Чтение онлайн

36

"Крылатый Волк" с чувством собственного достоинства встал на грунт. Болотная масса струями стекала по некогда блестящему корпусу на песок, и ее ручейки уползали обратно в Топи. Серафима, Грег и Гор подбежали к кораблю. - Данила!
– позвала Каляда.
– Пэр! Секунды тянулись, как часы. Наконец, люк в спине "Волка" открылся, окатив людей дождем грязевых брызг, и из него выбрался Данила. Он, все еще шальной после боя, сел на почерневший корпус корабля и сверху оглядел друзей. - Живы? - Нас Оливул спас!
– в один голос ответили Грег и Гор. - А-а, - протянул Данила и нашел ногой площадку подъемника.
– Я боялся, что вы нырнули. Так значит это по милости вашего братца все истребители испарились? Он спустился на землю. - Где Пэр?
– Серафима помогла Гаюнару сойти с лифта -парень сильно хромал. - Сейчас найдет удравшие молекулы и явится. Отпусти, я сам, - он высвободился из рук Каляды. Она отступила. Пилот осторожно присел на камень. Появился Пэр, долго не мог собраться в фигуру человека и после нескольких бесплодных попыток остался висеть в воздухе в виде зеленого облака. "Данька!
– он сгустился перед физиономией друга.
– Ну почему ты такой упрямый! Я же тебе кричал бросай тросы!" - Я знал, что делаю, - огрызнулся Данила.
– И, как видишь, все обошлось. "Если бы не Бер-Росс, мы бы ухнули в Топи оба!" - Ты кончишь брюзжать, как старая бабка? Все нормально, все целы и невредимы. А несколько царапин можно пережить. Серафима задумчиво изучала скалы, откуда начиналась атака истребителей. - Грег, Гор, когда экзистор строит Игру, другой экзистор может определить, где находится первый? спросила она. - Да. Если не делать контрообраз, прослеживается любая точка пространства, в которой идет Игра. - Оливул сейчас делал этот, как вы говорите, контрообраз? - Нет, - юноши насторожились.
– Для него требуется очень много энергии, а Оливул и так играл без Экзистедера. Ты хочешь сказать, что кто-то специально напал на нас, чтобы выследить Белого князя? Но Оливул мог и не вмешаться, он: - Он не мог не вмешаться, - перебила Серафима.
– Он любит вас, даже не подозревая, что вы с ним родные братья. И его враг это знает. Данила усмехнулся. - Так. Сработали, как червяк на удочке! Прекрасно. Попадись мне этот "рыболов", я бы ему все ребра пересчитал. - У тебя была такая возможность, - сказала Каляда серьезно. - Это как? Три пары глаз и бестелесный разум взирали на Серафиму. - С большой вероятностью я могу заявить, что тот, кто выглядел как Рамзес, таковым не являлся. Это была оболочка человека - без собственного сознания, без чувств, без мыслей; кукла, которую вела невидимая рука. Энергетический фон, окружавший Василия, поначалу скрывал неестественность "Рамзеса". Экзистор как будто прицепил к Логу созданный образ. Когда Василий ушел в свой дом, образ остался без поддержки. Молодые люди некоторое время обдумывали услышанное. - И кто в таком случае занимал оболочку Рамзеса?
– спросил Данила. - Если бы я знала! "Вот будь с нами Оливул!" - воскликнул Пэр. - Вместо одной проблемы мы имели бы гору, - проворчал Гаюнар.
– Только что из-за него нас всех чуть не прибили. Его высказывание осталось без ответа. - Мы предупредим Белого князя!
– Грег и Гор были полны решимости.
– Мы найдем его через пространство Структуры. Серафима быстро остудила юношеский пыл. - Если Оливул сам до сих пор не воспользовался Путями, значит, у него есть на то веские причины. Возможно, он предполагает, что в Надмирье расставлены ловушки. Кроме того, я не уверена: только ли на БерРосса направлен гнев экзистора. Вспомните, как высказался "Рамзес" - "вы все зло, вселенское зло". Кажется, он ненавидит внемиренцев вообще. "Из ваших бесед я давно понял: Диербрук строит Путь к Первому Экзистедеру, чтобы разбудить Великую Игру, - заговорил Пэр, - и возрожденная Игра изменит Структуру так, что от Миров ничего не останется. Уж не знаю, что заставило Аз-князя заварить эту кашу, но мы - сильные внемиренцы. Мы можем здорово ему помешать. Чем не резон угробить нас заранее?" - Как же мы ему помешаем?
– Данила покосился на "Волка".
– Сядем в корабль и расстреляем Экзистедер, что ли? Призрак нетерпеливо качнул головой: "Нет. Всё сложнее. Крылатый Волк призван собрать семь внемиренцев, которым Стихии Мироздания вручат свой дух и свою мощь, чтобы наша Структура стала нерушимой, вечной. Так говорил Ортский твоему отцу. Первый - я; меня избрал Воздух. Теперь выбор должны сделать Твердь, Вода, Огонь, Смерть, Жизнь и Космос. Диербрук наверняка это знает, поэтому и желает гибели звездолета". - Диербрук занят наведением моста, - возразили близнецы.
– Да и не стал бы он пользоваться излюбленными птицами-ловцами Доная. Скорее экзистор сам Донай. Помните, как Рамзес пошутил на тему полета с крыши на чердак? Мы не придали этому значения, а ведь такой эпизод действительно был: мы в детстве увлекались конструированием летательных аппаратов, и однажды на испытании - Ви-Брук это видел - наш прототип влетел в чердачное окно дома, на крыше которого мы устроили стартовую площадку. "Давайте сделаем так, - решительно заговорил Пэр.
– Данила, проводи друзей на Волка, а я попробую отыскать Оливула в пещерах. Не нравиться мне, как Красный князь закрутил интригу. Всем известна его неприязнь к БерРоссу". - Будь осторожен, - предупредила Серафима. "Конечно! Данька, я тебя прошу не впутываться в неприятности, пока меня нет".

