Чтение онлайн

— Не завоевать. Перестроить, — поправил Мерунес. Его взгляд стал жёстким. — Этот мир болен. Скверна – лишь симптом. Болезнь – в слабости, в алчности, в глупости тех, кто правит. В фанатизме тех, кто верит в ложных богов или идеалы. В интригах тех, кто дёргает за ниточки из тени. Я вырву эту гниль с корнем. Я установлю порядок, основанный не на вере или традиции, а на воле и силе. Моей воле. Да, это потребует разрушения. Да, это потребует жертв. Но альтернатива – медленное гниение и неизбежная гибель.

Варен отвёл взгляд. Слова Мерунеса звучали логично, но холодно, бесчеловечно. Он вспомнил резню в лесу, и его сердце сжалось. Он всё ещё шёл за Мерунесом, но пропасть между ними становилась всё шире.

Элара же слушала с напряжённым вниманием. — Порядок, основанный на воле… Интересная концепция. Первые тоже пытались навязать миру свой порядок, основанный на их понимании законов реальности. И это привело к катастрофе. Как ты избежишь их ошибок? Что помешает твоей силе и твоей воле стать такой же разрушительной тиранией?

— Осознание, — ответил Мерунес. — Я знаю природу Хаоса и Порядка. Я чувствую их внутри себя. Первые были слепы в своей гордыне. Я же видел последствия. И я не позволю ни одной из сил доминировать. Гармония – вот ключ. Жестокая, да. Требующая подчинения, да. Но гармония.

Их разговор прервал Бормотун, который внезапно перестал гоняться за снежинками и подошёл к костру с самым серьёзным выражением лица, на какое был способен (что, впрочем, всё равно выглядело гротескно).

— Так-так-так! Философствуем? О высоких материях? О судьбах мира? Скукота! — заявил он. — Пока вы тут рассуждаете о гармонии и порядке, ваши враги не дремлют! Они там, за горами, за морями, уже наверняка строят козни! Плетут интриги! Точат ножички! И наверняка обсуждают, какого цвета занавески лучше подойдут к апокалипсису!

Он присел на корточки перед Мерунесом, его глаза блеснули знакомым безумным огоньком, но в нём теперь слышались иные нотки – нетерпение, азарт. — Слушай, главнюк! Ты теперь большой и сильный! Почти как тот кит, что проглотил луну! Хватит уже реагировать! Хватит бегать от плохих дядек! Пора действовать! Пора начинать твоё великое… хм… Восхождение! Да! Восхождение Владыки Теней! Звучит? По-моему, отлично! Немного пафосно, но с изюминкой!

— Действовать? — переспросил Мерунес, внимательно наблюдая за ним. — Что ты предлагаешь?

— О! Предложений масса! — Бормотун потёр руки. — Можно, например, пойти и потыкать палочкой в муравейник Ордена! Или подёргать за усы Сенат! Или научить Культ Пустоты играть в чехарду! Но это всё… мелко! Реактивно! Нужно что-то… стратегическое! Что-то, что покажет всем – и друзьям, и врагам, и тем непонятным ребятам в дымчатых халатах, – что ты больше не просто беглец с интересными способностями! Ты – Сила! Ты – Игрок!

Он наклонился ближе, его голос стал тише, но энергичнее. — Есть одно место… Город на побережье Студеного Моря. Не Белая Гавань, нет! Поменьше, но поинтереснее! Называется Сумеречный Форт. Старая имперская крепость, захваченная всяким сбродом – пиратами, контрабандистами, беглыми магами. Но! Там слабая власть, зато есть выход к морю и, что самое главное, – под фортом находится древний узел лей-линий, который Первые когда-то использовали! Очень мощный узел! Если взять его под контроль… ох, какие возможности откроются! Можно будет влиять на погоду, на течения, даже на саму Скверну в регионе! Представляешь? Будешь сидеть в своей крепости, пить чай с плюшками и дирижировать штормами! Чем не начало для Владыки Теней, а? Захватить Сумеречный Форт, активировать узел – и вот у тебя уже есть база, флот (пираты – народ сговорчивый, если показать силу) и источник мощи, который заставит твоих врагов дважды подумать, прежде чем соваться! А? Каково?

Предложение было неожиданным. И стратегически верным. Мерунесу нужна была база, нужен был ресурс, нужна была демонстрация силы. Сумеречный Форт звучал как идеальная цель. И тот факт, что Бормотун предложил это сейчас, после его «пробуждения», наводил на мысли. Возможно, это было частью плана его «кредиторов»? Или Бормотун преследовал свои цели? В любом случае, предложение совпадало с собственными планами Мерунеса.

— Сумеречный Форт… — повторил он задумчиво. — Расскажи мне больше об этом узле лей-линий.

Бормотун радостно затараторил, смешивая технические детали (насколько он их понимал) с безумными аналогиями про танцующих кальмаров и поющие айсберги. Элара слушала с жадностью, её глаза блестели – узел силы Первых! Варен же помрачнел ещё больше – захват города означал войну, кровь, страдания мирных жителей…

Пока они обсуждали детали предстоящей операции, далеко от них, на другом конце света, в месте, скрытом от посторонних глаз и самой магии, происходила иная встреча.

