Чтение онлайн

– Но кто-то мог пройти сквозь стену...

– Миша, не смешно. Стены в 'сорок седьмой' непроницаемы.

– А двери?

– И двери, и пол, и потолок...

Инхандек был доволен: теперь Солнцев вел себя, как положено - искал выход, которого не было. Логическими построениями его загнали в угол.

Бычья морда на стене демонстрировала явный интерес, словно шахматный болельщик, точно знающий: партия еще не окончена.

– Возможно, кадавр? Он находился в комнате, а после дематериализовался. А?

– Не говори глупостей. Я понимаю, что у тебя опыт экспериментальной работы огромный и ты мне с полсотни версий выдвинешь... Я проверил твоего Юрина на Магрибском Шаре. И знаешь, что обнаружил?! Искривление! Между получением диплома и приездом в Соловейск...

– Ха! А ведь я сразу догадался: твоя затея с Арконой имела целью лишь проверку молодого специалиста. К чему такие сложности, Хан?

Замдиректора вновь поморщился. Нельзя недооценивать противника. Егорыч - тертый калач, голыми руками его не возьмешь. Похоже, с ним нужно играть в открытую.

– Все очень не просто, Миша. Кто-то сильно интересуется Институтом. Юрин - 'засланный казачок'. Блок, который ему поставили... Я даже не знаю, кто мог это сделать. А главное - зачем?!

Солнцев бросил взгляд на голову яка. Морда казалась задумчивой, будто животное собиралось присоединиться к 'мозговому штурму'.

– Знаешь, Джордж... Все что ты сообщил о Юрине - интересно. Весьма. Но для чего ты битый час болтаешь всякую чепуху. Извини, хочется выругаться матом в твой адрес. Всем, кто хоть что-то смыслит в наших делах ясно: появление Всеволода Кирилловича Юрина здесь не случайно! Никаких способностей к колдовству у него не имеется. Это выпирает настолько явно, что прямо-таки подозрительно: почему его не отправили в тот же день обратно в Питер? Кто-то замолвил за него словечко? Вряд ли. По моим данным Всеволод сам по себе - не плохой человек. Чистый и открытый. И даже если Юрина используют, лучше знать, что именно от него исходит угроза. Это, принимая за аксиому, что наша организация всё еще представляет для кого-то интерес. Но я в это не верю. Просто не представляю, кто мог бы обратить на нас внимание. А то, что администрация давно собирается Институт приватизировать - всем известно.

– Как и то, что кое-кто в Институте считает: всё должно оставаться, как есть. И - вот результат.

– Не вижу, пока, никакого результата.

Солнцев в прошлом сам, - еще и пяти лет не прошло, - занимал пост заместителя директора по науке. Это давало ему моральное право в спорах с Инхандеком (тем более, при разговоре тет-а-тет) занимать жесткую позицию. Он мог бы и сейчас тут руководить. Но возраст, возраст... Как только появилась более-менее приемлемая кандидатура, Михаила Егоровича 'ушли в тень', как некогда поступили и с его предшественником. То, что течение жизни в начале девяностых круто изменится, не предвидел никто. Хотя позже некоторые умники заявляли, дескать, они заранее вычислили по Нострадамусу 'смену полюсов'...

– Пойми, Егорыч! Если мы не приватизируем институт, его отберут у нас просто так. Пришлют из Москвы другого директора, и - всё!

– Что 'всё'? Он снимет тебя и поставит своего человека? Так, и что наш трудовой коллектив потеряет?

– Да новый может позакрывать разработки, которые сочтет 'малоперспективными'. И всем - коленом под зад.

Солнцева такое предположение явно не испугало: он небрежно откинулся на спинку стула и демонстративно сложил на груди руки. Ноздри яка одобрительно дрогнули. Это заметил и хозяин кабинета. Он понял: Солнцев 'закрыт', кутерьма, происходящая вокруг, его не коснется, что бы ни случилось. Следующим вопросом Егорыч подтвердил свою позицию:

– А может, это и к лучшему? Вон, те, кого в девяностом сократили - неплохо устроились.

– Неплохо?.. А я думаю, что это кто-то из них Юрина и заслал.

– С какой целью? Убить Арнольда? Не смешно даже. Его могли подкараулить где-нибудь на рыбалке, или машиной сбить по пути на работу.