37

Было около полудня, когда путешественники остановились на привал. Юлька устало опустилась на плоский камень. - Я поищу путь, - сказал Оливул.
– По моим подсчетам до поверхности осталось немного, держись. - Я с тобой!
– подскочила девушка. Белый князь мягко придержал ее за плечо. - Нет-нет, я никуда не ухожу, только отправлю экзорный зонд на поиски выхода. Отдыхай пока. Он отошел на несколько шагов вперед. - Оливул, - догнал его голос Юльки, - а что будет, когда мы выйдем отсюда? - Ты вернешься к своим. - А ты? Бер-Росс вздохнул. Диербрук строит мосты. Скоро еще один Мир переродится, порабощенный Игрой, потом еще и еще. А в конце? Белому князю стало страшно на мгновение от мысли, что вся Структура рухнет ради призрачной новой, счастливой, о которой мечтает Аз-князь. Исчезнут галактики, каналы, пути, люди, внемиренцы, Юлька. И виновен в наступившем безумии будет он сам, поддержавший сумасшедшую идею старика. - А ты, Оливул?
– повторила девушка. Он явственно ощущал на себе ее беспокойный взгляд. - Меня ты больше не увидишь. - Почему?..
– пробормотала она сдавленным голосом. - Не сейчас, - спешно прервал Бер-Росс.
– Я должен сосредоточиться. Они опять шли, и Юлька мечтала теперь, чтобы туннель никогда не кончался. Мысль вернуться в прежнюю серую жизнь казалась ужасной, но то, как ответил Белый князь, было еще страшнее. Девушка чувствовала, что у него зреет какой- то смертельно опасный план, и она не в состоянии как-либо повлиять на его исход. Завернув в боковой коридор, путешественники уперлись в монолитную гладкую стену. - Здесь не было преграды, когда я посылал зонд, - мрачно проговорил Оливул. - Это сделал твой враг? - Да. Я полностью открылся, пока строил локальный Мир. Он выследил меня по экзорной струе. Что ж, мы имеем дело с сильным экзистором. - А ты не можешь уничтожить стену? - Могу. Но именно этого он от меня и ждет. Сделаем иначе, - Оливул повернул назад.
– Запасный выход есть, правда, посложнее, чем первый. - Почему он не вызывает тебя на открытый бой?
– девушка едва поспевала за Белым князем. - Оставаясь в тени, он имеет преимущества. Ты была права, когда удержала меня от прохода по Структурному Пространству. Далекие Пути вряд ли представляют опасность, но прежде надо пересечь область Надмирья - плотный кокон, окружающий каждый Мир. Расставить ловушки там труда не составляет, и он наверняка это сделал. Неожиданно разговор был прерван громким писком и хлопаньем крыльев. Навстречу людям вылетела стая серых животных, по виду и размеру похожих на больших крылатых крыс. Юлька поспешила пригнуться. БерРосс набросил на нее край своего плаща, и прижал к земле. Стая пронеслась мимо. - Летучие крысы!
– Юлька подняла голову.
– Откуда они здесь? - Рядом их жилище, и нам придется зайти в гости, - Оливул встал на ноги, отряхивая камзол.
– Обычно они ведут себя спокойно, но сейчас этих тварей что-то сильно напугало. - Лучше иметь дело с взрывающимися цветами, - вздохнула девушка, глядя вслед потревоженным животным.
– Эй, а что ты сказал про гостей? - Впереди нас ожидает неприятная встреча, - пояснил Бер-Росс.
– Ступай как можно тише и говори шепотом. Юлька, успевшая привыкнуть к опасным приключениям, смело двинулась за спутником. Скоро в мрачную темень подземного лабиринта вкралась седая мгла. Факел померк, и очередное ответвление туннеля вывело людей на площадку, озаренную скупыми лучами Альционы. Тропу оборвал широкий котлован. Свет лился сверху через отверстие, похожее на жерло давно остывшего вулкана, но до дна не добирался - терялся в темной глубине. Своды кратера кишели живой коричневой массой. Разглядев, что из себя представляет это месиво, Юлька невольно съежилась: огромное количество летучих крыс оккупировало согретые дневным светом камни. Крысы висели неподвижно в самых причудливых позах и выглядели спящими. Лишь потрескивание - звук, издаваемый животными - не оставлял сомнений, что они готовы сорваться с насиженных мест в любой момент. Юлька шумно вздохнула. - Мы полезем наверх?
– она показала на неприступные стены. - Боюсь, это невозможно, - Бер-Росс улыбнулся одними губами.
– На сей раз - никаких чудес. Видишь прямо напротив нас дыру в скале? Вулканический взрыв разорвал туннель, но лава не залила коридор, а застыла в виде кольцевых ступеней по всему периметру котлована. На одной из них мы как раз стоим. Девушка уже поняла его мысль, опасливо покосилась на крылатых обитателей пещеры и спросила. - Оливул, а ты не мог бы создать мостик или что-нибудь такое? - Экзообраз нетрудно создать, и еще легче уничтожить. Наш недоброжелатель управляет энергией, которой питается этот Мир, и ему ничего не стоит убрать чужую поделку. - Понятно, - Юлька мужественно обвела взглядом дугу, по которой им предстояло пройти.
– Я готова. - Молодец. - А крысы?
– напомнила она.
