Чтение онлайн

– Григорий Львович? – удивленно пробормотал я.

Штильман глянул куда-то в сторону и поправил узкие очки. Я обратил внимание, что его руки больше не дрожат. Он выглядел холодным, собранным, прекрасно осознающим, что происходит, даже несмотря на рассеченные скулу и бровь.

– Дальше прохода нет, Валерий Павлович, – строго произнес он. – Это тупик.

Я ничего не понимал. У меня закружилась голова, к горлу подступила тошнота. Не по нутру мне было появление ученого в пещере. Более того, мне даже на мгновение показалось, будто передо мной стоит не знакомый, а чужак, который им представляется. Пытаясь разобраться в своих чувствах, я направил на него бластер, и это наконец вернуло старого Штильмана – ученый испуганно шарахнулся от меня, вскинув руки.

– Что вы делаете! Не стреляйте, это ничему не поможет!

– Как вы здесь оказались? – хмуро осведомился я.

– Опустите оружие!

– Я оставил вас в расселине! Что вы здесь делаете?

Еще мутным от удара сознанием я вдруг ощутил рядом шевеление и глухой рык, запертый в глотках под грудами мышц. Вопрос, кто уложил ферга на дно пещеры, отпал сам собой. Справа и слева, один чуть ближе, другой за моей спиной, из черных теней выползли два красноглазых гиганта – те самые, с бронированными черепами. Свод был низкий, и они стояли на четвереньках, отчего походили на огромных диких зверей.

В присутствии красноглазых Штильман чувствовал себя уверенно и раскованно. Руки у него, как я уже говорил, не дрожали.

Мне все стало ясно.

– Не было никакого побега из медицинского бокса, – сказал я. – Пленение было, а вот побега не было. Вы договорились с ублюдками. Сдали им тайник с капсулой, и красноглазые вас отпустили. Возможно, даже подбросили на катере прямо до Ускута, чтобы у вас ножки не замерзли.

– Я сам прошел несколько километров, – обиженно отозвался он.

– Только непонятно, зачем вы так настойчиво тянули меня к сопке? Подрядились водить сюда людей на обед?

– Если вы думаете, что это я выдал пришельцам жителей Ускута, то вы ошибаетесь! Их обнаружили случайно. Я этого не хотел. Меня отправили в поселок исключительно за вами! Пришельцев беспокоили вы и ваш друг… Особенно ваш друг. Они очень его боялись, очень. Он обладает колоссальной силой.

– Где сейчас капсула?

– Вам лучше сложить оружие, Валерий Павлович, – посоветовал он. На этих словах окружавшие меня чудовища зарычали. – Тогда будет не так больно. Можете мне поверить.

– Сложить оружие? Боюсь, вы плохо меня знаете…

Справа захрустела каменная крошка, и я, не оглядываясь, всадил туда разряд. Пещеру озарила мгновенная вспышка, чудовище оглушительно взревело. Я бросился на пол, уходя с траектории удара второго верзилы; падение вышло на локоть, и правую руку прострелило электрическим током до кончиков пальцев. Сбоку полыхали два раскаленных угля. Я поднял бластер, собираясь отправить в них огненный плевок, как вдруг на голову навалилась жесточайшая боль.

Она скрутила меня в тугой узел, потом заставила распрямиться, потом ударила вновь, парализовав мышцы и вызвав неконтролируемый приступ эпилепсии. Я забился в судорогах. Бластер выпал из пальцев, в тот момент было не до него – меня больше заботил собственный мозг, разлетевшийся, казалось, на полсотни отдельных фрагментов.

Сквозь радужные круги и резь в глазах я разглядел красноглазую тварь, которую не успел осадить разрядом. В ее передних лапах устроился маленький прибор, похожий на фонарик. Рассеиватель «фонарика» смотрел на меня. Я понял, что Бульвума вырубили при помощи этого устройства, только в голову пихнули более мощный разряд, поэтому он сейчас и валялся без сознания на дне пещеры.

