Чтение онлайн

"Какой ты ни тощий, а за нарисованной колонной не спрячешься", - довольно подумала Магрит. Стена за ее спиной была расписана в духе набережной Виарэ. Во всяком случае, она чем-то напомнила Магрит виденные в альбоме Наклза пейзажи. Голубое небо, синее море, белые колонны.

– Встаньте чуть правее относительно дамы, - подал голос фотограф. Маг вздохнул и подчинился.
– Положите руку на спинку стула. Смотрите вот сюда. Улыбайтесь.

Фотограф, насколько поняла Магрит, сделал несколько снимков. Она уже устала улыбаться, глядя в круглый поблескивающий глаз чудо-машины.

– Все, - объявил кудесник.
– Послезавтра будет готово. Если хотите, можем на дом доставить, это беспла...

– Нет-нет, я за ними приду, - быстро перебила Магрит, надеясь, что она ничего не напутает с проклятыми падежами.
– Гулять очень полезно.

Два дня спустя Магрит, как и обещала, явилась в фотоателье. Маг пошел в институт, устраивать обещанный кошмар своим неучам, а Магрит поспешила за фотографиями. Ей хотелось еще успеть посидеть с Кейси в кафе, та обещала рассказать какие-то замечательные новости. Рэдка быстро отыскала фотоателье - благо, она хорошо ориентировалась, а дорога была близкой - заметила давешнего рыжего кота, который, впрочем, никак на нее не прореагировал, и вошла. Барышня за стойкой, подняв на Магрит глаза, несколько побледнела и явно смешалась.

– Добрый вечер, - поздоровалась она после короткой паузы.

Магрит сделалось не по себе без каких-либо явных причин.

– Добрый вечер. Я за фотографиями. Вот, - она полезла в кошелек в поисках квитанции.

– Да-да, конечно. Извините. Одну минутку, - чириканье барышни казалось не таким веселым, как в прошлый раз.
– Минуточку, - повторила она и скрылась в комнате за стойкой.

Вернулась назад она без фотографий, но с ассигнацией. Выложила ее на стойку перед Магрит и пробормотала:

– Вы извините. Фотографии не получились. Мы вернем деньги. Еще раз простите.

Что-то Магрит очень не понравилось в этом простом "фотографии не получились". Рэдка не притронулась к деньгам. Вместо этого она соображала, что же там могло пойти не так. Едва ли фотографии забраковали потому, что у изображенных там людей получился недостаточно великолепный вид.

– Я могу посмотреть?

Барышня нервно облизнула губы. "Да она боится", - поняла Магрит. И тоже испугалась непонятно чего.

– Я хочу посмотреть, - тверже повторила девушка. Будь здесь Наклз, он бы говорил именно таким тоном. Его всегда все слушались.

Нехитрый прием подействовал. Барышня кивнула и снова скрылась в комнате. Назад она пришла уже с конвертом и протянула его Магрит.

– Смотрите, пожалуйста. Но... не обращайте внимания. Такое иногда бывает. Одно изображение накладывается на другое, вот и получается разная ерунда. Мы очень сожалеем, что так вышло...

Магрит, не слушая, извлекла из белоснежного конверта фотографии. Их оказалось всего три.

С первой все вроде бы было в порядке. Только на плече у Наклза виднелся какой-то непонятный блик, отчетливо выделяющийся на черной ткани плаща. На второй блик стал уже больше и как бы четче. Магрит соображала, что он ей напоминает, но так ничего и не надумала. Третью фотографию Магрит уронила на пол.

На плече у Наклза лежала бледная рука. У рэдки заколотилось сердце. Она осторожно подняла фотографию, несколько раз сморгнула и снова посмотрела. Узкая кисть с проступающими сухожилиями никуда не делась. Она все так же покоилась у мага на плече.

– Это наложение, - несколько неуверенно прочирикала барышня из-за стойки.
– Такое бывает. Просто ошибка. Мы очень сожалеем...

– Я возьму фотографии, - тихо сказала Магрит, чувствуя, что мир куда-то плывет. У нее заледенели пальцы, хотя вечер выдался теплый.
– Возьму. Ничего страшного.

Час спустя она показала фотографии Кейси. В глубине души Магрит надеялась, что золотоволосая красавица рассмеется и тоже скажет про какое-нибудь наложение или что-то столь же непонятное, но все объясняющее. Кейси не рассмеялась. Она зачем-то сложила фотографии и несколько раз пролистала их, как страницы книги, придерживая с одной стороны. Побледнела. Нахмурилась. Сунула назад в конверт и отодвинула чашку травяного чая, минуту назад принесенного опрятной девушкой в чепце.

– Ты ему показывала?

Магрит покачала головой.

– Молодец, - похвалила Кейси. Рэдка не узнавала ее голоса - из него как будто разом пропала вся жизнь.

– Сколько сделали фотографий? Всего три? Точно?

– Я не знаю, - сначала ответила Магрит, а потом подумала. Нет, сверкало под черной занавеской больше, чем три раза. Значит, и фотографий было больше.
– Наверное, нет.

– Где снимались?

– Ателье братьев Эстер.

Кейси поджала побледневшие губы. Потом решительным жестом отодвинула стул и поднялась. Положила на белую скатерть несколько мелких купюр и двинулась к выходу из кафе.

– Идем, Магрит. Показывай дорогу. Нечего ждать, идем.

Рэдка, ничего не понимая, двинулась следом, на ходу застегивая пуговицы легкого плаща.

У дверей фотоателье Кейси остановилась. Магрит видела ее сжатые губы и решительно сведенные брови в отражении на стеклянных створках.

– Можешь побыть здесь, - тихо сказала Кейси. Рэдке казалось, что та храбрится из последних сил. Магрит по-прежнему понимала мало, но чуяла беду. Из-за ерунды всегда веселая и доброжелательная Кейси не стала бы так нервничать.

– Я тоже пойду.

– Когда фотографировались?

– Два дня назад. Часов в двенадцать дня.

– Хорошо, - непонятно чему кивнула Кейси и толкнула створки.

Девушка за стойкой улыбнулась было, завидев Кейси, но ее улыбка тут же угасла, когда она узнала Магрит.

– Чем могу быть полезна?
– тем не менее вполне мило прочирикала она.

И вот здесь Кейси удивила рэдку. Она скрестила руки на груди и довольно холодно сказала:

– Можете быть полезны. Отдайте остальные фотографии барышни.

– Боюсь, я не понимаю, о чем вы.

Кейси дошла до стойки, оперлась об нее локтями и неприязненно произнесла:

– Боюсь, еще как понимаете. Фотографии. На них моя спутница и мой добрый друг.

В зеленоватых глазах барышни плеснулся испуг.

– Нет больше никаких фотографий. В конце концов, это шутка освещения или...

– Или что угодно другое, - перебила Кейси.
– Я прекрасно понимаю, что причины - самые естественные. И потому совершенно не хочу видеть фотографий моего доброго друга, напечатанными в какой-нибудь второсортной газетенке.