– Я слышала, они очень злые. - Надеюсь, они будут вести себя тихо. Но на всякий случай, - Бер-Росс снял с плеч белый плащ и накинул на спутницу, - пусть будет у тебя. Это особая ткань: не пропускает ни реальных, ни экзорных ударов: Все в порядке, - он не позволил ей возразить.
– Иди точно за мной и старайся не смотреть вниз. Юлька не боялась высоты, однако сейчас, когда под ногами оставалась лишь узкая неровная ступенька над оскаленной пастью бездонной пропасти, поджилки начали неприятно дрожать. К тому же ужасно мешал непривычный плащ, достававший ей почти до щиколотки. Но Оливул ступал впереди уверенно, время от времени подбадривая ее словом, и девушка поборола страх. Они прошли больше половины пути, как вдруг ни с того, ни с сего в воздух поднялись несколько летучих крыс. Тембр их звуковых сигналов отличался от мерной скрипучей переклички сородичей, и Белый князь неожиданно для себя вспомнил разноголосые завывания охотничьих рожков в осеннем лесу. - Не слишком-то нам рады, - пробормотала Юлька, не замедляя шаг. - Не делай резких движений, - шепотом предупредил Бер-Росс.
– Животные не нападают первыми. - А как насчет исключений? И как бы в подтверждение ее опасений одна из крыс угрожающе замолчала, застыла в воздухе и в следующую секунду, выставив вперед хвост-шип, метнулась на девушку. Юлька инстинктивно пригнулась. Свист клинка и короткий крысиный вопль. - Юля, ты не ранена?
– Оливул потянул ее за руку. - Нет : Ой, как их много! Стая летучих крыс висела плотной стеной перед карнизом. - Подожди, не двигайся. Оливул ловко воткнул меч между камней, ухватился за эфес и шагнул перед Юлькой над бездной, пропуская ее вперед. Только он успел повернуться спиной к стене, как еще несколько тварей бросились на людей. Белой молнией пронесся клинок, и три крысы, кувыркаясь и вопя, отправились в пропасть. Стая кинулась следом, и, надо понимать, тушки не достигли дна, растерзанные соплеменниками на лету. - Быстрее!
– Оливул аккуратно подтолкнул спутницу вперед. Оба, рискуя оступиться и последовать за убитыми животными в зловещий колодец, балансируя побежали к черному проему, за которым возобновлялся туннель. Крысы, впрочем, отступать не собирались. Те, кому не досталась добыча, раздразненные запахом крови, вновь поднялись на уровень карниза. Котлован наполнил отвратительный визг хищников, и стая ринулась в атаку. Юлька вскрикнула и с головой закрылась плащом. Несколько черных крепких, как сталь, хвостов врезались в полотнище. Девушка слышала скрежет и звук глухих ударов, сыпавшихся со всех сторон, но волшебная ткань надежно охраняла от когтей, шипов и зубов разъяренной стаи. Ужас, охвативший в первые секунды, сменился негодованием, а затем - импульсивной яростью. Юлька выхватила пистолет и вскочила. В полутора метрах правее в туче черных омерзительных тварей сверкал меч Оливула. Вопли там не смолкали, из чего следовало, что клинок Бер-князя вдоволь испил крови. Юлька сдернула предохранитель лазерного блока и не целясь открыла огонь. Горящий сноп врезался в центр живого сгустка, замелькали прожженные крылья. Атака крыс захлебнулась, и они в панике заметались по котловану. - Не нравится?
– Юлька азартно палила направо и налево.
– А вот вам! Получайте! Она поймала в прицел очередную крысу и нажала спуск. Заряд вырвался из дула, но: пролетел сквозь животное и разбился о камни на противоположной стороне кратера. - Это образы?
– Юлька растерялась. - Беги!
– крикнул Оливул.
– Я задержу их, беги! Реальное оружие на экзорных созданий действия не оказывало, и девушка, сунув пистолет в кобуру, побежала к туннелю. За спиной не смолкал визг и треск крыльев, но оглянуться было бы равносильно самоубийству: она лишь успевала смотреть, куда ставит ноги. Едва не соскользнув в пропасть за два шага до спасительного туннеля, Юлька чудом уцепилась за камни, не помня себя, вскарабкалась в коридор, отползла в темноту и ткнулась лицом в холодный песок. Она лежала неподвижно до тех пор, пока не осознала, что кроме собственного пульса, бешено колотящегося в висках, не слышит никаких звуков. Мысль о судьбе Белого князя привела в чувство в одно мгновение. Юлька подняла голову. В котловане стояла мертвая тишина. - Оливул?
– робко позвала она. Слабый шорох донесся от полуобваленного лаза. Девушка метнулась туда и ухватила товарища за руку прежде, чем меч, на котором он держался, обломился у самого эфеса. Бер-Росс тяжело подтянулся и с помощью Юльки ввалился в туннель. - Все в порядке, - прошептал он и поднял на нее глаза.
– Спасибо. - Быстрее, быстрее отсюда!
– она потащила его вглубь коридора.
– Он сейчас устроит обвал! Белый князь почти бессознательно встал на ноги и последовал за спутницей. Секундой позже тишина была нарушена грохотом упавших камней. Вход в туннель завалило, и воцарилась темнота. - Как ты вовремя, - медленно проговорил Бер-Росс. - Что с тобой?
– она старалась рассмотреть его лицо.
– Тебя не поранили? - Пустяки, - откликнулся Оливул.
– Нам нужен свет. Появился контур плазменного фонаря, нехотя оформился в плоское изображение и медленно материализовался. - А что стало с крысами?
