Чтение онлайн

Но когда я завёл двигатель, моё сознание выбрало не её дом.

Оно повело меня в другое место. К другому человеку, которому тоже пора услышать правду из моих уст.

— Ну здравствуй, братик, — говорит Уокер, когда открывает дверь своей квартиры. — Ты вообще в курсе, что сейчас уже за три часа ночи?

— Какого хрена ты творишь? — Я отталкиваю его и с грохотом захлопываю за собой дверь, в то время как ухмылка расползается по его лицу.

— Нужно уточнение. Я собирался спать, но теперь вот беседую с тобой.

— Оставь эту ересь себе, Уокер. Ты прекрасно знаешь, о чём я.

Он чуть качает головой:

— Без понятия. Я немного подуставший и туго соображаю. Расшифруй.

Я знаю, что он не совсем трезв, но и не в хлам. А значит, он вполне в состоянии вести этот разговор.

— Келси, ублюдок. — Я хочу стереть ухмылку с его лица кулаком. — Что ты, чёрт возьми, делаешь с Келси?

Улыбка на его лице только ширится.

— В каком смысле?

Я хватаю его за рубашку и прижимаю к стене, приближаясь настолько, что могу заглянуть прямо в глаза, идентичные моим. — Ты не можешь быть с ней, Уокер.

— Почему нет? Она свободна. Она красивая. Она...

— ... моя , — заканчиваю за него сквозь стиснутые зубы. Мой разум наконец понимает истину. Теперь все — включая моего брата — должны услышать её.

— Она моя.

Он тяжело выдыхает и вдруг начинает смеяться. — Ну наконец-то ты это признал.

На его слова моё лицо, наверное, заметно меняется — я отстраняюсь, ярость в венах постепенно угасает. Я наклоняю голову, чтобы убедиться, что не ослышался. — Что?

Он отталкивает меня и поправляет рубашку, как будто ему важно, как он выглядит. — Я говорю, тебе давно пора было это признать. Я знаю, что она твоя, Уайатт. Она всегда была твоей.

Мы стоим в тишине, уставившись друг на друга, пока я перевариваю его слова, медленно моргая.

— Что, чёрт побери, тут вообще происходит?

Уокер снова фыркает, обходит меня и берет стакан воды с журнального столика, делает несколько глотков. Потом смотрит мне прямо в глаза. — Я не хочу Келси, братишка.

— Тогда почему...?

— Я хотел, чтобы ты наконец признал, что хочешь её.

— Это... — Что за хрень вообще?

— Единственная причина, по которой я уделял ей внимание, была в том, чтобы привлечь твоё. Вы с Келси уже два года вокруг да около ходите, как будто никто не видит, что между вами. А после того, как отец провёл с нами ту беседу пару недель назад, я подумал — почему бы не подтолкнуть тебя?

Я мысленно игнорирую комментарий про отца, чтобы не проговориться о его ситуации, и возвращаюсь к главному. — То есть... подожди. — Я упираю руки в бока, сужаю глаза. — Ты никогда не хотел Келси? Ты просто притворялся, чтобы заставить меня ревновать?

— Ага.

— Какого хрена, Уокер? — Я вскидываю руки, снова в бешенстве в сотый раз за эту ночь. — Зачем ты вообще это сделал?

Он указывает на меня пальцем, тоже повышая голос. — Потому что ты был слишком труслив, чтобы признать, чего хочешь. И Келси тоже. Так что я уговорил её позволить мне вмешаться.

— Подожди. Келси знала о твоих намерениях?

Он кривится. — Да, но не злись на неё. Она просто... ей надоело быть для тебя только подругой. И когда мы увидели, как ты отреагировал на мой поцелуй с ней, она нехотя согласилась пойти со мной на свидание — надеялась, что я прав.

Охренеть . У меня сейчас мозг взорвётся.

С одной стороны, это облегчение — знать, что мой брат не испытывает к ней чувств. Но с другой — тот факт, что они вдвоем лгали и манипулировали, чтобы довести меня до признания, — сидит как заноза.

— В чём ты должен был быть прав?

— Что если ты увидишь её с кем-то другим, то поймёшь, что можешь её потерять, если не признаешься в своих чувствах.

Я хватаюсь за волосы. — Не могу в это поверить.

Уокер пожимает плечами. — Привыкай. Я ведь только помочь тебе хотел.

Я резко оборачиваюсь к нему. — Я обдумывал, как тебя убить, Уокер! Я реально размышлял, как, чёрт возьми, мне жить, если придётся наблюдать, как ты её трогаешь и любишь, если вдруг она выберет тебя!

— Ну, повезло тебе — она не выберет. Она хочет тебя .

Я стискиваю зубы. — Почему она сама не сказала об этом?

— А почему ты сам ей не сказал? — отбрасывает он.

— Это...

— ...сложно, знаю, — закатывает глаза он. — Только вот нет. Ты и Келси созданы друг для друга, Уайатт. Вы всегда были такими — ещё с детства.

— Папа тогда отговорил меня от неё, перед тем как я уехал в колледж, — признаюсь я, опуская взгляд. — Я хотел быть с ней, но он сказал, что не стоит.

— Ну, у папы обычно есть причины на такие советы. И я думаю, он был прав, когда недавно намекнул, что пора задуматься о будущем. — Ага, только вот его собственное будущее, как и наше, скоро изменится.

Я снова смотрю ему в глаза, кровь всё ещё бешено стучит в жилах. — То есть ты решил, что можешь вмешаться в моё?

Он смеётся. — Нет. Я просто решил заставить тебя признаться себе, чего ты действительно хочешь.

— Не могу поверить, что она пошла на это. — Я снова провожу рукой по волосам, всё ещё цепляясь за этот момент. Я не понимаю, злюсь я или в шоке, но знаю, что при таком уровне адреналина уснуть сегодня не получится.

— Считай, что она была мягко уговорена, — ухмыляется он, довольный собой. — Но я тебе вот что скажу, Уайатт. Если ты сейчас не признаешься ей в своих чувствах, если не скажешь, как сильно ты её любишь и хочешь быть с ней, ты её потеряешь. Келси не будет ждать вечно. И другие парни тоже не станут. Ты говоришь, что она твоя — но это не так. Пока нет. Может, ты это чувствуешь в каждом нерве, в каждой клетке, но она станет твоей только тогда, когда ты по-настоящему заявишь на неё свои права.

Я смотрю на него, переваривая весь этот поворот событий, и, наконец, выдавливаю. — Мне нужно идти.

Я направляюсь к двери, чувствуя, что Уокер идет за мной, но мне нужно пространство. Мне нужно переварить всё это.

— Когда ты поговоришь с Келси? — спрашивает он, когда я застываю с рукой на дверной ручке.

— Я... не знаю. — У меня словно мурашки бегают по коже, сердце колотится, а в животе узел. Несмотря на облегчение, что между ними ничего не было, вся эта ситуация всё равно кажется неправильной.