Чтение онлайн

– Неужели тебе совсем не тяжело?- шепнула я в пушистое ухо.

Оно пренебрежительно дёрнулось.

– За кого ты меня принимаешь? Какого-нибудь слабосильного человечка?

– Ясно! Это унизительно, поэтому ты так возмущался,- догадалась я.

– Стал бы я возмущаться перед господином! Подумаешь, немного пожаловался! А вообще, так мы передвигаемся гораздо быстрее. Смотреть, как ты перебираешь ногами, – жалкое зрелище!

– Ой,- ахнула я.- Кажется, меня сейчас стошнит… остановись, остановись немедленно!

Дэйки остановился как вкопанный – я чуть не перелетела через его голову, и тут же сбросил меня на землю.

– Из чего ты сделана, Момо? Из воды и муки?

Делая вид, будто меня сиюминутно вывернет наизнанку, я отползла на несколько шагов.

– Что опять случилось?- послышался размеренный голос демона.

– Ей плохо, господин.

– Сейчас… пройдёт…- выдавила я.- Наверное, от тряски… Говорила же… пойду сама… Есть глоток воды?

Порывшись в узле, Дэйки выудил сделанный из бамбука сосуд и, выдернув пробку, подсунул его мне.

– Соберись с силами, Момо. Это – не то место, где стоит оставаться на ночь.

Золотисто-оранжевый цвет уже в самом деле доминировал над зелёным – закат близился. Пожалуй, на сегодня довольно – не стоит переигрывать в самом начале. Отхлебнув из импровизированной бутыли, я протянула её Дэйки, уже собралась подняться на ноги и… поймала на себе взгляд ёкая. В нём читалось такое презрение, что я мгновенно забыла о благих намерениях и с жалобным стоном схватилась за лоб.

– Всё кружится… В глазах темно…

Вообще-то, презрение ёкая вполне можно понять. В тот момент я сама себя раздражала и на месте любого другого уже бы давно меня придушила. Но ёкай не мог себе это позволить. Представляя, какое раздражение кипит под маской непроницаемости, я внутренне захлёбывалась от злорадства.

– Господин?- неуверенно обратился к нему Дэйки.

– Только не к тебе на спину,- взмолилась я.- Честное слово, меня стошнит! Хотя бы небольшую передышку…

– Найди место для ночлега, Дэйки.

Лис прижал уши и, поклонившись, исчез за стволами. А я осталась с "господином" одна… Невероятно, насколько не по себе мне становилось в его присутствии всякий раз. Сразу хотелось превратиться в букашку и заползти под первый попавшийся лист. Так было и теперь. Не произнося ни слова, он безо всякого выражения смотрел на меня сверху вниз, а я, просто, чтобы нарушить молчание, пробормотала:

– Мне очень жаль…

– Иошинори-сама, я нашёл подходящее место!

Вопль Дэйки заставил меня вздрогнуть, но всё равно я была готова броситься лису на шею – от радости, что он появился. Дэйки тут же без церемоний закинул меня за спину и подхватил узел.

– Постарайся удержать всё в себе, пока снова не опущу на землю! Иначе, клянусь, это были последние онигири[5], которые ты ела в своей жизни!

"Подходящее место" – небольшая прогалина, окружённая стволами бамбука –оказалась совсем недалеко. Или же Дэйки очень торопился, опасаясь, что не удержу съеденные накануне онигири в себе. В любом случае, через считанные минуты я уже сидела на земле, а лис, расположившись рядом, возился с узлом. Ёкай не появлялся, и я повеселевшим голосом спросила:

– Почему, ты не хотел оставаться здесь на ночь? По-моему, место довольно милое.

Лис сморщил нос.

– Посмотрю, каким милым найдёшь его, когда сядет солнце. Ну и размазня же ты, Момо!

– Лесу конца не видно. Всё равно бы не успели выйти из него до заката.

– Конечно, успели бы! Как господин тебя терпит?

Между тем от земли всё больше тянуло прохладой, в кустах клубился полумрак, а мелькавшие далеко за стволами оранжевые отсветы гасли один за другим. Развязав ленту, удерживавшую причёску, я тряхнула головой. Волосы рассыпались по плечам, окутали теплом спину. Как хорошо, что в своё время не последовала примеру Цумуги и не обстригла их, как она – свои.

– Не понравилось, как я их собрал?- фыркнул наблюдавший за мной Дэйки.

– Всегда распускаю их ночь. Кстати, спасибо за кимоно. Цвет выбрал очень удачно.

– Потому что подходит к твоим странным глазам?- хмыкнул он.

К моему удивлению, лис явно не собирался разводить костёр. Но ночь на жёсткой циновке под тонким покрывалом совсем не радовала, и я напомнила:

– Ты вроде говорил, твой господин не прочь погреться у огня.

– Никакого огня. Не следует тревожить обитателей этих мест.

Я обернулась на голос возникшего на краю поляны ёкая. Опустившись на землю в нескольких шагах от нас, он прислонился спиной к стволам и смежил веки. Удивительно, каким юным казалось его лицо, когда с него не смотрели бездушные мертвящие глаза.

– Перестань таращиться,- шикнул на меня Дэйки.- Думаешь, он не чувствует твоего взгляда?

– Разве он не спит?

– Конечно, нет! Иошинори-сама никогда не спит.

– Наверное, выспался, пока торчал в камне,- не удержалась я.

Лис легко стукнул меня лапой по голове, но в глазах запрыгали искорки сдерживаемого смеха.

– Как лодыжка?

– Ложная тревога. Кажется, в твоём узле ещё оставались онигири?

– Ты же чуть не выплеснула мне на спину те, что съела днём!- поморщился Дэйки.

– Но ведь не выплеснула. Так что делись!

– Вообще, все они для тебя…

– Хорошо, тогда поделюсь я.

Его глаза довольно сверкнули. Прикончив онигири, мы продолжали перешёптываться в сгустившихся сумерках.

– Не отказался бы сейчас от саке,- мечтательно вздохнул Дэйки.

– Лично я больше и не гляну на алкоголь,- меня даже передёрнуло.

– Почему?- удивился он.- Лучше саке – только вкусная еда и…

– Смертные женщины,- подсказала я.

Дэйки захихикал, а я обратила внимание на другой звук – очень тихий и тягучий, словно жалобный стон.

– Что это?

Дэйки оборвал смех.

– Юрей, что ещё?

– Юр… п-призраки?..

– А почему, думаешь, мы спешили покинуть этот лес до наступления темноты?

– Это – лес призраков?- переспросила я, ещё больше приходя в ужас.- Почему ты ничего не сказал?

– Тшш, не шуми. Что бы это изменило? Тебя бы перестало тошнить?

– Может бы и перестало…- выдавила я.

Всегда боялась привидений. Повешенных, утопленников, неупокоенных и желающих поквитаться за свои беды с живыми. Шёпот становился всё отчётливее. По земле потянулся туман, и я чуть не выпала из кимоно, когда белёсые клочья начали принимать очертания человеческих фигур. Леденящие кровь стенания наполнили ночной воздух. Из бамбуковой чащи тянуло могильным холодом.

– О Господи…- простонала я, натягивая на голову покрывало.- Они повсюду!..