Чтение онлайн

Миссис Кларк выпрямилась во весть свой небольшой рост и гордо подняла подбородок:

– Я не спрашиваю, как вы попали в мой дом, мистер. Но хочу сказать, что впервые в жизни вижу джентльмена, который лазает в окна к порядочным женщинам. И, кстати, разве мы знакомы?

– Простите, я забыл представиться.
– Похоже, его ничуть не проняло.
– Алфредо Франсиско ХозедиПаула Хуан де ла Сантисима Тринидад Руиз и Фернандес.

– Кто все эти люди?
– Насмешливо протянула миссис Кларк.

– Но для вас, моя дорогая Эйбелин, просто Алфредо.
– Джентльмен вежливо поклонился.
– Надеюсь, теперь, когда мы с вами обрели новую жизнь, можно пренебречь церемониями. И вас, юная леди...
– он с изяществом танцора повернулся ко мне, - я попросил бы о том же.

– Меня зовут Аделина Гарсия. Но для друзей - просто Лина.

– Прекрасно, Лина. Давненько я не болтал с живыми. Вы обладаете редким даром, моя милая, и я сочту за честь ввести вас в наше общество.

– Спасибо, Алфредо, с удовольствием познакомлюсь с вашими... эээ...

– Соседями, - подсказал Алфредо.

Странно, я не чувствовала испуга. Наоборот, меня охватило предчувствие чего-то нового и чудесного. Как в детстве накануне поездки в Диснейленд. Продолжая улыбаться, я перевела взгляд на Эйбелин. Она расширенными от ужаса глазами смотрела в спину Алфредо.

Словно почувствовав ее взгляд тот повернулся, и теперь моему взору предстала так напугавшая миссис Кларк картина: шелковый пиджак Алфредо был ровно посередине разрезан от воротника до самого низа, но сидел при этом идеально, совершенно не нарушая элегантного облика странного джентльмена.

– Так значит, вы умерли мистер Фернандес?
– Прошептала она побелевшими губами.

– Совершенно верно, моя дорогая. В 1933 году. Был застрелен в собственном ресторане 1 ноября. Оно и к лучшему, скажу я вам. В любом случае, я не хотел бы пережить пятое декабря (4). Вы еще что-то хотели спросить?

– Да, - она нерешительно теребила свою кожаную сумку.
– Значит, я тоже умерла?

Алфредо широко улыбнулся, словно его любимое дитя без единой запинки выдало гимн Урагвая (5):

– Совершенно верно. Очень рад, что мне не пришлось лично сообщать вам это пренеприятное известие.

Рука миссис Кларк выхватила из сумки и прижала к глазам белоснежный носовой платок:

– Но как же... мой муж... мои пирожные? Вся моя жизнь?

– Ну-ну, - Алфредо легонько похлопал ее по спине, - не убивайтесь так, дорогая. Ох, простите за каламбур, ведь вас уже убили.
– Эйбелин зарыдала еще громче.
– Просто посмотрите на ситуацию с другой стороны.
– Заметив, что женщина увеличила интервал вздохов и прислушивается к его голосу, он продолжал: - Конечно, воссоединиться с мужем прямо сегодня...
– он сделал вид, будто принюхивается, - ... у вас не получится.
– Правильно, запах газа уже совершенно выветрился из комнаты.
– Но зато вы встретите давно умерших близких. Не поверите, но в нашем нынешнем состоянии даже поиск давно потерянных вещей не составляет проблемы. И еще...

Алфредо продолжал успокоительно журчать, не замечая, что миссис Кларк уже перестала плакать и смотрит на него со смесью восхищения и надежды:

– То есть, вы хотите сказать, - ее голос срывался от волнения, - что теперь я увижу моего дорогого Самуэля?

– Он тоже умер?

– О, Боже, да. Тридцать лет назад. Ему было всего пятнадцать, моему мальчику.

Слезы снова навернулись ей на глаза. Решительно перекрывая новый поток, Альфонсо уверенно заявил:

– Ну, конечно. Не вижу никаких проблем, особенно если он похоронен в Лобо-дель-Валле.

– Да, да, он здесь, - торопливо закивала женщина.

– А на каком кладбище?

– Грин-рэвин.

Альфонсо задумчиво нахмурил лоб:

– Сейчас там довольно редко хоронят, только на семейных участках. Конечно, это старое кладбище не закрыли для свободного посещения, как наш Роузхилл, но боюсь, вам прямая дорога на Нью Семетери.

– У нас нет семейного участка, - слезы все-таки потекли ручьем.
– Мы с мужем не так богаты. Что же мне делать? Я тридцать лет утешала себя мыслью, что встречусь с Самуэлем в раю, а теперь, значит, и в рай мне не попасть?

– Да, в эту нелепую выдумку люди верят уже больше двух тысяч лет.
– Обхватив собственный подбородок пальцами, Алфредо задумчиво рассматривал миссис Кларк.
– Надо разузнать, возможно, в колумбарии Грин-рэвин еще остались свободные места.

– Ох, - Эйбелин покачала головой.
– Муж не позволит меня сжечь. Он принципиальный противник огненного погребения. И такой упрямый, если уж что решил...

Ну вот, новый поток слез.

– Действительно глупо.
– Согласился Алфредо.
– Сам не могу понять, что люди находят в этой церемонии закапывания. Наверное, просто не берут на себя труда задуматься обо всех этих личинках и жучках... об этом неприятном зуде во всем теле. И как бледные корни растений тянутся к вам за последними каплями жизненных соков...

Теперь миссис Кларк начала зеленеть.

– О, Боже, только не это, - обессиленно выдохнула она.
– Пусть меня сожгут. Пусть сожгут! Я хочу к моему мальчику!

– Довольно плакать, Эйбелин.
– Преодолев последние условности, Алфредо шагнул к плачущей женщине и положил ее голову себе на грудь. Его рука равномерно поглаживала голубую ткань у нее между лопаток.
– Мы обязательно что-нибудь придумаем. Лина нам поможет.

Надо же, вот и обо мне вспомнили. Оба призрака смотрели на меня: Эйбелин с надеждой, Алфредо оценивающе.

– Насколько я успел заметить, вы ведь не из слабонервных, юная леди?

Я пожала плечами. Действительно, в моей душе сейчас не оставалось места ничему, кроме сочувствия и печали. И вообще, как можно бояться привидений, таких милых, испуганных и растерянных?

– Моя бабушка говорила: зачем трепать собственные нервы, когда вокруг полно чужих?

– Очень рассудительная женщина, - одобрил Алфредо.
– Я с ней еще не знаком?

– К счастью, нет. Она жива и здорова.

– Прекрасно. У вас разборчивый почерк?

Странный поворот беседы, но я снова сделала вид, что принимаю все происходящее как само собой разумеющееся:

– Вполне. Что нужно написать?

– Записку для мистера Кларка. Где вы храните перо, бумагу и чернила, Эйбелин.

Та бросилась к секретеру и по привычке потянулась к его выдвижной полке. Как и следовало ожидать, ничего не получилось. Я подошла ближе и помогла ей. Письменные принадлежности обнаружились в верхнем ящике, стул стоял рядом у стены.

– Так что писать?
– Повторила я.