Чтение онлайн

– А если нет?

Наклз резко развернулся.

– Кто вы, Эйрани? Кесарь? Верховный главнокомандующий? Министр внутренних дел? Шеф Третьего отделения, на худой конец? Нет, Эйрани, вы обычная шлюха. Внушительный масштаб вашей деятельности я понимаю, но суть от этого не меняется. Вы - шлюха. По просьбе шлюхи из Игрэнд Дэв не выпускают.

– Вы дважды назвали меня шлюхой, но так и не поняли сути проблемы. Я - любовница будущего регента, - сверкнула глазами Эйрани.

– Вы - шлюха при человеке, который, пойди что не так, не усидит на престоле и часу. Мне кажется, это тот редкий случай, когда клеймо об отсутствии государственного ума стояло бы на лбу, останься там место еще хотя бы для одного клейма.

– Забавная фраза для обладателя такого интересного шрама на кисти. Мы закончили обмен любезностями? Может, вы все же изволите меня выслушать?

– У вас есть время, пока я застегну все пуговицы, - сквозь зубы сообщил Наклз, надевая плащ.

– Вы ведь знаете, за что ее арестовали.

– Ну, допустим, знаю.

– Она ведь этого не делала, так?

– Не делала чего? Того, в чем ее обвиняют? Или того, что она как раз делала?

– Ладно, Найджел, Дэмонру я давно знаю, а свою сестричку - еще дольше. Магда никогда не пошла бы за человеком, чья честность вызывает сомнения, а Дэмонре она предана... ну, по-собачьи, что ли. Прямо как вы, например. Для меня Магда - лучшее свидетельство в пользу Дэмонры. Я как раз допускаю, что эта женщина могла убить кесаря. Она из тех, в чьих головах бушует вечная белая метель. Истинная нордэна - ни грамма мозгов, но принципами набита под завязку. Да, не ухмыляйтесь - с момента, как я стала, гм, спутницей знатных господ, нордэной я себя не считаю. Но вернемся к Дэмонре. Дело не в том, что она бы в жизни не подняла руку на кесаря. Правителей как раз чаще всего убирают такие, как она, вернее - руками таких, как она, и это важное уточнение. Но Дэмонра из тех, кто пошел и застрелил бы его в тронном зале, средь бела дня на глазах изумленной публики, а потом спокойно сообщил бы палачам, чем был продиктован этот поступок. Вы улыбаетесь?

– Я подозревал, что в людях понимаете.

– Шлюха и должна понимать в людях. Мы в зоне риска, Найджел, нам волей-неволей надо понимать, кто и как думает. Дэмонра могла бы застрелить или заколоть, если бы считала, что это за дело. Но она никогда не попыталась бы втихушку его отравить и умыть руки. Ни из каких благих побуждений. Это несовместимо с ее пониманием чести. Я не удивлюсь, если она покончит с собой, когда узнает, во что ее втравили и какую роль она здесь сыграла.

Наклз даже оставил в покое свои пуговицы и поднял взгляд на Эйрани. Оставалось услышать самое главное.

– Мы оба знаем, кто на самом деле виноват, - мягко улыбнулась Карвэн. Золотистые глаза поблескивали в полумраке коридора и были до странности глубокими.
– Знаем, да?

– Возможно.

– Вам так нужно, чтобы я сказала это вслух, Найджел?

– Да.

– Я хочу гарантий, - покачала головой красавица.

– А я - свободу Дэмонре и их головы.

Эйрани глуховато засмеялась:

– Вы все-таки страшный человек.

– Но я не до такой степени идиот, чтобы полагать, будто мы сумеем оправдать Дэмонру и предъявить им какие-то обвинения. Веры Магды для присяжных будет маловато. К тому же, они разумно решили ее убить, а не судить. Это правильно.

– Это решение кесаря. Эдельстерн решил не выносить сор из избы. Канцлер, думаю, поддерживает его обеими руками. И вот здесь мы возвращаемся к единственному идиоту в нашей комбинации. К будущему регенту, чьей любовницей я как раз и являюсь. Вам интересно?

– Подробности ваших высоких отношений? Увольте.

– Мое предложение.

– Отчасти.

– Мне озвучивать его в коридоре под дверью?