– Юлька боязливо оглянулась. - Мне удалось их прогнать. Он хорошо разыграл свой ход: создал десяток образов и послал их в атаку. Убив первую тварь, мы сами спровоцировали остальных, настоящих. Несколько минут они двигались молча. Юлька тревожно следила за Белым князем. Держался он прямо, но девушка заметила, что каждый новый шаг дается ему труднее предыдущего. - Оливул! - Все в порядке, - упрямо отозвался он, автоматически прошел еще несколько метров, оступился и, едва не упав, ухватился за каменный выступ. - Оливул! Что с тобой?.. Ты же ранен! Теперь она увидела проступающее кровавое пятно на левом плече Бер-Росса, которое он всячески скрывал. - Нишу впереди: осмотри внимательно. - Сейчас! Держись, пожалуйся, я мигом! Она оставила его прислонившимся к стене, а сама кинулась в рекреацию, похожую на ту, где они провели прошедшую ночь. Здесь было менее уютно, но сухо и просторно. Юлька воткнула факел в песок и бегом вернулась к Белому князю. - Обопрись о меня. Осторожно! Идем: Она перекинула его руку себе на плечи. Бер-Росс шел сам, стараясь не опираться на девушку, однако силы стремительно таяли, и, добравшись до ниши, он со стоном упал на песок. - Оливул!
– Юлька приподняла его голову.
– Не теряй сознание! Оливул! Он приоткрыл глаза. - Не волнуйся: я справлюсь: Экзорная рана не опасна: - Врешь очень неубедительно!
– бросила Юлька и расстегнула пропитанные кровью камзол и рубаху. В левом плече пониже ключицы торчал черный шип. Юлька сглотнула подкатившийся к горлу ком. Не то чтобы она боялась крови, но с серьезными ранами дела иметь ей не приходилось. - Не предпринимай ничего, - прошептал Белый князь.
– Ты мне не поможешь. Он сделал его невещественным: Я должен создать: контрообраз: - Молчи!
– Юлька в отчаянии закусила губу.
– Ты и так потерял много сил! Почему ты сразу не сказал?! Лежи, я что-нибудь придумаю. Все будет хорошо: Оливул! Он окончательно потерял сознание. Кровь текла по плечу и груди так, будто рана была открытая. Юлька попыталась ухватить кончик шипа, но не тут-то было: пальцы поймали пустоту. Она попробовала еще раз, потом другой рукой, и опять безрезультатно. Наконец, ей стал понятен смысл сказанных Бер-Россом слов: шип был виден, но не осязаем. - Да кто же это всё делает?! Эй, ты, мерзавец!
– девушка вскинула голову.
– Я доберусь до тебя, клянусь! В морду от своего же поганого образа получишь! Думаешь, ты один такой изобретательный? Подожди, я найду на тебя управу. Она медленно подняла руки над раненым. Нечто новое, неведомое сознанию вышло из глубин души, терпким жаром прокатилось по спине и вплелось в череду привычных ощущений. Юлька перевела взгляд на злосчастный шип. Тень, контур, образ - нужно совсем немного, чтобы это обрело вещественное воплощение! Она отчаянно искала внутри себя то новое, что минуту назад пробудилось от многолетнего сна. Неуемная мощь, сила Созидания стояла на пороге, готовая следовать воле внемиренца. И все же шип - по прежнему тень из чужой Игры. Юлька не сдавалась. В памяти всплыла сцена в медизоляторе на станции. Фантом выронил кинжал, бывший в действительности простой детской игрушкой, и эта игрушка сейчас показалась девушке удивительно знакомой. Сознание вдруг коснулось каких-то иных просторов, и мысль зажила сама собой. Юлька увидела девочку четырех-пяти лет отроду в голубом платьице и панталончиках. Девочка испуганно смотрела на огромную позолоченную дверь, из-за которой раздавались гневные неразборчивые голоса. Рядом годовалый карапуз с рыжим пушком на головке забавлялся с деревянной шпагой: размахивал ею и сопровождал каждый взмах звуковым подражанием удару: Картинка пропала. Девушка протерла глаза. - Шпага, значит: - проговорила она. Представив, как берет из рук малыша его игрушку, Юлька мысленно перенесла свои ощущения на шип. Дотронулась, подцепила пальцами, потянула. Оливул застонал. Она дернула сильнее, и маленький черный дротик остался в ее руке. - Вот так вот!
– победно воскликнула Юлька. Она быстро обработала рану с помощью медикаментов, извлеченных из портативной аптечки, наложила повязку и стерла кровь с груди Бер-Росса. К счастью, жизненно важные органы дротик не задел. "А ведь этот негодник запросто мог нанести удар в самое сердце, - подумалось девушке. Интересно, что ему помешало?" Оливул шевельнулся. - Юля?
– голос был до неузнаваемости слаб. - Я здесь. Я вынула шип. - Как? - Потом, Оливул, - Юлька наклонилась к нему.
– Ты потерял много крови. Я сделала реабилитационные инъекции, и теперь тебе надо поспать, чтобы восстановить силы. - Хорошо, - отозвался он.
– Ты удивительная, Юля: и прекрасная. Как жаль, что я не знал тебя раньше. - Но ведь всё начинается в свое время!
– она провела ладонью по жестким белым волосам, убирая прядь с влажного лба.
– Отдыхай. Я здесь, с тобой. Бер- Росс закрыл глаза. - Мне нужен час: Разбуди меня, мы должны выбраться на поверхность до темноты.

