Чтение онлайн

Но я проведу долгие часы, обдумывая, как её убить. Уроки актёрского мастерства! Боже ты мой. Стань ивой. Стань дымом, поднимающимся над огнём. Изобрази грустного кузнечика. Я встречусь с Уилли и снова сколочу шоу, и найду спонсора и затолкну это шоу ей в глотку.

Но...

Я сидела на кровати и смотрела на свои руки. Я сидела, и у меня было такое ощущение, что она отравила меня. Какой-то гадостью. Чем-то таким, что попадает в кровь. Это ослабляет рефлексы, размывает надежды, притупляет гордость.

Я собиралась переодеться. Вместо этого я надела халат и снова отправилась на улицу. Мне хотелось виски с содовой, которое походило бы на кофе глясе. Мне хотелось кулачной драки. Мне хотелось сделать широкий жест. Любого рода.

Ночью мы плескались в озере. Потом они сбросили свои купальники, выключили свет и совсем расхрабрились. Стив называл меня трусихой. Я сказала ему, что избавилась от ребяческих замашек, когда вышла из детского возраста. Я рассказала им про Хэша. Про то, как все мы въехали на поезде на Пенсильванский вокзал, и Хэш заключил со мной пари. Он поставил сто двадцать долларов. Он должен добраться от поезда до такси совершенно голым. Он наделал немало шуму, когда вихрем пронёсся по станции, с чемоданом в одной руки, с сумкой на колёсиках- в другой. И ему бы это удалось, но он поскользнулся босой ногой и, падая, ударился головой. Его оштрафовали на сто долларов. Я сказала им, что любой сможет так плавать, имея к тому предрасположенность. Но нужно обладать иным складом ума, чтобы рассекать по Пенсильванскому вокзалу в чём мать родила.

Рэнди, Уоллас, и я остались на традиционалистских позициях. Я плавала на безопасном расстоянии. Рэнди, кажется, стоял на причале. Много смеха, плескания и игр. До чего весело на лоне природы! Я спрашивала себя - о чём думают психи. И окуни. Я, хотите верьте, хотите нет, думала о том, как приятно было бы, если бы подругу Уилму отнесло к ручью на оконечности озера, а потом по реке в открытое море.

Так что, когда из криков что-то стало понятно, и я внезапно осознала, что случилась беда, подплыла к причалу, забралась на него и обнаружила, что Уилма исчезла, у меня возникло ощущение ночного кошмара. Как будто моё желание оказалось слишком сильным. Чувство вины. Я надела халат. Ну, давай, Джуди. Ты ведь комическая актриса. Отмочи что-нибудь смешное.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ (СТИВ УИНСАН -ПОСЛЕ)

ЕСТЬ такой старый, не настолько уж смешной голливудский анекдот про двух руководителей студии, которые идут по улице, пытаясь придумать хороший эпизод для запущенной в производство картины. Каждый раз, когда у одного из них возникает идея, он изображает её в лицах, жестикулируя. А второй грустно качает головой. Из окна какого-то офиса спускают вниз сейф. Верёвка рвётся. Сейф обрушивается на одного из двоих администраторов, оставляя от него мокрое место. Второй смотрит на эту сцену с выпученными от ужаса глазами, а потом вопит:

– Слишком страшно, Сэмми! Нам это не подходит!

Вот так же было и со мной. Генератор идей. Когда я стоял на причале и думал о том, что нужно позвать Уилму, вернуть её. Слишком страшно, детка. Нам это не подходит. Не слишком удачный пиаровский ход. Публика на такое не клюнет.

А потом ночь стала громаднее и чернее. Холмы стали старше. Небо отодвинулось дальше. Озеро стало глубже и темнее. Я поёжился. Вы живёте в месте, в котором полно электрических лампочек, хрома, бифштексов с кровью и настольных состязаний. Но когда вы умираете, вы умираете в том месте, где горы и небо, земля и огонь, звезды и море. Я чувствовал себя совсем крошечным. Мне не нравилось это чувство. Я чувствовал картонным человечком на причале, которого кто-то собрал из игрушечного набора, в первый раз смотрящим на реальный мир.

До того момента у меня был шанс побороться. Возможно, я сумел бы вывернуться и спасти свою шкуру, сохранив по крайней мере одного из трёх ускользающих клиентов. И этим одним должна была стать Уилма. По крайней мере, воздействуя через Рэнди, при том, что на него будет воздействовать Ноэль, я вроде бы как получал наибольшие шансы там. Я стоял и видел воображаемый офис в почти что первоклассном отеле, и себя в этом офисе на совсем недурном окладе, ломающим голову над тем, как пополнить список гостей почти что первоклассными людьми, осколками аристократии и техасцами, которые ни в чём не разбираются, и пытаясь пропихнуть свой брэнд в какой-нибудь материал этих больших отзывчивых борзописцев, которые готовы распять свою старую добрую матушку, если за счёт этого к группе газет прибавится ещё одна.