Наклз вздохнул, снял плащ, снова повесил его на вешалку и без лишних слов вернулся в гостиную. Уселся на кушетку. Выпил залпом стакан вина, потом еще один и решил, что в таком состоянии слушать Карвэн уже можно.

– Я весь внимание.

– Я хочу гарантий.

– Каких? Что вам кирпич завтра на голову не упадет? Вообще, это маловероятно, но никто не застрахован...

– Найджел.

– Ну хорошо. В чем я должен торжественно поклясться, прежде чем вы начнете говорить?

– В том, что вы позаботитесь обо мне, если мне понадобится забота. Нет ничего лучше, чем слово профессионального мага, особенно такого, которому от меня ничего не нужно. А вам от меня ничего не нужно, Найджел. Настолько ничего не нужно, что я даже не имею приятной возможности вам в чем-нибудь отказать.

– Довольно странная просьба в устах любовницы потенциального регента. Мне кажется, его забота более... ощутима и весома.

– Потенциальный регент не читает будущего.

– Я тоже его не читаю.

– Какое будущее вы видите для него?

– Да не вижу я будущего, и на кофейной гуще не гадаю!

– Его будущего как правителя, я имею в виду.

– Политический труп. Даже при очень умном канцлере такой идиот долго не проживет. А канцлер у нас не просто очень умный, он еще и очень жадный, и потому местами внезапно глупеет. Я не удивлюсь, если через десять лет выяснится, что ему переводили деньги через какой-нибудь эйнальдский банк, реально принадлежащий Аэрдис. Таково мое непрофессиональное мнение по вопросу.

– И что вы, думаете, будет тогда со мной?

– Это прямо зависит от того, сколько вы при нем наворуете. Если много - вам, наверное, разнесут особняк, а саму вздернут в саду на первом же подходящем для этой цели суку. Если нет, впрочем, тоже. Озверевшее простонародье не склонно вникать в юридические тонкости, это я вам точно могу сказать.

Эйрани улыбнулась, неожиданно грустно и как-то по-человечески.

– Вот именно. Мне гадалка нагадала, что меня утопят в реке, когда падет один из моих покровителей. Когда я связалась с Эдельбертом, я не знала, что что-то будет, а теперь уже поздно кричать, что я так не играю. Я играю так, как играть приходится. Но я не хочу умирать. Я очень боюсь умереть, Найджел, понимаете?

Наклз никогда не являлся моралистом и, в общем, был далек от того, чтобы осуждать рэдских девочек, едущих в Каллад за призрачным счастьем и надеждой стать порядочной женщиной и выйти замуж "когда-нибудь, лет через десять". Их туманное "когда-нибудь" обычно наступало куда раньше и заканчивалось больничной койкой, но так устроена жизнь и удивляться здесь нечему. Но вот чего маг не понимал, так это женщин вроде Эйрани Карвэн. Уж кому, а ей на кусок хлеба хватало бы и без покровителей и никакими "жизнь заставила" ее своеобразную карьеру объяснить было нельзя. Наклз не очень хорошо представлял, что такое презрение - в вообще не особенно разнообразном списке чувств, которые он мог испытывать к людям, оно не фигурировало - но о будущем этой женщины он думал несколько брезгливо и без капли любопытства.

– Найджел, в конце концов, мне колокола звонить не будут. У меня есть стимул дожить до глубокой старости и посвятить последние лет десять богоугодным делам. Авось, прорвусь в аэрдисовский рай.

– Думаю, вы сможете купить билет туда, если прямо сейчас поедете в Эфэл или Эйнальд и пожертвуете честно заработанные деньги на любое местное аббатство. Очень удобная религия, индульгенции, знаете ли.

– А еще я не хочу уезжать из Каллад. Даже шлюхи имеют право на патриотизм.

– Или имеют право не знать иностранных языков.

– Как вам угодно думать, Найджел. Так что вы решили?

– Жизнь Дэмонры за вашу безопасность при любом исходе?

– Да.

– Что именно вы намерены сделать?

– Эдельстерн больше месяца не протянет. Если уж ваша героическая подруга молчит все лето, еще с месяцок она как-нибудь да продержится. А Эдельберт устроит суд.

– Идея, достойная младшей школы.

– У вас есть другая?

– Да. Во-первых, за что вы ее судить будете? За цареубийство? Это верная смерть.