38

Юлька задумчиво смотрела на факел, разливающий вокруг голубоватый ровный свет, когда почувствовала на себе взгляд живого существа. Осторожно оглядевшись, она не заметила ничего необычного, но ощущение постороннего присутствия не покидало. Девушка медленно расстегнула кобуру и сжала рукоять пистолета, прекрасно понимая, что перед экзообразом с человеческим оружием будет беззащитна. А Оливул вот уже полтора часа лежал в тяжелом забытьи. "Ну давай, показывайся, ты, гад", - мысленно обратилась Юлька к невидимому визитеру. "Покорнейше прошу меня извинить, - появился в ее сознании беззвучный голос, - я не образ и не экзистор. Меня зовут Пэр. Я друг Данилы. Не пугайтесь, пожалуйста". - Друг Данилы?
– Юлька удивленно озиралась по сторонам.
– А вы где? "Одну секундочку:" Зеленый туман выплыл из темноты, сгустился перед девушкой и собрался в фигуру маленького прозрачного человека без лица. - Ой!
– вырвалось у Юльки.
– Вы из Темных Миров? От неожиданности призрак чуть не потерял контуры. "Как вы догадались?" - Оливул говорил, что только там происходят необъяснимые вещи. "Необъяснимые? Хм, возможно! Меня действительно нашли в Темных Мирах и, правду сказать, никто не пытался найти объяснение моего существования: О, простите, увлекся. Вы Юля, не так ли? А Оливул? О, боже! Что с ним?" призрак увидал Бер-Росса. - Его ранил экзообраз. За нами охотится какой-то экзистор, и мне кажется, это Донай, кузен Белого князя. "Мы тоже так считаем! Я летел предупредить вас, но вот опоздал. Рана опасная?" - Не знаю. Надеюсь, не очень. А вы видели Серафиму, Грега и Гора, Данилу? "Они беспокоятся о вас. После того, как исчез напарник Данилы, а пилот по имени Рамзес оказался экзообразом, мы поняли, что вы и Оливул в большой опасности". - Васька исчез? Рамзес экзообраз?
– Юлька потрясла головой.
– Ничего себе новости: Пэр, как бы нам выбраться отсюда поскорее! Оливулу нужна помощь, я сделала всё, что в моих силах, но: - Юля?
– Бер- Росс приподнялся на правом локте.
– Кто здесь? Она помогла ему сесть, и Белый князь увидел призрака. - Пэр? Не может быть! Какими ветрами, дружище? "Эй-эй, осторожнее. Ты, говорят, ранен. О себе мне некогда рассказывать, есть дела поважнее. Слушай, Оливул: старый Экзистедер этого Мира оживлен два дня назад. Близняшки узнали в одном локальном образе характерные черты Доная. Без тебя разобраться в этом бардаке крайне трудно - я в Игры не играл, у ГрегГора не хватает опыта. А если нам не удастся сорвать затею твоего дяди, тут такое начнется! Не знаю, какая муха тебя укусила, когда ты взялся ему помогать". - Да, я многое понял, - ответил Оливул, и Юлька заметила, что он побледнел больше прежнего. Клянусь: никто и никогда не дойдет до Первого Экзистедера Структуры. Улетайте с этой планеты. Это не ваш бой. "Но четверо уже объединились на Крылатом Волке! Оливул, это наше общее дело!" - Свои ошибки я исправлю сам, - жестко ответил Бер-Росс.
– А вы найдёте избранников Семи Стихии, и когда-нибудь, где-нибудь исполните предначертанное судьбой. Возвращайся к "Волку". Пусть корабль сядет неподалеку от пещеры. Через час Юлия будет с вами. "Хорошо, Бер-князь, - грустно отозвался призрак.
– Я надеюсь, мы увидимся с тобой. До встречи, Юля". Зеленая дымка поднялась к своду коридора и исчезла. - Оливул, - Юлька робко заглянула в его лицо.
– Что будет с тобой? Почему ты не хочешь остаться с Пэром, Грегом, Гором? Он мягко сжал ее руку. - Не волнуйся за меня. Пойдем. Тебя ждут твои друзья. - Пойдем? Да ты два часа назад на ногах не держался! - Все в порядке. Экзорная рана заживает быстро, посмотри сама. - Обязательно посмотрю, - Юлька недоверчиво прищурилась и осторожно тронула клейкий тампон. Оливул улыбнулся. Она вздохнула и сняла повязку с его плеча. От воспаленной раны не осталось ни следа. - Теперь ты мне веришь? Юлька кивнула не сразу, а потом добавила: - Общаясь с тобой, я поняла: не все, что видишь, является таким, каким это видишь. Он засмеялся. - Метко подмечено. Но сейчас никакого обмана зрения нет, поверь. Я воспользовался известным приемом: временно создал над собой экзорный дубликат, заставил его выздороветь за короткий срок, а потом результат перевел на себя. Действует эффективно, особенно если рану нанес образ. Оливул встал, застегнул рубашку и камзол, накинул плащ и поднял факел. Юлька следила за его точными, плавными движениями, и удивлялась себе - как раньше не замечала, что Белый князь так красив.

Они шли по подземному коридору уже полчаса, когда до слуха дотянулись отголоски далекой песни. Юлька не отдавала себе отчета, что слышит ее, но в душе зародилось странное чувство - будто из забытого детства постучались воспоминания. Как и несколько часов назад мысль вдруг сама собой устремилась в неведомую даль. Появился просторный зеленый луг, пестрящий мелкими голубыми цветами. Женщина в нежно-розовом платье и кружевной шляпке с широкими полями отрывается от книги и улыбаясь смотрит на двух детей, резвящихся в траве - девочку в голубом и малыша в бардовом. Налетел ветер, сорвал шляпку с головы женщины. Она смеется, а дети бегут по лугу за улетающей шляпкой, падают, хохочут, вскакиваю, и опять бегут. Неожиданно как из-под земли возникают всадники. Небо темнеет, луг превращается в серый мрачный пляж. Девочка испуганно замирает, а карапуз неуклюже вытаскивает из игрушечных ножен детскую шпагу. Ему года три, он едва достает сестренке до плеча, но отчаянно закрывает ее собой от злобных людей. Девочка тянет брата назад, пытается поднять на руки и бежать, но малыш слишком велик для нее. Большие серые глаза наполняются слезами. Один из всадников нагоняет детей и как пушинку поднимает мальчишку в седло. Девочка кричит, бросается к человеку в ядовито-желтом плаще, хватает за стремя, зовет мать, оглядывается, ищет ее глазами, и: видит кроваво-красную шляпку под копытами коней. Ударила молния. Мир вокруг девочки почернел, картинка поблекла и растаяла, а на ее место пришли усталость и единственное желание - спать. Сквозь мелодичный тонкий звон, наполнявший туннель, Юлька с трудом различила голос Оливула: - Юля! Юля, очнись! - Я устала, - проговорила она, опускаясь на песок. - Юля, ты не должна засыпать! Это Игра! Девушка не слышала. Оливул не позволил ей упасть, подхватил на руки и побежал вперед. Звон летел попятам, эхо множило убаюкивающие переливы, и смертоносные звуки волнами накатывались на людей с разных сторон. Тренированное сознание экзистора успешно сопротивлялось, но Юлька глубже и глубже погружалась в объятия опасного сна. Белый князь остановился. - Покажись!
– крикнул он в пустоту.
– Выходи и сразимся один на один! Ты можешь желать моей смерти, но девочке вредить не смей! Он бережно положил девушку на землю и приготовился к бою. Сила Созидания вырвалась на свободу. Мощный экзорный щит закрыл мозг от образов покоя и вечного забвения, летящих на крыльях коварной музыки, и Бер- Росс начал формировать собственную Игру. Повинуясь его воле, возник единый монотонный гул, растущий как горная лавина. Хрустальный звон захлебнулся, одурманивающие тона его потерялись в отвратительном скрежете, и два звуковых фронта столкнулись в отчаянной битве. Оливул упал рядом с Юлькой, закрыв ее и себя своим плащом. Так под белым покрывалом они переждали, пока сражающиеся звуки унесутся глубоко в пещеры. Убедившись, что опасность миновала, Бер-Росс выпрямился и грустно посмотрел на спутницу. - Это хорошо, что ты спишь, - прошептал он.
– Не люблю прощаний.

