Тебя влечет еще отчизна,Манит родная сторона, -Давно оплаканная тризнаУжель тебе еще нужна?Что ты найдешь в стране печальной,В твоей стране среди снегов?Зачем ее холодной тайнойТвоя отравлена любовь?Зачем ты ждешь ее ответа,Когда ты должен быть ничей,Как этот ветер иль как этотЖурчащий весело ручей.Что надо жизни человечьей?Что ищешь ты? Тебя здесь ждетМое вино, и сыр овечий,И черный хлеб, и дикий мед.Живи со мною на свободеИ пей из кубка моегоЗа жизнь, в которой все проходитИ не проходит ничего».
12
«И я пригубил полный кубок…»
И я пригубил полный кубок,Но сразу дрогнул небосклон, -Вино как яд ожгло мне губы,И я слыхал сквозь крепкий сонКаким невыразимым крикомЯ закричал ему в ответ:«А я рожден в просторе диком,В стране, которой лучше нет!И я не помню свое детствоИ мирный лик своей страны, -Я только помню с малолетстваОгонь бессмысленной войны,Войны слепой, междоусобной,Где брат на брата шел, когдаСлились в единый плач надгробныйИспепеленные года.Я помню страшное начало -Как вышел я его встречать,Да те слова, что мне сказалаБлагословляющая мать:Иди, мой сын, иди смелее!И жизнь моя уйдет с тобой,Но будет мне еще больнее,Когда останешься со мной.
13
«Любовь! Ты знаешь, что такое…»
Любовь! Ты знаешь, что такоеЕе животворящий пыл?И все живое, все земноеЛюбил ли ты, как я любил?Когда душа уже не знаетКому доверится, любя,Когда весь звездный мир сияетЛишь над тобой и для тебя,Когда земля с тобою дышит,И нет на свете никого,Кто не поймет и не услышитБиенья сердца твоего.Любовь! Но выше всех любовей,И бескорыстней, и сильней,Влекущий зов отцовской кровиИ крови матери твоей.Познал я горечь всех скитаний,Чужую жизнь и чуждый кров,Все униженья подаянийУ европейских берегов.
14
«Я видел смерть. Быть может, снова…»
Я видел смерть. Быть может, сноваЕе увижу; но клянусь -От прародительского кроваЯ никогда не откажусьИ ни на что не променяюСредь самых черных, страшных днейСвою любовь к родному краюИ верность родине моей.За горсть земли из той долины,Где некогда стоял мой дом,Готов отдать я все равниныИ все леса в краю чужом.
15
«Я древней мудрости внимаю…»
Я древней мудрости внимаю,Но верю мудрости живой, -Я до сих пор еще не знаюОткуда ты и кто такой?Я внял тебе! Внимай мне тожеО дальней родине моейИ знай, что нет страны моложе,И человечней, и нежней;Что ясен путь ее извечный,Что ей нельзя с него свернуть,Когда над ней сияет Млечный,Единственный на свете путь;Когда ведет к всемирной лире,Сквозь кровь, сквозь муки и гроба,Ее единственная в мире -Неповторимая судьба».22 октября 1943. Завод Рено.
Не в каком-то дальнем царстве,А в Российском государстве,Средь пяти земных морейИ не считанных полей,Средь песков, как снег, зыбучих,Средь лесов, как ночь, дремучих,Ближе к югу, у реки,Где гуляли казаки,Где стоит престольный Киев,Переживший всех Батыев,Покаравший кровопийц,Душегубов и убийцПравославного народа,Где жива еще породаГусляров-богатырей, -Там, среди моих степейНа безыменной рекеДед живет в зимовнике,И легка к нему дорогаДля того, кто верит в Бога,И кто родину своюНе забыл в чужом краю.
23
Из архивного собрания И.И. Туроверовой
1
«Из бочонка хмель медовый…»
Из бочонка хмель медовыйРазливает дед бедовый,Разливает и поет:Бог кого-то принесетК нам сегодня на веселье;Что нам думать о похмелье,Ну-ка, братцы - чок да чок,Пропускай живей глоток!А вокруг сидят вояки,Посиневшие от дракиС басурманином врагом,Задолжавшие кругом,Всех пиров посудобойцы,Развеселые пропойцы,Запорожские усы,Побуревшие носы.
2
«Дед поет все: чок да чок!..»
Дед поет все: чок да чок!Вдруг с петель слетел замок,Покатился, зазвенел,Пол в передней заскрипел,И на самом на порогеПоявился гость с дороги,Рослый, стройный, молодой,Взор, как небо, голубой,Безбородый, и румяный,И в одежде иностранной,Грудь поднята высоко -Словом, кровь да молоко!
3
«Дед бедовый тут как тут…»
Дед бедовый тут как тут:«Вашу милость как зовут?»Гость неспешно отвечает:«Князь Никита». И бросаетГорсть червонцев старику:«Разнеси-ка, дед, нам влаги,Разгони мою тоску -С давних пор не пил я браги,Не бывал в своей стране, -Будьте ласковы ко мне!»Поклонившись, князь вошелИ присел ко всем за стол.
4
«Дед, как бес, засуетился…»
Дед, как бес, засуетился:«Наливай полнее рог!Долго в поле гость кружился,До костей наш князь продрог.Все, что есть у нас в печи,Поскорей на стол мечи!»Величают князя хоромЗа веселым разговором:«Вот-то будет пир горой,Благодетель дорогой».
5
«Для начала пили водку…»
Для начала пили водку,Ели студень и селедку,А когда пришла пора -Принялись за осетра;Но чем лучше пили, ели,Чем сильней носы краснели,Тем все больше горячась,Чушь порол приезжий князь:«Ах, вы други!.. Ах, вы братья!..К вам склоняюсь я в объятья…»Дед глядит - сопят носы,Затуманились усы.
6
«Сколько было пережито…»
«Сколько было пережито, -Продолжает князь Никита. -Сколько разных грез и слезЯ в изгнанье перенес!..Где же мой народ прекрасный,Кто разрушил терем ясный,И, вернувшись в край родной,Почему я всем чужой?Ах, жестокое свиданье,Ах, холодное вниманье!..»Князь все больше - ах да ах, -Точно девица в штанах,И от слов его равноКиснут люди и вино.
7
«Дед уж этак и разэтак…»
Дед уж этак и разэтак,Ничего не мог скумекать,Снова этак и разтак, -Видит - сам попал впросак, -Киснут лица, а носыОпустилися в усы.Что тут делать? Смерть да скука!Черту впору эта мука!Тут какой-то храбрый носСо слезами произнес:«Князь, во славу всех князей,Пожалей своих друзей,Не тяни ты наши души -Мы тебя устали слушать,И, во имя Покрова,Брось твердить свои слова!Был ты долго на чужбине,Научился там волынить,И вино тебе не впрок,Горемычный голубок!Есть у деда где-то фляга -Чудодейственная влага,Что Бакланов-генералПеред смертью завещалПить тому - но только в меру -Кто несет в себе холеру».