Чтение онлайн

— Да, но мы знали о них только с чужих слов и были возможны варианты. Был шанс, что Игорь сгустил краски. Но сейчас я всё видел собственными глазами. Уродов нужно кончать!

Мы уже собирались покинуть свой наблюдательный пункт, когда новый взрыв криков и движения привлёк наше внимание. Бандиты выволокли из одной машины за волосы женщину. Она кричала, извивалась, пыталась отбиваться, но их это, похоже, только веселило.

Оказалось, что Игорь жив. Он встал на четвереньки и пополз к женщине, которую они схватили, но получил только ещё один разряд и снова затих.

Наверное, это была парализующая молния, типа моей.

— Ух! Теперь и мне хочется их немножечко поджарить! — с возрастающим азартом в голосе сказала Алиса.

— Главное, не торопиться. Нам нужна вся их банда. Нужно вырубить эту гниль под корень. Они наслаждаются беспределом и вседозволенностью. Раз им это так нравится, нужно дать им прочувствовать беспредел на себе в полной мере.

— Звучит заманчиво! — похлопала в ладоши Алиса, — «беспредел»! Есть в этом слове что-то волнующее!

— Алиса, отнесись к делу серьёзно! Это всё не шуточки! — сказал я, — мы просто выполним эту грязную работу и сделаем мир немного чище!

— Блин, ты всё время обрубаешь веселье! — наигранно вздохнула Алиса, — не нуди, сделаем всё как надо!

— Пойдём, пока мы спустимся, они уже будут уходить. Нам главное, их не потерять из вида, — сказал я.

— Не думаю, что они будут спешить или прятаться. Судя по их поведению, они совершенно обнаглевшие. Так и чешутся руки их наказать.

— В любом случае здесь нам больше делать нечего, — сказал я, напоследок бросив ещё один взгляд в окно.

Женщина, которую они пытались утащить с собой, продолжала отчаянно сопротивляться. Здоровенный мужик, который пытался с ней совладать, устал бороться, двинул ей кулаком в лицо, и бедняжка обмякла. Мужик взвалил её на плечо и понёс по улице.

Остальные, хохоча, двинулись следом, пиная по дороге всех, кто окажется достаточно близко. Иногда стреляли небольшими молниями, парализуя людей.

Такие вот у них способы веселиться.

Ждать больше было нельзя, и мы побежали вниз по лестнице. На улице выбрали маршрут не мимо мусорщиков, а за ближайшими домами. Показалось, что там мы будем больше скрыты. Попадаться банде на глаза раньше времени было не нужно.

Мы сначала всё хорошенько спланируем, продумаем, а потом, без риска, шума и пыли придём и всех убьём.

Я поймал себя на мысли, что теперь думаю об убийствах очень легко. Ещё несколько месяцев назад это было для меня серьёзным событием. Но, видимо, с ростом трупов на счету, восприятие притупляется, рефлексия отступает и появляется просто холодный и трезвый расчёт.

Упустить бандитов я уже не боялся. Касаясь их своими щупальцами, я чётко понимал, где они находятся. Также я чувствовал похищенную женщину. Мне кажется, что она была по-прежнему без сознания.

Банда шла то быстрее, то медленнее, то сворачивая куда-то, то возвращаясь на прежний маршрут. Видимо, искали, чем себя ещё занять, но не находили. Да, попадаться им навстречу сейчас не стоило… вернее, не стоило одиноким путникам. Если бы им встретилась мощная, вооружённая организованная группа, это было бы неплохо.

Но поблизости никого не было, я это очень хорошо ощущал. Этот район был так же пуст, как и соседние. Хотя наверняка где-то рядом есть и обжитые места. Мусорщики ведь ходят куда-то торговать. Да и этим сидеть в полной изоляции вряд ли интересно. Им же нужно делать набеги и грабить людей. Одними мусорщиками сыт не будешь.

Наверняка они терроризируют ближайшие населённые районы. Короткими вылазками, исподтишка, но занимаются там разбойничьим промыслом.

Вскоре я почувствовал впереди ещё одну группу людей. Там было порядка двадцати человек. Плюс к этому было ещё семь слабых пульсаций. Они находились в кучке и, судя по мизерному количеству маны, были пленниками… а точнее, пленницами. Я был уверен, что это женщины.

Те, за кем мы следили, остановились недалеко от места, где была вторая группа. Я сначала не понял, чего они ждут, но почти сразу до меня издалека донеслись глухие удары по металлу и крики. Похоже, что они стучались в ворота и требовали их впустить.

Они были от нас за домом.

— Они с той стороны! — сказал я Алисе.

— Серьёзно, Шерлок? — усмехнулась та, потому что тоже слышала этот звук.

— Надо забраться в дом и понаблюдать за их базой, — сказал я, — жаль окна высоковато… вон туда подсадишь? — я указал на окно без рам и стёкол. Просто дыра в бетонной стене.

— Давай сразу повыше, — сказала Алиса, — этаж на четвёртый, вон туда! — она ткнула пальцем на балкон без двери.

— Не тяжело тебе будет? — спросил я.

— А то я тебя ни разу не поднимала! — сказала Алиса, — тебе чего, память отшибло?

— Было дело! — я улыбнулся, — и ты меня поднимала, и память мне отшибало. В общем, если тебе не сложно, прокати меня на четвёртый этаж.

Алиса вознеслась вверх со мной на спине без видимых усилий. Оказавшись на балконе, я вдруг замер, потому что почувствовал что-то странное. Немного подумав, усмехнулся, покачал головой и вошёл в квартиру.

Мы прошли дом насквозь и расположились прямо напротив базы этих уродов.

Они оказались хитрецами и расположились на огороженной территории. Это было похоже на старую электроподстанцию. От прежних времён остался высокий кирпичный забор с колючей проволокой и железные ворота. Несколько кирпичных зданий внутри территории. В середине большого двора прямо напротив ворот у них была стоянка. Кострище и сложенные из кирпичей лавки вокруг.

Неподалёку стоял корпус от автобуса, который они тоже, видимо, использовали… наверное, он служил чем-то вроде беседки. Ночевали-то они, скорее всего, где-нибудь под крышей.

В углу этого двора стояла трансформаторная будка с железной дверью, вот в ней и держали пленниц.

Вернувшаяся группа ввалилась через ворота, и двое охранников закрыли их, громко звякнув засовом. Настроение у всех присутствующих было приподнятое, все были навеселе, видимо, что-то праздновали. А праздновать они могли только одно — удачное ограбление. И речь шла не о мусорщиках. К ним они ходили покуражиться, ну и забрать ещё одну женщину… или девушку. Возраст оборванки издалека определить было трудно, но, скорее всего, она была молода.