Чтение онлайн

Мы в темноте, на ощупь, забрались на скалу. Я не любитель высоты, и то, что мне приходилось делать, не вызвало у меня особого восторга, тем более, когда приходилось совершать это в темноте. Но и при свете луны я мог заметить, что мы карабкаемся по довольно отвесным кручам. Признаться Сове в своем страхе я просто не успел, он быстро уходил вперед, и мне оставалось только следовать за ним. Кроме того, он считал, что я более других достоин, называться мужчиной и просто не понял бы моей боязни высоты. Да и Ната отнеслась к этому недоверчиво, после того, как мы преодолели невероятный подъем из провала… На моё облегчение, восхождение скоро закончилось. Сова встал во весь рост на камни и указал мне рукой в направлении лунного света — серебряное сияние освещало низину, где отражалось множеством осколков…

— Что это?

— Вода. Белая Сова был здесь один раз, когда бродил со своими жёнами неподалёку. Он нашёл и первым попробовал на себе живительный источник, бьющий из-под земли.

— Там озеро?

— Небольшое. Оно не более десяти шагов в длину и чуть больше в ширину. Из скалы, над ним, бьет ручей, он наполняет озеро водой. С другой стороны, вода падает вниз. Это маленький водопад, много меньше того, о котором ты мне рассказывал, и который я всё ещё не видел!

— Прости меня, Сова. Я обязательно покажу тебе то место, где Синяя падает в большой провал!

— Сова подождёт… А пока, спустимся к озеру. Я хочу, чтобы ты сам встал под холодные и освежающие струи этого чуда. Ты поймёшь, что я прав, когда ощутишь на себе их действие!

— Может, стоило взять с собой всех?

— Не нужно. Скво: и твои, и мои… и наши друзья — должны отдохнуть. Они устали за день, и не имеют той силы, которая присуща мужчинам. А братья не интересуются загадками природы…

Я согласился — Черноноги, сколь бы не были интересны сами по себе, мало обращали внимания на окружающий их мир, относясь ко всему, в основном, с точки зрения практичности. Вряд ли бы они поднялись среди ночи, чтобы идти куда-то в скалы, купаться… Только Сове это было присуще, он жил в мире своих грёз, восторгаясь, порой, любому проявлению новой жизни, и я мог его понять, так как и сам испытывал нечто подобное!

Мы спустились. Сова разделся донага. Я тоже скинул с себя одежду.

— Пусть мой брат не тревожиться. Мы можем войти в воду без оружия. В этих водах нет ничего, что могло бы стать опасным. Ни один зверь не проникнет сюда — путь через скалу доступен лишь человеку.

— И нам придётся опять спускаться, чтобы вернутся к своим?

— Да.

Я горестно вздохнул, но промолчал. Индеец больше не стал комментировать свои поступки, он просто лег в воду, освещённую лунным диском, и потому прозрачную… Глубина составляла всего около полутора метров. Нерешительно потрогав её ногой — она была обжигающе холодной! — я всё же решился сделать то же самое. На удивление, мгновенный ожог сменился каким-то, небывалым ощущением, словно, вслед за холодом, поначалу сковавшим все мои члены, пришло тепло. Вода в озере была смешана слоями: из очень холодной — верхней, до горячей — у самого дна. Они не смешивались, несмотря на то, что мы несколько раз ныряли в глубину. Сова заметил, как я с удивлением пытаюсь понять причины этого явления, улыбнулся и негромко сказал:

— Источники.

До меня дошло. Из-под скалы, возле которой находилось озеро, бил подземный ключ. Вода в нем была, как кипяток. А верхняя, падающая с самой скалы — холодная, как лед. Контраст получался ошеломляющий! Мы встали под струи водопада, и через минуту во всем теле появилась необычайная легкость и энергия, какой не было даже перед нашим отправлением в поход.

— Здесь вода — живая! — с благоговением произнёс Сова.

Мы оделись. Я поправил меч — я не расставался с ним никогда, будучи уверенным, в том, что оно может пригодиться в любую минуту!