Одна из тварей прошла надо мной, наступив на запястье – я даже не почувствовал боли. Красноглазый опустился на каменный пол возле Бульвума. В когтистых лапах появился металлический шлем, который чудовище начало прилаживать на непропорциональную голову моего спутника.

– Мне жаль, что так получилось, – пролепетал Штильман. Его голос звучал в ушах, словно доносясь из трубы. – Они пообещали, что, если я приведу вас в пещеру, меня не тронут. Более того, они возьмут меня с собой, и я смогу увидеть их мир. Знаете, я с детства мечтал о полете в космос.

– Степан… Макарыч, – процедил я сквозь сведенные болью зубы.

– Его больше нет, – сухо ответил зам по науке.

От входа пещеры нас подняли на борт катера, зависшего над склоном. Сам момент перемещения я пропустил, все произошло достаточно быстро: только что вокруг стояли деревья – и вот я уже среди тесных металлических стен, окруженный высокими тенями, чьи головы растворяются в ярком свете. Бульвума рядом не было. То ли я его не увидел, то ли его подняли на борт другого судна.

Ясность ума возвращалась медленно и неохотно, мысли шевелились с огромным усилием. Гораздо лучше мне удавалось пялиться на стены и издавать неразборчивые междометия. Параллельно с этим в голове лениво плавал вопрос о капсуле с «желтой плесенью». Судя по всему, в пещере ее не было. Штильман первым делом рассказал о тайнике своим новым друзьям, после чего пришельцы заняли распадок и забрали капсулу. Ясно, что Григорий Львович убеждал меня в обратном лишь для того, чтобы завести нас с Бульвумом в эту дурацкую пещеру. И мы туда приперлись, что было совершенно напрасно. Этот путь оканчивался полнейшим тупиком. Во всех смыслах… А если бы я отправился с Кирюхой? Я по-прежнему не был уверен в потенциальном успехе незапланированного рейда, однако он мог бы нарушить вражеский замысел. Пока красноглазые ждали нас в пещере, мы бы ударили совсем в другом месте. И неизвестно, как бы в этом случае все обернулось, на чьей стороне было бы преимущество. Только что теперь думать об этом. Пустая бравада. Капсула с «плесенью» у красноглазых. А Кирюха в плену или мертв.

Катер какое-то время поднимался, прорываясь сквозь воздушные потоки. Я ощущал полет по легкому замиранию сердца. Потом борт раздвинулся, и я обнаружил, что мы уже стоим на открытой платформе под синим небом. Справа за краем тянулись белые снега Тамаринской стрелки, позади которой на много километров раскинулась тайга. Платформа располагалась высоко – выше той, на которую привезли пленных из поселка Ускут.

Едва я вспомнил о них, как на сердце стало тяжело. Пришельцы захватили в плен все мирное население округи и уничтожали все военные подразделения, способные оказать им сопротивление – по поселку Научный, где имелось вооружение и техника, удар был нанесен в первую очередь. Я уже не говорю про сбитый Ми-2 и сожженные вездеходы. Зачем пришельцы это делают? Что им нужно? Зачем им «плесень»?.. При случае надо будет поинтересоваться у Штильмана. Григорий Львович должен знать, он теперь, похоже, большой друг красноглазых.

Над входом в туннель двумя ярусами выше я увидел большое выпуклое стекло, за которым находилось просторное помещение со светящимися пультами. Возле пультов маячил одинокий пришелец. Он протянул к чему-то руку, и я обнаружил, как внизу фиолетово-голубая стена силового поля разошлась, чтобы выпустить за пределы купола огромную темную конструкцию, буксируемую двумя тягачами. Разум вяло отметил, что именно в эту комнату, скорее всего, поступил сигнал об активации шара-пропуска, когда мы входили под купол. Бессмысленная деталь, не имеющая ни малейшего отношения как к моей ситуации, так и к выходу из нее. Из купола мне не выбраться. Сейчас предел моих мечтаний – освободиться от сжимающих плечи железных лап.