* * *

Обсидиановая Крипта под Забытым Монастырём в шипах Драконьих Гор встретила своих гостей мертвенным холодом и тишиной, нарушаемой лишь едва слышным гулом защитных полей. Воздух здесь был спёртым, пахнущим пылью веков и застарелой магией. Четыре делегации прибыли разными путями, и их присутствие в одном зале создавало почти осязаемое напряжение.

Первыми, через портал, извергнувший жар и запах серы, прибыли представители Ордена Пылающих Звёзд. Возглавлял их Верховный Паладин Каэлен Варр. Его лицо, пересечённое старым шрамом от ожога (память о битве с порождением Скверны много лет назад), было суровым и непреклонным. Он был закован в тяжёлые доспехи из золочёной стали, от которых исходило слабое сияние и жар. За ним стояли два магистра Ордена, их лица скрыты шлемами, но их аура пылала фанатичной верой и ненавистью ко всему нечистому. Цель Варра была проста и ясна: Каэрон Возрождённый, Мерунес Дагон – это воплощение Скверны, чудовище, которое нужно выследить и предать очистительному огню Вечного Пламени. Никаких компромиссов, никакого изучения – только полное уничтожение. Потеря двух элитных отрядов, включая рыцаря с огненным молотом, лишь укрепила его решимость.

Вторыми из сгустившихся теней в углу зала бесшумно вышли представители Сената Теней. Их было трое. Центральная фигура, известная лишь как Спикер Арис, носила гладкую серебряную маску, полностью скрывающую лицо. Голос Спикера, когда он говорил, был лишён эмоций, модулирован магией, звучал ровно и холодно. Рядом с ним застыли две тени – его личные стражи, чьи формы едва угадывались во мраке. Сенат не интересовало очищение или божественная воля. Их целью был контроль. Мерунес Дагон был аномалией, непредсказуемым фактором, разрушающим их многолетние планы по установлению теневого господства над миром. Его растущая сила, его способность управлять Скверной, его возможное бессмертие – всё это угрожало их власти. В идеале, Сенат хотел бы захватить его, изучить источник его силы, возможно, подчинить своей воле. Если же это невозможно – его следовало устранить. Быстро, тихо и так, чтобы это не вызвало лишних волнений. Потеря группы ассасинов и менталиста вызывала у Ариса серьёзное беспокойство – цель оказалась гораздо опаснее, чем предполагалось.

Третьими, из разверзшегося на мгновение портала в пустоту, откуда дохнуло ледяным небытием, прибыли посланники Культа Пустоты. Их было двое. Один – Иерофант Пустоты Зартар – был закутан в многослойные тёмные одеяния, скрывающие его полностью. От него исходило ощущение абсолютной пустоты, холода, который был не физическим, а духовным. Рядом с ним стояло существо, лишь отдалённо напоминающее человека – «пустой голем», безликая оболочка, внутри которой клубился мрак. Культ верил, что бытие – это страдание, иллюзия, ошибка. Единственное спасение – полное уничтожение, возвращение всего в Великое Ничто, из которого оно когда-то возникло. Мерунес, с его колоссальной силой, был для них интересен. Он мог стать либо инструментом, катализатором, который ускорит процесс разрушения мира, либо, если он вознамерится строить свой порядок, – серьёзным препятствием на пути к Ничто. Зартар был здесь, чтобы оценить потенциал Мерунеса и решить, как его лучше использовать или устранить. Странные энергетические всплески и сообщения об искажении реальности рядом с Мерунесом (влияние Бормотуна) особенно интриговали Иерофанта.

Последними, пробившись сквозь каменный пол в вихре земли и тёмной энергии, прибыли Сыны Скверны. Их делегацию возглавлял Горефанг Просветлённый. Его тело было чудовищным гибридом плоти и порождений Скверны – костяные шипы пронзали кожу, одна рука превратилась в огромное когтистое клешню, по венам струилась тёмная, пульсирующая энергия. Но его глаза, глубоко посаженные под костяными наростами, горели фанатичным разумом и непоколебимой верой. Для Сынов Скверны, Скверна была не проклятием, а даром, следующим этапом эволюции, путём к божественности через мутацию и слияние с её коллективным сознанием. Мерунес же, Каэрон, был для них одновременно и фигурой из легенд (первый носитель!), и опасным еретиком. Он использовал силу Скверны, но отвергал её истинный путь – путь трансформации, путь принятия. Он пытался контролировать божественное, вместо того чтобы стать им. Это было кощунством. Горефанг был здесь, чтобы понять, можно ли обратить Мерунеса на «истинный путь» или же его придётся уничтожить как ложного пророка, угрожающего чистоте веры и единству Сынов. Сообщение о том, что Мерунес не только контролирует Скверну, но и, возможно, изменяет её природу внутри себя, вызывало у Горефанга особую ярость.