Все еще впереди
Шрифт:
– Да, – шепотом ответила я Трипу.
Таким человеком был для меня мой брат.
Трип фыркнул, взял мою тарелку и повел меня к одному из столиков, расположенных вдоль закрытых отделов магазина мастерской. Большинство людей стояли, сидячих мест было полно. Трип поставил тарелку на стол и сел напротив меня.
– Забыл про выпивку. Что ты будешь? Пиво?
– Я за рулем, сойдет любая газировка.
– Сей момент. – Он ухмыльнулся и исчез.
Я подцепила мясо вилкой, которую держала в левой руке, и выругалась. Нужно было брать ребрышки. Из-за ожога мне пришлось перейти на ту еду, которую можно есть одной рукой. В основном супы. С мясом же возникли сложности. Я не могу воспользоваться ножом. Черт, да я едва вытираюсь левой рукой. Я попыталась разделать кусок боковой частью вилки, но у меня ничего не получилось.
– Печальное зрелище, – донеслось из-за спины, и кто-то уселся на соседний стул.
Не было нужды смотреть, кто это. Лишь у одного мужчины такой хриплый, резкий голос. У Далласа.
Я улыбнулась, положила вилку и повернулась к соседу.
– Не знала, что ты уже здесь. – Я отметила, что в руках у него банка пива, а серая флисовая толстовка и черные джинсы ему необычайно идут.
– Я разговаривал с дядей, когда увидел, что ты выбираешь еду. – Покрутив длинными пальцами банку, он открыл ее и поставил рядом с моей тарелкой. Пододвинулся вместе со стулом ко мне, так что я ощутила жар его тела, наклонился и спросил: – Еще что-нибудь хочешь?
– Нет, у меня все есть. Разве что мясо нужно нарезать, – полушутя сказала я, улыбаясь, пусть даже он этого не видел.
– Хорошо.
С моим сердцем творится что-то неладное. Что-то очень и очень неладное.
– Ты и правда…
– Конечно. – Вот и весь ответ.
Я со вздохом откинулась на спинку стула, старательно делая вид, будто нет ничего особенного в том, что у него хватило духу нарезать для меня мясо. Нужно посетить специалиста по сердечным болезням. Срочно. Но сначала следует разобраться с тем, кто стал причиной моего недуга.
– Даллас, – прошептала я. – Ты мне ничем не обязан. Сколько еще раз я должна это повторить?
– Нисколько. Не сотрясай зря воздух.
Перестал ли он делать то, что делал? Нет.
– До чего же ты упрямый!
– Два сапога пара. – Он выпрямился на стуле, положил нож на край одноразовой тарелки и протянул мне вилку.
Пара?.. Я отметила, что он нарезал мясо идеальными квадратиками. Я со вздохом взяла у него вилку и попыталась успокоиться. Уймись уже, сердце. Уймись сейчас же. У меня нет на эту чушь ни времени, ни эмоциональных резервов.
– Спасибо.
Такой невинный взгляд я до сих пор видела только у Луи.
– Только попроси. – Сосед улыбнулся уголками рта.
О боже. Ну зачем он так со мной? Зачем? Даллас ведь не из тех, кто станет дурачить людей ради забавы. Уж я-то знаю. Но почему он так предупредителен? И почему я такая беспросветная дура, черт побери?
Не будь я очень голодной, ни за что не накинулась бы на еду. Я не стала обедать дома, рассчитывая поесть здесь во время конкурса. Еще я написала сообщение Джинни, чтобы узнать, придет ли она сюда после работы. Однако та ответила, что сможет забежать лишь во время перерыва – ей еще нужно было успеть переделать кучу дел до свадьбы, которая состоится через две недели. Откровенно говоря, я напрочь о ней забыла.
Я молча ела, время от времени поглядывая на Далласа, но в основном смотрела в тарелку и на людей, слонявшихся по мастерской. Промокнув губы салфеткой, я задала давно терзавший меня вопрос:
– Почему ты не состоишь в клубе байкеров?
Даллас повернулся ко мне, подпер кулаком голову. Его колено коснулось моего бедра, но я не отодвинулась.
– Этот клуб нечто вроде братства, где сын наследует место отца. Как-то так. Мой отец не состоял в клубе. Помнишь, я говорил тебе, что он был моряком. – Блестя ореховыми глазами, Даллас указал за спину и продолжил шепотом: – В целом они как одна большая семья. Они собрались здесь ради Наны Уокер, хотя она им не родня по крови.
Хм. Пожалуй, он прав.
– То есть тебе все равно, что ты не входишь в их клуб?
Даллас покачал головой:
– За исключением дяди и Трипа, я тут никого не знал всю свою жизнь. Я не такой, как они. У меня масса друзей на флоте. Я ничего не потерял.
– У тебя хоть когда-нибудь был мотоцикл? – прищурившись, поинтересовалась я.
Он со смешком покачал головой:
– Нет. Предпочитаю автомобили с кузовом. Мотоциклы не мое.
– Ну и правильно, – ухмыльнулась я.
Я не стану кокетливо стрелять на него глазками, черт возьми. Не стану! Убедившись, что ресницы не трепещут, я спросила:
– А у тебя есть хотя бы одна такая штуковина?
– Есть. И довольно большая… – Он осекся и залился краской по самые уши.
Мы посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись.
– У кого-то слишком высокое самомнение, – пошутила я.
– Я неверно выразился. – Его хриплый смешок поразил меня прямо в искалеченное сердце.
– Знаю. Я тоже. Просто подшучиваю над тобой. – Я накрыла его руку забинтованной ладонью.
Мы смотрели друг другу в глаза и улыбались. Ни с кем еще не доводилось мне ощущать такую близость, как сейчас с Далласом. Ни с кем и никогда.
Господи, помоги мне. До меня это только сейчас дошло.
Я влюбилась в этого засранца. По самую маковку.
Передо мной на стол бухнулась тарелка. Миг единения разлетелся на осколки. Мы посмотрели вверх. Рядом стоял Джексон. Как всегда, безалаберный и неряшливый, он с ворчанием выдвинул стул и уселся на него. Я ощутила, как напрягся Даллас. Его рука легла мне на спину, точно успокаивая. Он развернулся, чтобы посмотреть на младшего брата, и первым делом спросил:
– Где ты был?
Не сводя зеленых глаз с Далласа, тот взял пластиковую вилку, воткнул в порцию бобов. Судя по лицу, Джексон в детстве был тем еще засранцем, да таким и остался.
– Поблизости, – расплывчато ответил он.
Мужчина, который еще несколько минут назад чувствовал себя расслабленным рядом со мной, подался вперед, не убирая, впрочем, руки с моей спины.
– Я тебе раз десять звонил, – глубоко вздохнув, заявил он.
– Знаю.
Я ощутила, что Даллас вот-вот взорвется.
– И это все? – прорычал обычно спокойный сосед. – Ты исчез после пожара в доме бабушки, и даже не мог ответить на звонок?
Я и не думала, что можно так враз сильно покраснеть. Быстрее и сильнее, чем когда мы друг над другом подшучивали.
Джексон воткнул вилку в еду и сверкнул глазами на брата.
– С чего ты ведешь себя, будто тебе не наплевать на меня?
Тяжело дыша, Даллас склонил голову набок. Таким я его еще не видела. Впрочем, братья и сестры всегда знают, куда бить.