Чтение онлайн

– Ну, дай мне ее, - протягиваю руки. Юрка нехотя отдает мне ребенка. Юлька вцепившись в ворот моей рубашки, лупит меня ладошкой по морде.

– Правильно доча, мало ему было… добавь!
– комментирует Юрка.
– Я так понял, встреча снова была запоминающейся.

– Ну, как сказать, - неопределенно верчу рукой в воздухе.
– Знаешь, че думаю? С хера ли я за ней бегаю… Сейчас юриста подключу и дело с концом. Куда она потом денется?

– Походу, мало тебя отмутузили… - усмехнувшись говорит Юрка.

Юля тянет меня за воротник липкими ладошками, издает какой-то странный звук, и я ощущаю, как теплая субстанция, пропитывает мою рубашку.

Юрка ржет забирая у меня дочку. По груди растекается та самая жижа, которой Алиса кормила ее до моего прихода.

Из неоткуда появляется мать, и замахнувшись на смеющегося Юрку полотенцем, недовольно кривит лицо.

– Обязательно было ее так качать?
– бормочет стягивая с малышки платьице. В меня она уже бросила полотенце.

– Ему полезно, - продолжает скалиться Юрка.

– Только попробуй пойти в суд!
– шипит на меня Алиска.
– Если хочешь все окончательно просрать, то можешь конечно. Но ты же ныть потом сюда прибежишь. А я тебе в психологи не нанималась, - зло зыркнув на меня, натягивает чистую маечку дочке. А вот ей уже улыбается.

– У меня нервы тоже не железные. Мало того, что скрыла от меня ребенка, так теперь еще выпендривается. Себе же только хуже делает, дура! Ты видела на чем она ездит, где живет? Была бы умной, сама бы ко мне пришла. Мой ребенок живет в каком-то клоповнике, хер пойми где. В том районе одни нарики, да алкаши обитают.

– Яр, ты перегибаешь! Нормальный там район и квартира нормальная. Я у них была. Ты думаешь так легко растить ребенка в одиночку? Думаешь она деньги лопатой гребет? Это тебе они с неба падают…

– Сама подтверждаешь мои слова. Нет у нее возможности, растить ее нормально. К чему эта гордость?

Алиса не сказав ни слова, сажает Юльку на бедро и выходит из комнаты.

– С тобой бесполезно разговаривать, - кидает уже оттуда.

– А ты чего молчишь?

– А что мне сказать?
– пожимает плечами Юрка.
– Ты же сам умный. Продолжай в том же духе и все у тебя получится. Сам же говоришь, через суд все легко решится. Так действуй!

– Спасибо, за совет!

– Пожалуйста.

Несколько минут мы сидим молча.

– Яр, она тебя любила… Ты знаешь сколько дерьма ей пришлось хлебнуть? Ты, знаешь где и как она жила все это время?

– Не знаю.

– А ты узнай.

– Зачем?

– Затем, что размахивая перед ее лицом бабками, которыми ты собрался обеспечивать свою дочку, ты обесцениваешь все, что она пережила за эти годы.

– Какая-то дебильная у тебя философия.

– Может быть… Это они тебе нужны, а не ты им. Без тебя они жили и будут жить дальше.

– Мне нужен только ребенок. Диана меня не интересует, тем более, что у нее хахаль есть.

– Это он расстарался?

– А кто ж еще!? Чего скалишься?

– Хоть раз Дианке нормальный мужик попался.

Полчаса назад Ярослав скинул мне на счет сто пятьдесят тысяч. Сделал это молча. Ни звонка, ни сообщения не последовало. Надеюсь, что поняла я его правильно. Я решила, что это всего лишь компенсация за урон, который он нанес моей машине. Если рассуждать логически, то мы и так должны были быть в расчете. Учитывая тот факт, что моя монтировка помяла капот его далеко не бюджетной машины. Но убедив себя в том, что виновником происшествия, которое случилась до того инцидента, был он. Я молча прияла эти деньги. Хотя Угрюмов, конечно загнул. Для того, чтобы привести в первозданный вид жопку моей крохотной машины. Даже трети от этой суммы много. Но это я еще не общалась с мастерами. Быть может я ошибаюсь.

– Дочик, собирайся! Сходим к дедушке.

– Ма, можно я дома побуду?
– заглядывает на кухню.

– Нет, ты еще маленькая. Я не могу оставить тебя одну.

– А Альбертовна?

– У Альбертовны есть и свои дела. Ты и так с ней полдня провела.

Выпятив нижнюю губу и сморщившись Аленка поплелась переодеваться.

На улице резко похолодало. Пролил дождь, и температура упала сильно ниже привычной. Второе сентября, а осень уже заявила о себе, резко заменив жаркие августовские дни на ненастные, взятые взаймы у середины октября. Застегиваю на недовольной дочке ветровку. Прицеливаюсь натянуть ей на голову трикотажную шапочку.

– Ма! Ну ты что? Какая шапка! Не хочу, - сдергивает розовый трикотаж с макушки.

– Алена! Поздно уже! Когда возвращаться будем, так и вовсе ночь будет. На улице холодно.

– Ничего там не холодно!
– продолжает упираться она.
– Она мне прическу испортит. Не хочу!

– Я тебя не спрашиваю, - натягиваю шапку на голову недовольному ребенку.

– Я хочу остаться дома!

– А я хочу, чтобы ты меня слушалась.

– Я не хочу к нему идти! Зачем нам к нему ходить. Я боюсь его. Он сварливый и злой. Да еще и одноногий!
– вскрикивает она, резко стянув с себя шапку.

– Алена, так нельзя. Он твой дедушка и мой отец. Я не могу его бросить. Я должна ему помогать.

– Хорошо, что у меня нет отца! Мне не придется заботиться, о каком-то противном вредном старикашке, когда я вырасту!
– расстегнув куртку и стянув с себя, бросает ее на пол, убегает в комнату.

Ну за что мне все это? Аленка имеет право его не любить. Мы прожили с отцом достаточно времени под одной крышей, чтобы понять, что эти двое на одной территории ужиться не способны. Отец ни в чем себе не изменил даже в общении с маленьким ребенком.

Иду следом за ней в комнату. Она лежит на кровати, обняв Бублика, и быстро моргает, уставившись своими серыми глазенками в потолок. Таким образом, она пытается не заплакать. Я много раз подмечала то, как она борется с собой в минуты обиды и злости. Аленка считает, что плакать стыдно. Что взрослые девочки не плачут, а именно такой она себя и считает. Даже ее стенания по Назару предателю были фактически сухими. Ее вчерашняя истерика после выходки Ярослава не в счет. Тут кто угодно бы испугался. Это первое и основное отличие моего ребенка от меня самой. Мне для того, чтобы поплакать, много не надо. По крайней мере, так было раньше. Сейчас плакать мне некогда.

– Он меня даже не поздравил. А я говорила ему, что пойду в первый класс! Такое же случается раз в жизни!
– шмыгнув носом говорит она.
– И на день рождения не поздравлял. Только ты и тетя Алиса с Сережей.

– Ну, а как же детский сад? Для тебя там устроили настоящий праздник, все детки тебя поздравляли! Вспоминай!

– Это все не то! Они всех поздравляют если им воспитательница говорит поздравлять. Если бы не говорила…

– Ален… Ну прекращай, разве время сейчас для обид?