Второгодник
Шрифт:
За этот год мы завоевали сельчан, они — наши с потрохами. Давно уже дали свет и газ, построили гигантский птичник, свинарник, мясоперерабатывающий завод, комбикормовый, есть у нас ферма по разведению рыбы, кожевенный завод, а планы не уменьшаются. Торжественно вручили лучшим школьникам десять мотоциклов "Ковровец", а еще двенадцать семей купили их сами. Полным ходом идет строительство мотодрома, проходят стажировку студенты спортивного института имени Лесгафта по мотоспорту. Половина пацанов там.
Игорь Иванович не реже раза в два дня совершает обход села, не может себе отказать в этом удовольствии. В каждый свой поход он замечает какие-нибудь изменения. Это так же притягательно, как наблюдать за ростом и успехами собственного ребенка. Здесь забор убрали и сделали оградку, здесь мамашка легла в роддом на сохранение, ей скоро рожать, здесь прошлый раз сушилась гора вонючей кожи, а сейчас все огорожено и спрятано…
Сегодня на селе выходной — подготовка к "десанту". Завтра родится куст школ, Большой Сабск высаживает три школы, директора уже уехали, приняли должности, обследовали перспективы хозяйственной деятельности, начали создавать сводные отряды… Завтра треть села уедет в Оксочи, треть — в Веребье, а треть — в село Мстинский Мост. Все поселки находятся в Новгородской области на железнодорожной трассе Москва-Ленинград. Можно сказать, что сабчанам повезло, поскольку села добротные, с хорошей судоходной рекой Мста, активными железнодорожными станциями — есть, где развернуться.
Закономерность тиражирования предполагает, что стартовые вложения должна сделать школа-донор. Это значит, что новые школы могут рассчитывать на материальную, да и любую другую помощь, только от школы Сабска. Это важно, тиражирование должно быть посильным, по средствам. Оно зависит от многих факторов, не последним из которых является благосостояние села в целом. Конечно, не все так буквально, потому что "Совет директоров школ", который развернут в рамках Кингисеппского РОНО, может выдать инвестиции, сформированные из совокупных капиталов разных школ. Инвестиции надо возвращать, но беспроцентно. Другими словами, источники развития существуют и вполне доступны для всех желающих.
Есть еще один источник развития — это иностранные инвестиции. Сейчас в Кингисеппском районе строятся восемь предприятий иностранной собственности, а рядом за счет государства строятся еще десять аналогичных предприятий. После окончания строительства их можно будет выкупить в частную собственность.
Все предприятия имеют сельскую прописку, в них формируют коллективы и после этого принимают в сельсоветы. Потихоньку выстраивается вполне логичная схема управления территориями. Юридический отдел и идеологи из института марксизма-ленинизма вьются стаями, изучая, развивая, выявляя закономерности, формируя методики, а после всестороннего обсуждения в сельсоветах разных уровней оформляют законодательные инициативы.
Школы являются активными членами сельсоветов, чтобы карась не дремал. Хорошее такое средство против засыпания и закостенения. Дети, вообще-то, непоседливы и бескомпромиссны. Попробуйте в детском коллективе что-то пообещать и не сделать. После этого можете забыть о создании коллектива и воспитании вообще. К вам будут относится, как к пустому месту. Можно будет порычать, постращать, откровенно запугать и всем этим создать видимость дисциплины, но это совсем не то, чем занимаемся мы. Это строительство тюрьмы.
Игорь Иванович завтра едет в поселок Мстинский Мост. Если честно, коленки трясутся, потому что "десант" он переживает всего второй раз, а это непростое мероприятие. К тому же он станет звеньевым куста школ, что очень ответственно. Директором в Мстинском Мосте станет тридцатилетний Сергей Сидорович Петухов. Замечательный, работоспособный идеалист. Пока он смотрит Игорю Ивановичу в рот, как пророку Исайе, но у него нет страха перед детьми, и он их любит, а это — главное. Короче, при упоминании о нем Игорь поднимает вверх большой палец. Его несколько волнует Ирочка Серова, которая идет в Веребье, робкая она, покладистая. Надо будет по первости помочь ей дисциплину поставить.