– Возможно, при проверке мальчишки Арнольд что-то обнаружил. Вот, его и...

В позиции Солнцева имелся изъян. Ведь, как ни крути, а Велеречева убили. И Юрин находился в помещении. Полностью самоустраниться не получится... Егорыч разомкнул психологический замок, и хлопнул ладонями по коленям.

– Да что там Сева!
– В голосе звучало раздражение.
– Ничего из себя не представляет. Возьми любого из школы, продержи пять лет в вузе - вот тебе и Сева.

– Искривления, Миша, искривления...

– Знаешь, Хан, давай решать вопросы в порядке их поступления. Есть золото.

– Так.

– Есть труп.

– Так.

– Есть предположение, что виновен в убийстве Всеволод Юрин.

– Есть такое предположение.

– Но, даже, если это и так - мы ничего не сможем узнать. А выходить к директору с предложением лично контролировать ситуацию...

– Да, не стоит.

Инхандек освоил пятый уровень Проникновения: мог заглянуть в подсознание, добраться до глубинных причин поступков конкретного индивида. В случае с Юриным этого оказалось недостаточно. Можно было, конечно, пойти к директору и попросить задействовать шестой уровень, только пользы от этого ни Солнцеву, ни Инхандеку никакой. А вот не было бы им с того самого беды...

Замдиректора предпочел закруглить беседу.

– Вижу, мы не договорились... Учти, Миша, если ты считаешь, что нам неизвестно, кто тормозит продвижение документов в инстанциях, то это наивно. Если ты думаешь, что нам неизвестно, кто всем руководит, то это глупо. И поверь, что я знаю, что именно ты стоишь за этими 'кем-то'.

– Понятно. Пугая меня возможной причастностью Юрина к убийству, ты пытаешься решить свои темные дела. Я должен закрыть на них глаза, так? А взамен? Видимо, взамен, я получу Севу обратно. Только, знаешь ли, Хан, Сева мне не нужен. Кто он такой? Хороший мальчик? Да мало ли мальчиков вокруг?! Вы собрались его пытать? Да ради Бога!

– Не кипятись, Миша. Взамен ты получишь возможность продолжать свою работу. Конфуз с Адольфовичем привлек к институту ненужное внимание. Нам надо срочно решать вопросы. Организация, где могут получать золотые самородки, стоит много больше, чем та, где 'черт его знает, чем занимаются'. Нас могут просто проглотить. А виновата твоя компания, проводящая неразумную кампанию. Мы делали вид, что ничего не замечаем, надеялись что вы образумитесь, но ситуация изменилась. Жду завтра с конкретными предложениями. А Юрин... Зачем он нам? Если будет нужно - попрошу директора посмотреть, что скрывает блок, пусть он сам и решает...

В этот момент дверь начальственного кабинета распахнулась. На пороге стояла чертежница Лариса Ромашина. Что понадобилось девчонке у замдиректора? Без вызова явилась в кабинет... На мгновение воцарилась неловкая пауза. Егорыч бросил лукавый взгляд исподлобья в сторону Инхандека. Успел заметить досаду на его лице.

– Я занят. Зайдите позже, пожалуйста,- бросил Инхандек.

Бычья морда ухмылялась. Не так, конечно, как это делают люди... Однако даже мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять - бык насмехается над хозяином.

Егорыч поднялся, протянул и пожал руку Инхандеку. Вроде гроссмейстеры закончили скучную партию, которая не войдет в учебники: тривиальная ничья.

Солнцев, прежде чем покинуть кабинет мысленно послал привет голове яка. Вещи, они ведь тоже обладают душой. А в тех кабинетах, где часто совершаются магические действия, вещи становятся порой слишком уж... одушевленными.

4

Со стороны это совещание вполне могло напоминать секцию Ученого Совета. Доктора наук и перспективные кандидаты собрались в закрытой комнатке, чтобы обсудить работу товарища. Или решить сложную задачу, поставленную Академией. Сидели в кабинете Солнцева. Всеволода шеф отправил в отдел кадров писать объяснительную, чем это он занимался в рабочее время в лаборатории Велеречева. Попросил кадровика Мишина задержать Юрина подольше, дабы тот не путался под ногами.