Чтение онлайн

— Какого черта?.. — спрашивает она, высвобождается из моих рук, чтобы спуститься на пол, и выходит вперед. — Ева, — заявляет она, увидев почерк, выводящий наши имена. Не просто Кириан или Одетт, а:

Убийце богов Кириану и Дочери Гауэко Одетт.

Я не успеваю встать у неё за спиной, чтобы тоже прочесть, прежде чем она отрывает взгляд от бумаги, смотрит на меня, и я вижу, как быстро может раствориться счастье.

— Львы полностью покинули Сирию, потому что собираются в Бельцибае… — Ей трудно говорить. — И в Лиобе, и в Ликаоне…

Я чувствую вкус пепла битвы в горле. — Они собираются напасть на Эрею.

Глава 43

Одетт

Ева и Нирида прибывают на следующий день с несколькими ведьмами и частью офицеров. Мы встречаемся с ними в Уралуре, где также ждут Аврора и Эдит. Счастливое воссоединение краток, потому что Аврора тут же спрашивает, в порядке ли мы, и мы должны рассказать им всё.

Мы выиграли войну в Сирии, а теперь нам придется защищать Эрею.

Камилла и Агата остались с основной частью армии, как и другие Дочери Мари, и ищут способ добраться до Эреи, не вступая в прямое столкновение с войсками Львов. Эгеон переправляет свои войска морем.

Я наблюдаю, как ведьмы готовятся во внутреннем дворе дворца. Некоторые ограничиваются подготовкой взрывчатки и оружия, другие практикуют закон троекратного воздаяния, растягивая свои силы, искажая правила и последствия, проверяя, как далеко они способны зайти. Теперь они знают, что им больше не нужно беспокоиться о хиру, но мне интересно, многие ли из них перестали ставить защиту на свою магию. Моя история с гальцагорри была встречена скептически, когда я поделилась ею с ними, и, полагаю, пройдет время, прежде чем все примут как факт, что этих тварей больше не существует.

Под аркадой двора офицер строит отряд, который должен будет защищать дворец, если битва дойдет сюда. И я думаю о том, как быстро могла рассеяться мирная атмосфера, которой я наслаждалась вчера.

Рука на плече заставляет меня слегка обернуться. Эдит тоже пришла на галерею. — Вы снова победите, — уверяет она меня вместо приветствия. Она опускает руки и спокойно складывает их на коленях. — Это абсурдная атака. Они не победили в Сирии и не могут победить сейчас.

— Но они могут причинить нам большой ущерб, — возражаю я.

Внизу одна из ведьм ошиблась в расчетах, и теперь другой приходится лечить ожог, опаливший её левое предплечье.

— Они жалкие людишки. Король Аарон и эта крыса Лэнс, который ждет, когда монарх поскорее умрет. Его я понимаю: эта война ему выгодна, потому что вероятность того, что его восхождение к власти ускорится, выше… — Она скрещивает руки на груди, задумавшись. — Но Аарон делает это исключительно из мести, даже зная, что они ничего не добьются и что он ведет своих людей на смерть.

Холодок бежит по спине. Инстинкт гладит мои плечи ледяным когтем. — Это правда. Он ведет своих людей на смерть, и, возможно, себя тоже, — бормочу я.

— Подлец, — считает она. — Он никогда не был ни хорошим монархом, ни хорошим стратегом. Если он и подчинил Эрею двадцать лет назад, то только благодаря темной магии, с которой заключил сделку. Не будь этого, Аарон никогда…

— Он не знает, что умрет, — перебиваю я её. Поворачиваюсь к ней. — Нет. Нет… Он не может этого знать, потому что, если бы знал, не осмелился бы прийти. Он не настолько храбр.

Эдит хмурится, но размыкает руки и перестает смотреть вниз, на тренировочный двор, чтобы сосредоточиться на мне. — Чтобы атаковать сейчас, у него должно быть больше отваги, чем страха смерти, а даже его подлость не настолько сильна.

Внезапно я острее чувствую холод; ощущаю его в каждом вдохе, в каждой снежинке, поднятой ветром. Эдит делает глубокий вдох.

— Что именно они сделали в Лесу Ярости? — спрашивает она, понизив голос еще сильнее, возможно, боясь, что нас услышат.

— Королева-мать всех ковенов Илуна этого не знала, — отвечаю я. — Это была магия, похожая на магию хиру: пустота, смерть, гниение…

— Думаешь, это возможно?..

Эдит не решается закончить вопрос. Он повисает между нами, пока мы смотрим друг на друга и обдумываем последствия. А потом мы идем искать Нириду.

— Кто-нибудь из Дочерей Мари, сражавшихся в тот день, пришел с командором? — спрашивает она, ускоряя шаг рядом со мной. — Не знаю. — Может, они этого и не сделают, — предполагает она, снова оказавшись в стенах дворца. — Если у них была такая возможность, почему не использовали её в Сирии, у себя дома? — Возможно, у них не было времени. Они не знали, что мы нападем. — Они узнали, что стало с Аароном? Где он был? — Нет. — А наследник, Лэнс, он?..

— Эдит. — Я останавливаюсь, чтобы она тоже остановилась. — Спокойно.

Она бросает на меня дикий взгляд, который тут же смягчается, когда она понимает, что я напугана не меньше. Тогда она делает вдох и закрывает глаза на мгновение, прежде чем продолжить путь.

Нирида совещается со своими капитанами, когда мы находим её в одном из залов дворца. Она завершает собрание, но мы просим их остаться.

Кириан внимательно нас изучает. От меня не ускользает дистанция между ним и следующим капитаном, ни то, как другие следят за его движениями, когда он поудобнее устраивается в кресле. Полагаю, не каждый день находишься в присутствии убийцы богов.

Я рассказываю им о наших подозрениях, и Нирида велит позвать того, кто теперь возглавляет находящихся здесь ведьм. Возникает заминка, когда гонец возвращается один и говорит, что ими никто не управляет, пока командор не требует, чтобы явился кто-то, кто знает что-либо о резне в Лесу Ярости, и в зал входит одна из соргинак Илуна, которую я уже видела раньше с Воронами, решившими остаться.

То, что она рассказывает, не сильно отличается от версии, которую дала мне Агата.

— Не зная, что именно они сделали, трудно предугадать, смогут ли они сделать это снова, — считает Нисте.

— Аарон знает, что у них нет шансов. Сирия пала за абсурдно короткое время. Большая часть его армии даже не смогла дать настоящий бой. Он не может быть настолько глуп, чтобы верить, что у него есть шансы, если ничего не изменилось, — предполагаю я.

Все молчат. В конце концов заговаривает Нирида.

— Мы вернем всех Дочерей Мари. — А армии? — спрашивает другой капитан. — Найдем способ доставить их сюда. — Они столкнутся с Львами раньше, — возражает Нисте.