Чтение онлайн

– Это мы потом обсудим, какие для чего нужны средства. Скажу без обиняков: как Всевышний ты не выдерживаешь никакой критики.

– Х-ха! Не выдерживаю... Это ты забыл, что последние две тысячи лет они прекрасно обходились без Всевышнего. Всевышний валялся в больнице. Может он заболеть?

– Понятно. Отец хворал. У Духа Святого был упадок духа, а всем заправлял... кто? Сын?

– Или Сатана.

– Оба хороши. У меня почему-то Сатана с Егором Кузьмичем ассоциируется.

– А Христос с Борисом Николаевичем?

– Нет, с Михаилом Сергеевичем.

Оба ухмыльнулись и, не сговариваясь, посмотрели на дверь. После чего оба дополнительно хмыкнули, скрывая какие-то и без того потаенные мысли. Хотя за дверью, разумеется, никого не было, включая и автора. Некоторое время в комнате царило молчание. Нарушил его Сидоров.

– Нет, все это как-то в башке не укладывается. И, спрашивается, что мне теперь делать? Я ведь знаю будущее на десять лет вперед. А? Что молчишь?

– Знаешь, этот Хусейн мне определенно не нравится, озабоченно сказал Иванов.
– Развитой социализм мы уже проходили, национал-социализм - тоже... Теперь что там на очереди? Арабский социализм?

– Сказать?

– Чур тебя! Иди к свиньям...

– А что ты, собственно, дрейфишь? Это же всего-навсего модельное будущее.

– Знаем мы эти предметы! Там, в твоем мироздании, определенно кто-то сидит. Сидит такая сволочь, сосет из сети информацию, и вычисляет будущее.

– Успокойся ты, - буркнул Сидоров, - ничего такого особенного там не случится. Ну... Да и то...

Он осекся под взглядом Иванова и вдруг взорвался:

– Да иди ты к черту! Мистик-одиночка... Ты вот что мне скажи - ты кореец, или нет?

Иванов поджал губы.

– Ну, - сказал он, - и что?

– То есть, лицо незаинтересованное.

– В каком смысле?

– В том смысле, что у тебя целых два суверенитета северный и южный.

– Я такой же кореец, как ты - эскимос.

– Все равно. На кой ляд он нужен?

– Кто?

– Суверенитет.

– Как?.. Не понял! Суверенитет - он и есть суверенитет. Суверенитет - он каждому сердцу дорог... Чтобы, значит, того... А без суверенитета ты кто?.. Это одно. С суверенитетом же ты есть субъект международного права.

– Ясно. Это к вопросу о том, что лучше: жратва без суверенитета, или суверенитет без жратвы.

– Лучше всего суверенитет со жратвой. А ты жук! Мягко стелешь. Ты знаешь что сделай - все свои данные о будущем изложи в форме гороскопа. И пошли куда надо. Копия - в политбюро. Копия - председателям "Демократической России". Мол, так и так, планета Сатурн в созвездии Дураков противостоит Марксу, то есть Марсу, но Венера, увы, не способствует... В точке же контрапунктации следует быть осторожными. Быкам, то есть тельцам, могут обломать рога, а змеям-демократам язык прищимят. И так далее. Они поймут.

– Ой ли?

– Кстати, о суверенитетах. Там грузины собираются отделяться. Отделятся?

Сидоров выдержал паузу.

– Что, говорить?
– наконец поинтересовался он.

– Давай, валяй.

– Еще как отделятся, целых четыре раза. Ц один раз присоединятся к туркам.

– Серьезно? А еще кто отделится?

– Москва от Ленинграда, Сахалин от Курил. Биробиджан отойдет к Израилю.

– Плохо шутишь.

– Как умею. Ленинград переименуют в Санкт-Петербург.

– А Литва?

– Литва?
– Сидоров вздохнул.
– За Литву я даже и говорить не хочу. Они с поляками образуют Речь Посполитую.

– Врешь поди?

– Вру. А что делать?

