Чтение онлайн

И огромной загадкой для Верочки было, почему мест в магистратуре примерно в половину меньше, чем выпускников бакалавриата на этом же факультете. Ребята со средними способностями у них не учились. Поступить было адски сложно. Конкурс колоссальный. И учиться очень тяжело.

Бюджетных мест вообще по пальцам одной руки. Платники проплатили своё обучение ещё в конце весны. Егорова в том, что её возьмут на бюджет, была уверена на тысячу процентов. Ну хотя бы потому, что она всё время обучения в рейтинге курса была в первой пятёрке. То выбиваясь чуть вперед, то спускаясь на одну-две ступени. Закончила на строчку выше Обухова, после чего он долго дулся. Как будто это Вера сама составляла этот рейтинг и специально поставила его на одну ступень ниже.

Конечно, можно было попросить папу. И он бы оплатил платную магистратуру. Но тут было два момента. Во-первых, это било по самолюбию. Все четыре года бакалавриата Егорова пахала как проклятая, преодолевая в том числе и гендерные стереотипы. А во-вторых, четыре года назад папа был против юридического факультета. Но Вера настояла на своём. Теперь надо доказывать свою состоятельность. Взялась — делай. Греби лапками, как говорила мама.

Сколько заявлений подано на бюджет, было известно тоже давно. Никаких "варягов". Только свои. Осталось дождаться приказа. И всё. Море. Солнце. Обухов звал поехать вместе в Сочи. Вера сомневалась.

— Верусь, — (на самом деле, Егорова терпеть не могла эту сюсюкающую форму своего имени, и Обухов об этом знал), — ты помнишь про собрание для будущих магистрантов? Третий корпус двести пятая. В пятнадцать завтра. Заехать за тобой?

Что-то в Димкином тоне было не так. Но что? Собрание. Да, точно. Это зам декана объявляла. Значит, это просто её собственное раздражение на "Верусю". Какая она, к бесу, Веруся? Это прям название вируса какого-то. Она же не зовёт его Димасиком. Хотя вот прямо сейчас, наверное, стоило бы.

— Не, не надо. Я сама приеду, — Вере не нравилось ездить с Димкой. И Обухов об этом знал. Водил он опасно и нагло. Поворотник не включал, видимо, считая, что маневры его не очень свежего Мерседеса остальные должны угадать. Ругал всех водителей вокруг себя. Все у него были "твари косорукие", "курицы слепые" и "мудилы колхозные".

Перебрав в уме все самые частые фразы Димки-водителя, Вера очередной раз убедилась, что люди вот так эмоционально реагируют именно на собственные недостатки в других людях.

Обухов был из тех, у кого светлая голова и острый ум сочетались с абсолютно не из того места растущими руками. Будто он левша, но обе руки у него правые.

Зрением тоже не блистал. Но носил линзы. А очки держал в портфеле для солидности. Но тут, что уж греха таить, Вера позаимствовала прием придания внешности более солидного вида. И тоже носила очки, но пустышки.

Ну и как вишенка на торте, родители Дмитрия Олеговича Обухова были из того самого колхоза. И в свое время приехали в столицу учиться и "завоёвывать".

Вера положила трубку. Побродила по квартире. Мутная тревога плескалась где-то в районе живота. Можно было бы, конечно, заесть это дело. Пара кусочков колбаски волне могли бы помочь. Такой копчёной. Но лучше на чёрный хлебушек. И огурчик. Томатный сок тоже пригодился бы…

Она открыла холодильник. Оглядела содержимое. Грустно взяла с полки греческий питьевой йогурт и целый огурец. Если она хочет так влезть в чудесный полосатый деловой костюм, надо бы скинуть вес. Чуть-чуть. Максимум пять кило.

Она подошла к большому зеркалу. Оглядела себя с головы до ног. На них остановилась подробнее. Как там этот недодоктор выразился? Вальгус? Нормальные ноги. Димке, например, очень нравятся! А кому не нравятся, тот пусть и не смотрит!

На собрание Егорова приехала немного заранее. Она терпеть не могла опаздывать. Мама всегда подчеркивала, что время, свое и чужое, нужно уважать и ценить, ибо оно — ресурс непополняемый. А пунктуальность — это именно про уважение.

Найти нужную аудиторию не составило труда. Третий корпус. Двести пятая. Вера глянула на часы. Странно, что нет никого до сих пор. Их куратор обычно приходит заранее.

Когда часы показывали уже пятнадцать ноль семь, Егорова всерьёз забеспокоилась. Набрала номер Димки. Тот не отвечал и сбрасывал на автоответчик. Написала сообщения. В одном мессенджере появились две галочки. Но ответа не последовало. В другом уже только одна. И тоже тишина в ответ. И где его носит? И что вообще происходит?

В животе чувствовался тяжёлый ком предчувствия чего-то весьма нехорошего. Пульс переместился в виски и застучал там тяжёлыми ударами. Руки стали холодными и липкими, а ноги ватными. Встать не вышло. Голова закружилась, и перед глазами потемнело. Вот только этого сейчас и не хватало — рухнуть здесь, в пустой аудитории. Тогда её ещё и никто не найдёт.

"Греби лапками", — сказала Вера себе и попыталась успокоиться. Папа всегда говорит, что паника — главный враг в сложных ситуациях. Но как её преодолеть? Вера всегда считала тех, у кого случаются панические атаки, просто нервными. Ну, что значит "атака"? Кто атакует? Неужели нельзя собрать себя в кучу? Но сейчас поняла, что это вообще не повод для критики. Паника была осязаемой. Настоящий видимый враг, который атаковал в ответственный момент.

Вера пошарила в сумочке. Там должна была быть конфетка. Когда дрожащие пальцы нащупали фантик, она обрадовалась, будто вытянула счастливый билет. Засунула конфету за щеку. И старательно задышала "квадратом".

Вот теперь можно было и попробовать встать. И подумать, куда идти. Первое, что пришло в голову — пойти в главный корпус в деканат. Там же наверняка знают, что произошло. Мозг лихорадочно генерировал варианты. Возможно, она перепутала дату и время. Но это маловероятно.

Пальцы с трудом ещё попадали по экрану телефона. В "Календаре" на сегодня стояло мероприятие. Время верное. Тогда номер аудитории. Или корпуса. Всё это просто нужно у кого-то спросить.

Егорова наконец смогла встать. Держась за мебель и стены, добралась до двери. Коридор был пуст. Никаких признаков, что тут недавно были люди. Разве что, уборщица. Пол был мокрый.

Вера подошла к окну, рывком открыла. Задышала, как выброшенная на берег рыба. Стало ещё полегче. Сделала ещё одну безуспешную попытку позвонить Диме. Тишина. "Абонент вне зоны действия сети".

Зашла в туалет. Плеснула на лицо холодную воду. Глянула на себя в зеркало. Ох, краше в гроб кладут! Круги под глазами. Бледная. Но надо найти это чёртово собрание. Вдруг там что-то важное.