Он наклонился, поцеловал ее спящую в приоткрытые губы, поднял на руки и пошел навстречу легкому ветерку, вестнику с поверхности планеты. Скоро в туннеле стало светлеть. Еще несколько минут, и мрачные пещеры остались позади. Потрепанный звездолет, похожий на гигантского волка, стоял на небольшом ровном плато между скал. В сумерках Оливул заметил направлявшихся к нему людей. Он не приблизился к ним, и они остановились недалеко от корабля. От группы отделилась женщина. Бер-Росс дождался, пока она подойдет ближе, и в знак доброй воли сделал несколько шагов навстречу. - Что с Юлией?
– спросила Каляда с тщательно скрываемым волнением. - Она невредима, всего лишь спит. Оливул осторожно переложил в ее руки спящую девушку. - Берегите ее, прошу вас, - произнес он тихо и, отойдя назад, распахнул окно в черноту Структуры. - Один в поле не воин, Белый князь, - сказала ему вслед Каляда. - Вы правы, сударыня, однако там, куда иду я, нет полей, там существует только Путь.

39

Юлька потянулась и открыла глаза. К ней наклонилась Каляда. - Серафима!
– обрадовалась девушка, проворно села и обняла подругу.
– Как я рада тебя видеть! Ой, где мы? - На "Крылатом Волке", Юля. Это звездолет, на котором летал отец Данилы. Здесь мы в безопасности. - А Оливул? - Он вынес тебя из пещер. Ты спала от воздействия магических звуков. - Звуков? Бр-р- р, - Юлька замотала головой.
– Давно я тут? - Около двух часов. - Серафима, Оливул все-таки ушел?
– ее голос дрогнул. - Увы. Пэр предполагает, что он задумал разрушить Экзистедер Диербрука. - Я слышала их разговор, - тяжело вздохнула девушка.
– Почему он не остался? Мы ведь не враги друг другу! И: я же ему не безразлична. Я чувствовала, я не могла ошибиться! - Все верно, Юля. И по-моему, ты заставила его взглянуть на мир другими глазами. - Что теперь будет? - Поживем - увидим. Приводи себя в порядок и давай ужинать. Ребята как раз наладили кухонный агрегат.

Юлька бродила по "Крылатому Волку" так, будто давным- давно жила на нем. Большая спальная каюта, разделенная перегородкой, две душевые, пищеблок, кладовые - все это располагалось в кормовой части среднего яруса корабля. Раздвижные двери выходили в небольшой тамбур, сюда же от внешнего люка спускалась крутая лестница - парадный вход. Двухстворчатая широкая дверь вела в центральный зал корабля - кают-компанию - с круглым столом посередине, массой непонятных с первого взгляда приспособлений на стенах и огромным обзорным экраном по правому борту. Предметы мебели, хоть и немногочисленные, создавали ощущение домашнего уюта, и зал, несмотря на внушительные размеры, казался теплой гостиной для большой дружной семьи. Ковровое покрытие совершенно погасило звук шагов. Юлька ступала по мягкому полу, озиралась по сторонам, и с трепетным восторгом сознавала, что все ее самые сокровенные мечты наконец обретают жизнь. Нечто родное таилось в спокойных ликах мониторов, в шепоте кондиционеров и легком движении свежего воздуха, в мерном свете растянутых под потолком ламп. Ей почудилось даже, что невидимые руки корабля на несколько мгновений заключили ее в отеческие объятия. Юлька обошла кают-компанию, понаблюдала за маленьким бытовым роботом, который усердно вычищал последние комки пыли из-под компьютерного терминала, и опустила руку на клавишу дверной панели. Створы тотчас разомкнулись. Девушка почему-то знала, куда ведет открывшийся коридор. Несколько шагов по гулкому пластиковому полу, и она оказалась в кабине управления.

Для людей, тесно связанных с космофлотом, планировка кабины представлялась по меньшей мере нелепой: ни привычного пилотского сектора, ни навигационного узла здесь не было, разве что капитанский мостик по традиции располагался по центру в виде полукруглого возвышения. Помещение имело форму сегмента эллипса, а терминалы и мониторы вытянулись вдоль стен двумя неровными дугами. Назначение одной из этих линий Юлька угадала без труда, поскольку именно там орудовал Данила. Взявшийся разобраться в системе управления, он почти что потерпел фиаско, и теперь по кабине гремели тирады его бурных возмущений. - И какой идиот додумался так распределить цепи! Это не корабль, это сплошной парадокс! Да с такими параметрами мы не то что в Миры, в небо взлететь не сможем! "Данька, Данька, не спеши, - Пэр вился возле друга.
– Давай не все сразу. Пойми, твой отец никогда не использовал мощности корабля полностью. Он был пилотом, а ты один пытаешься выполнить работу и за бортинженера, и за капитана, и за штурмана. Взлетать Волку помогал я: Юля!
– призрак заметил девушку. Как самочувствие?" - У меня все хорошо, - бодро отозвалась та.
– Привет, Данила. - А, наш спелеолог проснулась! Привет. Как тебе красавец?
– он обобщенно показал на корабль. - Интересная конфигурация. - Точно. В бреду такое увидишь! "Данила!
– Пэр почти рассердился.
– Этот корабль создан, чтобы стать домом Семи Стихий. Управлять им должны семеро. И все оснащение звездолета рассчитано на семерых!" - А форма на что рассчитана? Очень приятно сидеть в кабине и знать, что являешься начинкой волчьей башки. Напрасно хихикаешь, Юлька. Твое место - в ушах! - Мое место? - А кто же еще будет дистантером-стрелком? - Пэр! Данила!- Юлька захлебнулась от восторга.
– Это надо понимать, что мы все - внемиренцы? "Именно так, Юля. Добро пожаловать домой!"