– Ну, соври еще что-нибудь.

– А пожевать что-нибудь дашь?

– Масла нет, колбасы нет - сало будешь?

– Копченое?

– Естественное. В собственном соку. Плюс твой желудочный.

– Тащи. И хлеб не забудь. И луку давай.

– Лук только за валюту.

– А если бартерный обмен? Я там, в коридоре, сумку с картошкой оставил. В обед еще купил - с тех пор и таскаю. Возьми пять. Три за сало, две за лук.

– А за навар?

– Навар с моей картошки за твой хлеб.

– А за нагрев?

– Ладно, возьми шесть, - сдался Сидоров.

– Облапошить хотел...
– пробормотал Иванов и отправился ставить картошку на плиту.

– Кстати, за вранье что положишь?
– поинтересовался Сидоров, когда тот вернулся.

– Вранье нынче не в цене. На рубль ведро в любой газете.

– Ладно, сегодня я добрый и вру бесплатно. Повесьте ваши уши на гвоздь внимания. Или нет - как там?.. А, вот! Повесьте халат вашего внимания на гвоздь моего красноречия... Вообрази себе, что Союз развалился на куски. Две Украины - Жевто-восточная и Западно-блакитная. Разрозненные Российские Штаты, Московская Директория, Восточно-сибирская Глухомань и Западно-сибирская Тьмутаракань. А кроме того, Казахский Аймак, Узбекский Эмират. Киргизский Байонат, Прибалтийский Вечный Союз и прочая. Это не считая мелких княжеств, ханств, республик и разного рода объединенных королевств. В связи с тем, что кушать стало совсем нечего, об измах забыли. Принципами, естественно, поступились. Кто не успел, тот вымер, а остальные начали просто работать и торговать. Ссорились, конечно, но поскольку крупных держав не существовало, войны носили локальный характер, Так. побьют друг другу морды, и разойдутся. Ну, там, матом через границу обложат русский-то все знают... Жизнь стала налаживаться, и постепенно даже употребление водки вошло в разумную колею, а все валюты конвертировались между собой.

Но в это же самое время в Западной Европе шли совершенно противоположные процессы. Действие прививки от коммунизма закончилось, и постепенно все европейцы пришли к выводу о том, что к всеобщему благоденствию необходимо добавить всеобщее равенство и братство. Это благое намерение настолько овладело основной массой, что сомневающихся решили перевоспитывать в специально отведенных местах. Таковые были оборудованы в районах крайнего севера Европы. Обычный социализм у них уже был - приступили к строительству развитого. К тому времени почти вся Европа уже объединилась в одно огромное государство от Карпат до Гибралтара и от Сицилии до фьордов Норвежских. На повестку дня был поставлен вопрос о строительстве развитого социализма в мировом масштабе и о постепенном переходе к коммунистической перспективе. Но добровольно никто в таких масштабах ничего строить не хотел. Пришлось...

– А Ватикан, тем временем, переместился на Соловки, не так ли? И там сидел Папа Соловецкий, возглавивший крестовый поход против Еврокоммунизма.

– Ты мыслишь сегодня удивительно трезво, - заметил Сидоров.
– Как там, кстати, наша картошка?

Выяснилось, что картошка уже поспела, и дальнейшая беседа потекла еще более размеренно, ибо картошка в мундире, хотя и вредна для здоровья (еще вреднее для него сам мундир), но не располагает к жесткой конфронтации в спорах. А сало - в особенности.

– Да, у меня имеется горчица... Врал ты хорошо, и особенно мне понравилась мысль насчет прививки от коммунизма. Я изучал вопрос. Идея коммунизма обладает особой привлекательностью и владеет лучшими умами человечества уже две тысячи лет. К ней еще непременно вернутся.

– Всех привлекает то, что от каждого по способностям, но зато уж каждому по потребностям. Никому не приходит в голову, что баланс способностей и потребностей может не сойтись... Неси горчицу, не сиди!

– А что положишь по бартеру?