А потом это дивное видение исчезло, когда я внезапно увидел, что мне преподносят на блюдечке. Сначала это разожгло огонёк волнения у меня под ложечкой, а потом вырвалось наружу ревущим пламенем. Я почувствовал себя вдвое больше натуральной величины. Вот оно - то самое. Когда они достали тело, мне хотелось поцеловать холодный, как камень, лоб.

Мне придётся проделывать фигуры высшего пилотажа. Мне придётся стать лёгким на подъём. Пока я размышлял, Пол потащил меня с собой, чтобы заняться этим бесполезным нырянием в поисках тела. Я надеялся, что мы не найдём её сразу. Потому тогда её, возможно, удастся бы оживить. Это большой шанс для Стива. Я послушно нырял, но не слишком усердствовал в поисках. Я был слишком занят размышлениями.

Ребята из таблоидов постараются превратить это в сенсацию. Все ингредиенты для этого налицо. Когда тело достанут, окажется, что оно - о ужас!
– голое. А в доме полно придурков, которые начнут слишком много болтать. Нужен сюжетец получше того, который нам навязывали. И с высокими чинами, которые за нас возьмутся, нужно будет как-то управляться. Мне предстоит поднатаскать людей, задействованных в новом сюжете и увязать в нём одно с другим. И не подпускать к ним газетчиков, пока у них всё не уложится в голове. Разумнее всего представлялось сказать, что мы все приехали сюда проработать одну идейку относительно нового шоу, выходящего осенью, с Джуди Джона в главной роли. И Хайеса можно как-то сюда пристегнуть. Допустим, декорации, костюмы. Итак, у нас есть менеджер по сбыту, делопроизводитель, ведущий счета клиентов, консультант по связям с общественностью, её бизнес-менеджер. Если правильно повести дело, это может вызывать большой интерес публики к осеннему шоу, вплоть до того, что станет целесообразно снова задействовать Джона. Эпизод с купанием - вот что осложняет дело. Слишком уж это лакомый кусок для бульварных газетёнок. Что мне следует сделать, так это пробраться в её комнату, взять купальник, тайком вынести его, слегка надорвать и бросить в воду. Они, вероятно, будут искать тело кошками. Если мне удастся сделать так, чтобы одна из кошек подцепила купальник, всё обретет более благопристойный вид.

Есть мне удастся спустить всё это на тормозах, если мне удастся сделать так, чтобы им нечего было смаковать, тогда Стив Уинсан станет известен в городе как светлая голова, которая спасла положение. А это означает, что в списке появятся новые люди.

Меня порядком измотало это ныряние. Пол остановил нас, когда прибыли представители власти. Я держался поблизости, чтобы посмотреть, как станут развиваться события. Хотя и порядком замёрз. Потом тот тип, которого звали Фиш, захватил меня врасплох, найдя купальник Уилмы в кармане ее халата. Я сходил к себе в комнату, вытерся, переоделся и спустился обратно, всё это время напряжённо размышляя. Мне хотелось отделить их друг от друга и рассказать, что я придумал. Но Фиш перехватил меня на причале.

– Так как вас зовут?

– Уинсан. Стив Уинсан.

– Очень хорошо, мистер Уинсан. Садитесь вон в ту лодку. Это Уилл Агар. Нужно, чтобы в лодке было два человека, один на вёслах, а другой - на кошках.

– Но...

– Рассчитываем на ваше содействие, мистер Уинсан.

– Мне нужно кое-куда позвонить.

– Я уже предупредил телефонистку, чтобы она не принимала никаких звонков по этому номеру, кроме как от меня, так что вам не стоит беспокоиться на этот счёт. Просто садитесь вон в ту лодку, и Уилл расскажет вам, что нужно делать.

Что мне ещё оставалось? Я сел в лодку. Уилл весь состоял из зубов, адамова яблока и аденоидов. Кто-то крикнул с причала:

– А ты, Уилл, прочеши участок к северу от Бобби.

Кошки были была изготовлены из подручных средств - кусок трубы на толстой леске, к которой в ряд были прикреплены тройные крючки.

Уилл сказал:

– Если застрянет, тяните медленно и особенно не налегая. Если это тело, то оно постепенно всплывёт. Но если пойдёт туго, значит, мы зацепили за дно. Тогда нам придётся освобождать эту штуку.