40

Желтый Аз-князь заканчивал построение моста в новый Мир, когда к нему вошел Оливул. - Где ты пропадал?
– не слишком дружелюбно поинтересовался Диербрук, не оборачиваясь к племяннику.
– Подожди на платформе, я должен завершить Игру. - Мой князь, то, о чем я хочу говорить с вами, слишком важно и не терпит промедления. - Вот как?
– старик оставил пульт и в широком кресле опустился в центр необъятного зала.
– И в чем заключается столь неотложная проблема, Оливул? - Вы представляете себе последствия, которые повлечет Игра на Первом Экзистедере, мой князь? - Разумеется, представляю. И что? - Спокойствие, с которым вы отвечаете, заставляет меня думать, что вы не осознаете до конца, как Великая Игра отразится на Мирах. Возрожденная, она не изменит, она уничтожит Структуру. - Совершенно верно!
– Аз-князь начал терять терпение.
– Мне не нужны старые Миры. Ты прекрасно это знал, когда рассчитывал вектора мостов и координаты Изначальной Точки. От Первого Экзистедера пойдет экзорный поток, за какой-то там квант времени Игра распространится на Миры, они заменят собой другие и так далее. Да что я тебе объясняю! Ты у нас математик, а не я! Оливул украдкой вздохнул. Направляясь к дяде, у него еще теплилась надежда, что тот сам откажется от гибельной затеи, вдруг проникнув в ее истинный смысл. Однако надежде не суждено было оправдаться. - Мы не Великие, чтобы распоряжаться судьбами неисчислимого множества жизней, - снова заговорил Бер- Росс.
– Созданная однажды, Структура должна развиваться сама. - Да ты бредишь, не иначе, - развел руками Диербрук.
– Ты мне мешаешь, Оливул. Отложим этот бесполезный разговор на следующий раз. Оливул не двинулся с места. - Аз-князь, - начал он, чеканя слова, - я верю, вы не посмеете уничтожить ни одного Мира, ни одной планеты, ни одной жизни. - Довольно, Оливул!
– Диербрук встал.
– Мне надоело выслушивать этот бред. Убирайся! - Остановите Экзистедер, князь! Завершите Игру сейчас, или будет поздно. - Убирайся вон! Или я вышвырну тебя, мальчишка! Оливул напрягся до предела. - Вы не оставляете мне выбора. Ваш поход к Первому Экзистедеру окончен! Во имя всех Миров! Его правая рука, сжатая в кулак, стала описывать полукруг, собирая потоки энергий. Аз-князь рассвирепел. - Что?! Тягаться со мной?! Пространство вокруг него замерцало, и Экзистедер, повинуясь хозяину, выбросил сгусток смертоносных молний. Оливул разжал руку. Горящие стрелы разбились о поднятый щит. Два экзорных потока столкнулись, круша всё на своем пути. Структурное пространство вокруг крошечного мирка-платформы вскипело. Ломались каналы, рушился наведенный экзистором мост, Экзистедер накалился, готовый разлететься на куски. - Глупец! Ты погибнешь, - скалясь улыбался Диербрук и продолжал теснить племянника к черной бездне. - Вы никогда не уничтожите Структуру! Оливул уклонился от разрушительной струи, посланной Аз-князем, и выплеснул свою мощь целиком. Ураган обрушился на платформу. Создание не выдержало. Последовала яркая вспышка, и Мир во мгновение ока канул в небытие, сбросив Бер-Росса и Диербрука в пустоту. Старик закричал. Сгусток спутанных каналов взорвался и разметал плоские осколки Экзистедера по пространству. Диербрук, использовав последние силы, успел ухватиться за обрывок Пути и исчез в Черноте. У Оливула же энергии не осталось. Его начало затягивать в образовавшийся вихревой омут. Тело готово было развалиться на мелкие частицы, нахлынула боль и ужасная слабость. "Прощай, Юля", - успел подумать Оливул прежде, чем сознание отключилось.

41

За ужином ни у кого не нашлось желания строить планы на будущее. Полные событий сутки доконали даже Данилу: пилот откровенно клевал носом, рассеянно водя вилкой по тарелке. Каляда окинула взглядом уставших друзей и сказала: - Отбой, молодые люди. Неизвестно, что преподнесет нам завтрашний день. Давайте отдыхать. Пэр, к тебе это тоже относится. Юлька встала и грустно посмотрела на два пустующих за столом кресла. Серафима поймала ее взгляд и, когда Грег, Гор и Данила вышли, шепнула. - Он присоединится к нам, я уверена. - Ты умеешь заглядывать в будущее?
– глаза Юльки расширились от удивления. - Нет, но я вижу, что ты ждешь его, и желаешь ему добра и удачи всей душой. А как я заметила, твои пожелания обычно сбываются! Юлька проснулась от нарастающего чувства тревоги и поеживаясь, как от холода, села на койке. За иллюминатором светало. Звезда поднималась в чистое небо, не было ни единого признака приближающейся бури, и все же тревога неумолимо росла. Девушка быстро оделась и выглянула в отсек, где ночевали Данила и близнецы. Грег и Гор стояли возле узкого окна, напряженно изучая горизонт. - Что-то не так?
– Серафима положила руку Юльке на плечо. Та обернулась. - Не знаю: Будто гроза надвигается. Приподнялся Данила. - Что там у нас? - Пока ничего, - откликнулись близнецы. Неожиданно Юлька ощутила порыв невиданных сил, едва не пробивший границы измерения. - Оливул: - пробормотала она.
– Грег, Гор, вы слышали? Не дожидаясь ответа, она опрометью кинулась к внешнему люку. Остальные побежали за ней. На палубе их встретил Пэр. "Творится что-то неладное, - сообщил он.
– Кажется, Бер-Росс затеял грандиозную баталию!" Близнецы растерянно смотрели друг на друга и вздрогнули, когда на Надмирье обрушился новый энергетический шквал. Юлька зажала голову руками: - Он погибает!.. Оливул! Перед ней вдруг возникло черное облако. Не оглядываясь, девушка бросилась вперед и исчезла. Гай-Россы сорвались с места в следующее мгновение. - Я удержу ворота!
– крикнула Серафима вслед близнецам, растворившимся в пустоте. Пэр ринулся было за друзьями, но Данила преградил ему путь. - Стой! Если что случится, я не вытащу вас один! "Верно. Только бы Юля нашла опору!" Черное марево грязным пятном застыло над "Волком", Каляда стояла неподвижно, и, казалось, само Время замерло вместе с ней: Вот она уронила руки, качнулась вперед и упала на одно колено. - Серафима!
– Данила кинулся к женщине. - Помоги им: Они его вернули, - выговорила та. - Где? Где они? - За утесом. Ты найдешь. Быстрее! Гаюнар сиганул на землю не дожидаясь, пока опустится подъемник, и побежал в указанном направлении. Пэр его догнал и даже перегнал, хотя обычно перемещался в видимом состоянии довольно медленно. Данила перескочил через очередной валун и замер как вкопанный перед развернувшейся картиной. Юлька сидела на земле встрепанная и бледная, на ее руках лежал Белый князь, бездыханный, как показалось пилоту в первый момент. Грег и Гор стояли на коленях возле; один держал ладони на груди Оливула, другой - на его лбу и на кисти правой руки. В волосах юношей метались перламутровые искры. - Живой?
– выдохнул Гаюнар. "Едва-едва, - ответил Пэр.
– Они пытаются передать ему жизненные силы". Подоспела Каляда, отодвинула близнецов и наклонилась над Бер-Россом. Ее пальцы с длинными темными ногтями заскользили по его груди и шее, а бесстрастный взор карих глаз уперся в бледное лицо. Белые волосы князя чуть заметно заискрились. - На "Волка", немедленно, - Серафима резко выпрямилась. Грег, Гор и Данила подняли безвольное тело и понесли к кораблю. Юльку, все еще шальную, обняла подруга. - Успокойся, Юленька, он жив. Ты успела! Девушку била крупная дрожь. - Как там было жутко! Полный хаос, ни одной опоры. Я думала: думала, его уже нет. - Все позади. Ты нужна ему. Соберись, девочка. - Да, - Юлька вздохнула.
– Я готова.