— Спасибо тебе! Я обязательно приведу сюда наших девушек!

— Не сегодня. В другой раз, когда ты будешь один. Он дает не только бодрость — я тебе говорил об этом… Чувствуешь?

Мне хотелось чего-то, знакомого и волнующего. Сова как-то странно посмотрел на меня и произнёс:

— Ты понял меня?

— Кажется, да…

Знакомое покалывание в низу живота, прилив крови и сознание того, что я ощущаю, заставили меня смущенно опустить глаза. Сова спокойно сказал:

— Потому индеец не стал будить женщин. Сдержи силу в себе — она будет с тобой весь завтрашний день! Сова не знает всех возможностей этой воды, и не советует ее пить. Она возвращает к жизни, и мой брат в этом убедился сам. Это подарок шамана будущему вождю прерий…

— Эта вода способна поднять… на ноги любого!

— Но не каждый, и не любой сможет дойти до нее, через прерии и предгорья.

Горы не безопасны, Сова слышал от людей, что здесь появляются создания, куда более жуткие, чем даже ваши оборотни…

— Тогда я не стану никому ничего говорить.

— Хао, — он выглядел довольным. — Это озеро, как та мазь, которую готовит моя жена, оно может излечить усталость. Не нужно, чтобы о нём знала вся долина. Когда ни будь, оно поможет моему брату, если раны на его теле станут напоминать о себе!

— Я понял, мой друг. Дар не станет говорить в посёлке… и везде, о том, что видели его глаза. Это будет наша тайна…

Сова кивнул. Мы вскарабкались на вершину, на этот раз, удивительно быстро.

Во всем моем естестве был сильнейший подъем, мне хотелось кричать и прыгать. Индеец предостерегающе поднял руку, когда я намеревался перепрыгнуть с валуна на скалу:

— Мой брат увлёкся! Источник придает человеку бодрость, но не делает его серной! Ночью глаза могут обмануть, ты упадёшь и разобьёшься! Иди спокойно, и тогда твои скво не станут утром причитать над твоим телом. А

Белой Сове не придется их утешать…

Как не хотелось мне скакать и прыгать горным козлом по камням, но здравый смысл взял верх, я послушался совета Совы и стал себя вести более осмотрительно. В лагере все спали. Только Угар приподнял голову при нашем приближении. Умный пёс не стал поднимать шума, он лишь широко зевнул, показывая, что не пропустил нашего появления, и снова закрыл глаза. Сова коснулся его рукой:

— Твой чёрный приятель стоит нескольких охотников прерий. Твои скво были под надежной защитой!

— Да. Но и твои — тоже! Угар станет драться за них, как и за моих!

— Хорошо. Я верю тебе. Твой пёс очень мудр… не как собака. Что ты думаешь об этом?

— Он переродился, так же, как переродились все создания в долине, как изменились и мы сами… О таком друге я только мечтал. У меня не было настоящих друзей раньше, так, приятели… После Чёрного дня их стало гораздо больше, и первым я приобрел его, убив его мать…

— Сова понимает своего брата… У него тоже не имелось настоящих друзей, до той поры, пока он не покинул город и не стал вести ту жизнь, которая была суждена ему с рождения! А настоящий друг познается только в беде — и сейчас он считает друзьями немногих. Сова не имел случая доказать своему брату свою дружбу, но индеец всегда протянет свою руку, если Дар будет нуждаться в ней!

— Дар гордиться тем, что Сова стал его братом!

Мы пожали друг другу руки. Индеец отошёл в сторону, к тому месту, где спали обе его женщины. Я достал из мешка свою куртку, но, подумав, убрал её обратно. Ночь была тёплой — нас закрывали скалы. Было очень тихо.

Со стороны индейца послышалась тихая возня, он тоже подвергся состоянию возбуждения, и теперь делился им с Зорькой, или Диной… Один из братьев во сне зашевелился, что-то пробормотал и утих — они все лежали на одной подстилке, укрывшись одной шкурой.