДУТ, ОСТАНЕТСЯ ЛИШЬ ПУСТОТА

Послания… их нужно было понять. Найти правила, спрятанные в этой зашифрованной поэзии. Нужно выбраться из этого горящего дворца — это было ясно. Но как? Мы, мать его, висели в облаках.

С каждым шагом сознание Тэтчера, казалось, возвращалось, а неестественный огонь в его глазах угасал.

— Бальный зал, — прохрипел он голосом, сорванным от дыма. — Нужно найти остальных.

Мы пробирались через разрушающееся здание, ныряя под падающие балки и перепрыгивая через провалившиеся участки пола, под которыми зияла бесконечная бездна. Когда мы наконец добрались до главного зала, узнать его было невозможно. Огненные чаши, еще недавно казавшиеся декоративными, вырвались из своих границ и теперь пожирали все вокруг.

Людей не было, только разрушение. Люстры рухнули на мрамор, кристаллы рассыпались по полу. Изящные драпировки стали проводниками огня, который полз и рвал сводчатое пространство.

— Сюда, — бросила я, заметив коридор, который казался менее охваченным пламенем.

Мы сделали всего несколько шагов, но вдруг Тэтчер резко застыл, все его тело напряглось.

— Тэтчер?

Я проследила за его взглядом.

Там, нетронутые огнем, стояли две фигуры, от которых у меня остановилось сердце. Женщина с темными волосами и теми же лазурными глазами, что и у нас. А рядом с ней стоял Сулин.