Оливула уложили на нижней койке в полупустой спальной каюте. - Грег, Гор, найдите медицинский набор, - распорядилась Каляда.
– Юля, принеси воду и полотенце. Пэр, нужно что-то теплое: плед, одеяло - все равно. Пока вокруг продолжалась суета, Данила присел возле Белого князя, опустил руки на его лоб и на грудь, как это делали близнецы, и, не слишком-то веря в результат, заставил себя сосредоточиться на передаче жизненной мощи. Неожиданно перед глазами вспыхнул ни с чем не сравнимый всеобъемлющий свет, вырвавшийся, как показалось Гаюнару, из глубин его собственной души. Оливул вздрогнул всем телом. Никаких отрицательных эффектов на себе Данила не почувствовал, но Серафима поспешно отдернула его от Бер-Росса. - Не время для экспериментов, - бросила она и шагнула к столу, куда близнецы только что водрузили портативный медицинский блок. Даниле потребовалось около минуты, чтобы навести порядок в голове после легкого шока. - Пэр, - вполголоса обратился он к призраку, - что я сделал? Что это было? "Ты поделился с Белым князем энергией Сущности, как Грег и Гор. Родная кровь стирает всякие границы, а Стихия Космоса объединяет наши души. Чему ты удивляешься? А! Я же забыл тебе сказать: если хорошо покопаться в твоей родословной, то можно точно установить, каким братом или дядей: или племянником ты приходишься Россам". Юлька сидела рядом с Оливулом, сжимая его холодную руку в своих ладонях, не слышала ничего, происходящего вокруг, и не отрываясь смотрела в бледное лицо друга. До сих пор он был где-то далеко, на пороге смерти, и только сейчас она стала чувствовать, как приближается его сознание. Он глубоко вздохнул. Юлька застыла, боясь спугнуть возвращающуюся жизнь: Веки с черными ресницами дрогнули. Ей показалось, прошла вечность, прежде чем он приоткрыл глаза. Затуманенный взор скользнул по знакомым лицам и остановился на Юлии. Губы шевельнулись, произнося ее имя. - Оливул, - она не замечала, как слезы сами собой потекли по щекам, - все будет хорошо. Ты с нами. Слышишь, Оливул? Мы вместе. Она продолжала держать его ладонь, и горячие слезинки капали на теплеющие пальцы. Взгляд Белого князя прояснился. - Юля: Как?
– голос был едва слышен. Девушка поспешно тронула пальчиком его еще бескровные губы, делая знак молчать. - Потом. Это не важно. Главное - ты жив. Он устало опустил веки и прошептал. - Не плачь: Все в порядке. Серафима с инъектором в руке приблизилась к Бер- Россу. - Экзистедер Экзистедером, а мы как-никак люди, - пояснила она и быстро ввела лекарство; он вздрогнул.
– Прикосновение чувствуешь? Очень хорошо. Попробуй пошевелиться. Он медленно повел плечом. Каляда подбодрила его улыбкой. - Ну ты и всыпал Диербруку! Вот это был удар!
– воскликнул Гор, когда женщина отошла к столу, чтобы убрать аппарат. - Только перья от Экзистедера полетели, - поддержал Грег. Оливул поднял на юношей взгляд. - Вы тоже: были там? Близнецы по очереди пожали его руку, и Белый князь почувствовал, как окунается в безбрежные просторы их юной, полной веры и тепла, искренней души. "Вот оно - мое созвездие", - подумал он, и в усталых глазах мелькнули горячие капли. Серафима мягко, но настойчиво отвела юношей в сторону. - Всем, за исключением Юлии, я советую заняться текущими делами, сказала она.
– Оливул должен отдохнуть. Бер-Росс поспешил задать волнующий его вопрос: - Кто же вернул меня?
– произнес он, стараясь говорить громче. - Все, - ответила Юлька. Каляда уточнила: - Самое главное сделали Юля, Грег и Гор. - А ты держала Структурный вход открытым, - вставил Гор. - Без тебя мы бы не нашли Путь назад, - уточнил Грег. - Да, но я опиралась на Данилу и Пэра, - сказала Серафима, -когда вы вчетвером слишком удалились от границ Мира. Бер-Росса устроили удобнее на койке в каюте, сняли сапоги, плащ и камзол, укрыли теплым одеялом и оставили Юльке на попечение. Когда все, кроме нее, покинули каюту, Оливул с улыбкой спросил: - Ты собираешься быть моей сиделкой? - Собираюсь. А то вдруг ты опять вздумаешь нырять в Структуру. - Я больше никуда не уйду, Юля. - Ладно, поверим, - сказала она и выпалила: - А это, чтобы ты знал - я с тобой! И девушка прильнула губами к его тонким губам. Оливул одной рукой прижал ее к себе и поцелуй получился долгим и горячим. Юлька, покраснев, отпрянула. - Зачем ты?
– пролепетала она. - Чтобы ты была уверена: я не уйду, - засмеялся он тихо.