Завтра в Мстинский Мост на его "десант" приедет Нонна Николаевна. Ее он боялся до дрожи. Опозориться он не может ни при каких обстоятельствах, да что опозориться, маленькую недоработку не может себе позволить. Это же Нонна Николаевна…
Она приехала в тёмно-синем пальто со светлым воротником и такой же шапке-чалме, которая была такая большая, что личико Нонны Николаевны в ней казалось игрушечным. Пока разворачивалось все действо, они стояли рядом, изредка касаясь друг друга рукавами, и каждый раз Игорь внутри себя вздрагивал и с тревогой смотрел на Нонну, не заметила ли?
"Десант" отошел на второй план: в нужных местах он хлопал, сказал речь из двадцати слов, перерезал ленточку…, но все время он чувствовал рядом Нонну, ощущал ее запах и, кроме нее, ни о чем думать не мог, не хотел… Он запутался и совсем растерялся, и в какой-то момент сделал что-то невпопад так, что Нонна спросила его: "Игорь Иванович, что с вами? На вас лица нет!" Это добило его окончательно, и он попросил Сергея вести "десант" без него, а сам зашел в здание вокзала и сел на скамейку. Он готов был разреветься; сильный мужик, он ничего с собой не мог поделать.
В зал вошла Нонна и с тревогой в глазах спросила:
— Игорь, я могу чем-то тебе помочь?
Он отвернулся и вцепился в спинку скамейки так, что она могла не выдержать. Через несколько мгновений он мотнул головой, встал и с огромным количеством воздуха в голосе, что называется с придыханием и с горячечным блеском в воспаленных глазах взмолился:
— Нонна Николаевна, я не могу вас видеть… Когда я вас вижу, то теряю голову и все, что у меня есть, даже твердость…
— Игорь, что ты говоришь? Мне уйти? — Нонна взяла его за руку.
— Я не могу без вас и с вами не могу, я никак не могу… — Игорь продолжил нести бред и не понимал, что говорит. Но вдруг нашел правильные слова:
— Я люблю вас, я не могу без вас!
Из него словно выпустили воздух, и он, как кукла, спустился на скамейку, не решаясь поднять глаза. Через долгие пять минут откуда-то сверху до него донеслось:
— Я тоже… — Она села рядом. — Я тоже люблю тебя. Уже давно.
До него не доходило что она говорит, он был во власти ужаса от своих слов. Она поцеловала его в щеку и прижалась к нему. Это нехитрое действие медленно, но верно стало возвращать его к жизни: сначала появился румянец, потом он положил свою руку на ее, потом повернулся и, наконец, поднял глаза… "Тут глаза их встретились…", как в сказках… До него вдруг дошло, что его не прогоняют, а даже вовсе наоборот…
— Как же теперь? — шепотом спросил он.
— Не знаю, — так же тихо ответила она и покрепче прижалась к нему, потому что ее тоже потряхивало.
Владимир Ефимович Семичастный и Александр Николаевич Шелепин сидели рядышком на речке и, забросив удочки, смотрели на поплавки.
— Володя, что там за история в Октябрьске произошла?
— Пьяные уголовники полезли к поселковым девчатам, а за них ребята вступились. Одного школьника пьянь порезала, двое бандюганов сбежали, а остальных ребята повязали и сдали в участок. Мой агент организовал патруль на дороге в поселение этих химиков. Они собрали команду в двадцать два человека, вооружились ножами и рванули вырезать село. Делали все по понятиям, но на дороге их встретили школьники во главе со своим тренером. Завязалась драка, бандюганы подоставали ножи, школьники тоже… Вырезали всех уголовников… Хорошо подготовлены оказались эти школьнички!