Чтение онлайн

– Он не знает о нашей родственной связи!
– торопливо объяснил Грег.
– Он считается единственным наследником Арбаросса!

– Мы прочли свою родословную, когда случайно попали в личную библиотеку герцога Ортского, - подхватил Гор.
– Мы невольно раскрыли тайну Оливула, и выяснили, что приходимся ему единокровными братьями. После мы сбежали...

– Почему?
– осторожно спросила Каляда.

– Если бы выяснилось, что мы дети Арбаросса, автоматически встал бы вопрос о личности матери? По законам Лучезарного Мира князь не имеет права вступать в брак с женщиной из Темных Миров. Наш отец нарушил запрет. Позднее он представил Оливула, как своего сына от фаворитки. Но Оливул родился неживым, и оставался таковым, пока отец не отдал его Ортскому. И герцог создал для Белого князя искусственную жизнь.

– Если ваш папочка удачно соврал про старшего сына, - сказал Данила, - что ему мешало соврать и про вас?

– Внешность, - ответил Гор.
– Блеск волос в первую очередь.

– И то, что в человеческом облике мы были сросшимися близнецами, - добавил Грег.

Серафима опередила Данилу и уточнила сама:

– Значит, перламутровый блеск в волосах - материнская черта? И Оливул ее не имеет?

– Оливул седой от рождения. Быть может отец и принял бы какие-то меры в отношении нас, только вскоре после нашего появления на свет он погиб в бою вместе с матерью.

– Она была воином?
– удивился Данила.

– Можно сказать так, - ответили близнецы.

Ш 30 Ч

Время перевалило за полночь. Грег и Гор уснули, Каляда сидела не двигаясь, из чего Данила заключил, что и она спит. Ветер за стенами грота утих, и пилот рискнул выбраться наружу.

Впереди простиралось черное безбрежие Топей. Данила долго всматривался в неподвижную тьму: ни всполоха, ни звука. "Да кто же ты, черт возьми! Почему ты меня знаешь, почему я не помню тебя?
– он отчаянно слушал тишину.
– Ответь, хватит загадок. Кто ты? Может быть тоже неизвестный брат? Ответь!"

Ночь молчала.

На плечо опустилась крепкая рука. Данила вздрогнул и непроизвольно схватился за пистолет.

– Извини, если помешала, - спокойно заговорила из темноты Каляда; Тимохину показалось, что он видит ее добрую улыбку.
– Не спится?
– продолжала она негромко.

– Летучки проверял, - соврал пилот и, помедлив, со вздохом признался. Искал контакта.

– Это он был с тобой в гроте?

– Да. Вы слышали?

– Чувствовала, и давай все-таки на "ты".

– Попробую.

– Отлично. А насчет твоего друга-призрака у меня есть кое-что новое. Правда, сначала я хотела спросить тебя о Логе.

– А при чем тут Васька?
– искренне удивился Данила.

– Может быть и не при чем. И все же. Скажи-ка мне, как он появился у вас в отряде?

– Прислали полгода назад.

– Ты уже служил здесь?

– Да, и моего стрелка как раз отозвали в другое подразделение. Вот Василия и определили на мой катер.

– А кто он родом? Он рассказывал что-нибудь?

– Васька все больше про сны свои рассказывает, - усмехнулся пилот. Пунктик у него такой есть. Дрыхнуть может где и когда угодно, иной раз не растолкаешь!

– А кем он себя видит во сне?

– Охотником. Иногда, правда, про какую-то Мать-Зорю твердит. Может быть, конечно, это религия его Родины, не знаю.

– Понятно, - задумчиво отозвалась Серафима.

– А в чем дело? Что такого Васька мог натворить?

Каляда присела на камень.

– Интересная картина получается, - начала она.
– Твой призрак пользуется собственным видом энергии, но когда он появляется, окружающий его фон полностью совпадает по всем параметрам с биологическим полем Лога. Как будто они питаются из одного источника, но для Василия этот источник родной, а для призрака - внешний, и даже, я бы сказала, навязанный помимо его воли.

– Ну и?

– Это наблюдения. Я не могу еще сделать выводы.

– А Рамзес?
– вдруг осенило Данилу.
– Его ты проверила?

– Он не дал согласия на зондирование. Я не имею права вторгаться в его сознание. А внешнее поле у него обычное.

Тимохин вздохнул.

– Так, всё остается на старых местах.

– Не унывай. Ты вспомнишь имя своего друга.

– Ладно имя! Вспомнить бы, кто это он сам-то.

– Имя человека - не просто слово. Древние народы считали, что в имени сокрыта сама душа. В их легендах герои, узнавшие имя врага, низвергали его проклятием. Именем будили духом и возвращали к жизни любимых. Кто знает, может быть твой друг ждет от тебя свое Имя. Твоя память даст ему силы вырваться из плена.

– Бабушкины сказки!

– Не веришь?
– женщина - Данила не мог отделаться от этого ощущения изучала его, несмотря на полную темноту вокруг.

– Хотел бы верить, наверное, но...

Он осекся, вслушиваясь в завывание ветра в горах. Серафима поднялась на ноги:

– Что происходит?

– Я... я не знаю.

Каляда сконцентрировалась на восприятии скрытых токов пространства.

– Кто-то ищет сенсорный контакт. Слабо... как слабо!
– проговорила она.

Из грота раздался короткий крик в два голоса. Серафима и Данила бросились в пещерку. Тимохин отстал, врезавшись ногой в большой камень, а Каляда, видевшая в кромешной ночи как кошка, в мгновенье пересекла пляж и оказалась возле близнецов. Юноши сидели, плотно прижавшись друг к другу, и волосы обоих ярко блестели в темноте.

– Мы нашли Оливула!
– воскликнули они, увидав Серафиму.
– Мы почти добились контакта!

Приковылял Данила.

– Живы? И надо было так орать?

Они отмахнулись.

– Юля с ним?
– спросила Каляда.

– Кажется, он пытался нам сообщить, что она цела и невредима, - продолжал Грег в одиночку.

– Они блуждают в подземных лабиринтах!
– подхватил Гор.

– Кто вышел на контакт? Вы сами?
– Серафима держала близнецов за плечи.

– Мы открылись, а он к тому моменту уже сам нас искал.

– Надеюсь, ваш братец знает, как выбраться из подземелья и вывести девчонку?
– встрял Данила.

– Похоже, не очень, - вздохнули Грег и Гор.

– Данила, - перебила Каляда, - разбуди Василия. Скорее.

В напряженном голосе женщины звучала тревога. Грег и Гор притихли, а Тимохин подошел к приятелю.

– Не вижу ничего, - пробормотал он, щупая рукой пустоту.
– Свет дайте кто-нибудь!

Гор поднял тепловую шашку, осветив место, где сидел Лог. Данила отпрянул.

– Его нет!

Каляда ощупала комбинезон, оставшийся на песке.

– Никто ведь не выходил. Не мог же он раствориться?
– рассеянно пробормотал Тимохин.

– Если он экзообраз, почему бы нет?
– отозвался Грег.

– Какой еще "образ"?!

– Данила, - светло-карие пронизывающие глаза Каляды смотрели на пилота грустно и спокойно, - они правы. Василий не был человеком.

– Нет... Чушь какая-то! Мы служили вместе полгода, он был моим стрелком. Да и ваши князья с образами появились у нас всего три дня назад!