Чтение онлайн

Так мы и поступили. Женщины, руководимые мною, на сплетённых вместе ветвях

— самодельных носилках — перенесли индейца к подножию холмов. Мазь и уход

Дины, чудодейственная ли вода — я еще раз взобрался на скалы и принес оттуда флягу, чтобы обмыть ею раны — чуткие руки внимательных девушек — все сыграло свою роль. Сова открыл глаза уже к вечеру. Он осмысленно оценил обстановку, молча, кивнув мне — Не унывай!

На утро следующего дня он уже смог самостоятельно подняться. Сова велел развести костер и вытащил свой нож. Он положил лезвие в огонь и заставил

Дину и Зорьку отойти…

— Пусть мой брат поможет индейцу.

Я встал позади него и крепко ухватил за плечи. Сова стиснул зубы и кивнул

Черу. Черноног вытащил из огня покрасневшее лезвие и прислонил его к ране.

По всей опушке поплыл запах горелого мяса. Сова не издал ни звука, но обмяк в моих руках и повалился на землю… Ту же операцию я проделал и с самим Чером, но состояние последнего было лучше, и он смог вытерпеть ужасающую боль, не потеряв сознания. На лице младшего из братьев только выступили капельки пота…

— Эти орехи дались нам высокой ценой! — Дина обмакивала губы Совы водой, мягко обратившись ко мне. — Лучше бы их не было.

— Мы могли нарваться на медведя и в другом месте. Одну женщину из спутников Элины, такой уже убил… Как Сова?

— Завтра мой муж будет на ногах.

— Чер тоже почти оправился. Вы пойдете в поселок?

— Нет. Я пройду тропами до самого типи.

Я указал ей на далекие холмы:

— Вы могли бы остановиться у нас. Путь к Каменным Исполинам далек и не безопасен. А у вас некому взять в руки оружие…

— Зорька сдержит любого волка. И я способна постоять за себя. Да и Сова через день будет почти в норме. Я хочу поскорее привести его к Старе — жена Косматого Медведя знает много больше меня и определит, есть ли в крови Совы зараза. Я сожалею о твоей утрате, Дар. Угар был прекрасным псом…

— Спасибо, Дина. Мы много перенесли вместе… Перенесем и это. Если хочешь, мы проводим вас до последнего озера?

— Не нужно. Твои скво тоже устали и хотят домой. И прерии для нас — родной дом. Не беспокойся за жен индейца. Кроме того, половину пути с нами будут

Чер и Шейла.

Мы расстались. Элина, подождав, пока спины ушедших скроются в травах, собрала наши вещи. Она помогла поникнувшей Нате привести себя в порядок, и вскоре мы были готовы к тому, чтобы устремиться в обратную дорогу — к нашему дому, возле далекой скалы у Синей реки…

Сделав первый шаг, я обернулся. Отсюда был виден горный массив, где мы потеряли Угара. Никогда больше грозный рык или добродушный лай не станут радовать нашего слуха, никогда его влажный нос не ткнется в наши ладони… Опять жестокая судьба отобрала у меня какую-то часть моей жизни, а я, очерствевший и мрачный, сурово сжимая в руках оружие, охрипшим голосом бросил девушкам, ждущим моего решения…

— Жизнь не закончилась этим днем… Утрите слезы! Угар погиб в бою — это лучше, чем смерть от старости. Трава в прерии не успела просохнуть от росы. Может быть — это плачет природа по одному из своих сыновей?.. По ней наши друзья ушли к своим очагам. Нам тоже пора… Вперед!

Время и заботы лечат всё. Я слышал это не раз, когда на душе становилось особенно тяжело, и глаз переставал радоваться тому, что просто, живёшь… проходило время, хватало и забот, а иные раны так и остались, навсегда незаживающей болью. И, дотрагиваться до них, не следовало никогда, иначе, даже в разгар самого буйного веселья, скорбные морщины, внезапно начинали стягивать кожу на лице, превращая его в маску печали. Как нам не хватало нашего верного друга! Привыкнув к его шумному дыханию, к его способности заполнить собой все обжитое пространство, мы обречёно просыпались от непривычной тишины, и рука, пытавшаяся нащупать мягкий мех его шкуры, натыкалась на пустоту…

… Элина проплакала всю ночь. Ната просидела с ней, сама, еле справляясь с подступающими к горлу слезами, а я, угрюмый, доставал из наших мешков еду. Мы прошагали по прерии значительное расстояние, дойдя до цепи высоких холмов, которые мы обогнули по дуге, когда шли в предгорья. Здесь мы расположились на ночлег. От линии холмов до берегов Синей и нашего дома, оставалось пройти не меньше…

— Дар!

Возглас Элины, переставшей вытирать слезы на лице, заставил меня остановиться и обернуться в сторону девушек.

— Дар! Посмотри!

Я оглянулся в ту сторону, куда указывала длинноволосая красавица.

— Нет! Чуть правее, видишь?

Что-то блестело вдалеке, неприятно отражаясь красноватыми лучами от вершины одного из холмов. Яркость нашего светила, позволяла нам смотреть на него, не отводя взгляда. И всё, что могло отражать его свет, будь то зеркало, кусок стекла или стоячая вода делало это с непривычным, кровавым отблеском.

— Ты про свет?

— Ну да!

Я пожал плечами:

— Элина, мало ли что там может быть? Кусок породы, типа кварца или слюды, какая ни будь, железка, не успевшая заржаветь… Идём, нам ещё очень далеко до дома. Я бы хотел добраться до более безопасных мест — опасно ночевать в степи.

— Да нет же! Посмотри внимательно, Дар!

Она возбуждённо всматривалась, указывая рукой на эти блики.

— Ну, неужели вы не видите? Это сигналы!

— Что?

Мы с Натой, не сговариваясь, устремили свои взоры в том же направлении.

Девушка не ошиблась, через примерно равные промежутки времени, свет то появлялся, то пропадал…

— Ну? Видите?

— Да.

Ната оглянулась на меня с тревогой:

— Кто это?

— Кто угодно, — я пожал плечами. — Сами знаете, по степи бродит не мало охотников. И не всегда они стремятся пройти известными всем тропами.

— Но он хочет привлечь наше внимание!

— Он, или они? — я остановил Лину, порывающуюся сойти с тропы, которую мы пробивали сквозь травы. — А если это Белоголовый и его приятели? Вряд ли они забыли нашу, последнюю встречу…

— Нет, — Ната спокойно отмела мои подозрения. — Они никуда не пойдут из поселка. Для этого, по крайней мере, нужна смелость, а её у них маловато.

Нет, такие, как он, могут только ловить рыбу, да таскать девушек в кусты.

И то, если толпой…

— Ну, хорошо, не они. Но, всё равно, почему никто не покажется? Нас оттуда хорошо видно, с возвышенности, мы, как на ладони. А вот их, за камнями, нет. Если у них дружеские намерения, что мешает встать на валун и махнуть рукой? Мне это не нравится, Ната…

Девушки немного стушевались. Элина, раздувая ноздри, всё же попыталась спорить:

— Дар, ну давай, посмотрим? Мне будто подсказывает что-то, что там нас очень ждут!

— Нет! — Ната отрезала сурово и решительно. — Мы продолжим идти к дому. Я предпочитаю подчиняться своему мужу.

— Но Ната!

— Всё, — я вовсе не хотел, чтобы они поссорились. — Я решил. Уходим.

Мы вновь углубились в травы. Ната шла первой, за ней, постоянно оглядывающаяся назад, Элина, я замыкал колонну…