Чтение онлайн

– Ее нельзя забрать отсюда!
– захрипел тот.
– И не думай! Она мертва!

Осевое ее не отдаст!

– Отдаст!
– упрямо процедил Иван.

Она неожиданно прильнула к нему, прижалась горячим, неестественно горячим телом, обвила руками.

– Ты ведь не обернешься опять упырем?
– ласково спросил Иван.

– Нет, любимый, - ответила она шепотом, на ухо.
– Я никогда и не превращалась в него. Это все шутки Осевого. Оно издевается над чужими, оно гонит их из себя, оно боится их... и потому оно вырывает меня из твоих объятий,иподсовываетмерзких тварей чужих миров, призраков-оборотней, чудовищ, оно умеет это делать, а я рвусь из туманного болота, из этого тоскливого плена... и не могу придти к тебе. Это страшно! Держи меня, не выпускай!

– Ты пойдешь с нами!
– сказал Иван еще тверже.
– Но он не все мне сказал.

– Я сказал все!
– перепугался бледный.

– Нет! Ты не сказал, кто ведет проект в Осевом, кто тут хозяйничает? И для чего, с какой целью?!

Бледный засуетился, заерзал, снова стал рвать неподдающийся ворот и с тоской поглядывать на скалу, в которой скрывалась Дверь. Наконец выдавил еле слышно:

– Мы пешки, мы рабы! Еще хуже чем рабы...

– Я про другое спрашиваю!
– резко оборвал его Иван.

– Над нами был Рогов. Он выдавал все приказы и распоряжения, через него шли инструкции и прочая канитель. Еще с нами работали восемь инструкторов... больше ничего не знаю.

– Врешь!
– Иван готов был убить секретника.

И тот понял это. Он сполз с камня, встал на колени и неожиданно зарыдал - громко, всхлипывая и обливаясь слезами, будто огромный напуганный ребенок.

– Надо было его сразу убить, - тихо проговорила Света. Она стояла, прижавшись к Иванову плечу бедром.

А он сидел в той же позе, застывшим, недобрым истуканом.

– Я все выложил!
– начал наконец оправдываться бледный.
– За что меня убивать?! Еще, правда, болтают, что Проект финансируется не только из бюджета России, но...

– Что?!

– Синклит финансирует все работы! И вся информация утекает туда! Так болтали, но это слухи, никаких подтверждений нет!

– Все ясно!
– выдавил Иван обреченно.
– Теперь веди к двери!

– Пошли, пошли, - обрадованно зачастил бледный.

И быстрехонько, меленькими шажками заспешил к скале. Иван со Светой двинулись следом. Ивану все становилось понятным. Так было и прежде Мировое Сообщество частенько загребало жар чужими руками, выведывало, вынюхивало, заставляло на себя работать всех и повсюду, одних покупая, других запугивая, третьих охмуряя велеречивыми разглагольствованиями о "благе цивилизации", "едином вселенском и земном доме", "общечеловеческих ценностях". Иван знал одно, что у Мирового Сообщества были свои ценности, ради которых оно, не задумываясь ни на миг, будь у него сила и возможности, свернула бы шею всему остальному "человечеству".

Правда была в этом, а не в пустопорожней, отвлекающей болтовне о "гуманизме". Значит, и здесь так получилось - они на горбу у России пролезли в Осевое! Они хозяйничают здесь! А следовательно... "двери" и "дверцы" могут распахнуться по желанию Синклита. Не само человечество, не сорок пять с лишним миллиардов землян, разбросанных по Вселенной, будут решать свою судьбу, а кучка этих изолгавшихся и пресыщенных выродков!

Он не хотел верить в то, что происходило. Он не мог в это поверить.

Уже много веков Великая Россия была оплотом Добра и Справедливости Она одна, преодолевая трудности и тяготы, избавляясь от сонмов все новых и новых врагов, неся на своих могучих плечах чудовищную ношу всего не поспевающего за ней человечества, озаряла Вселенную, хранила Божью Свечу среди пропасти мрака и ужаса, являла собой силу созидающую и творящую, ибо сам Творец создавал детей своих и сыновей Ее по Образу и Подобию Своему творцами и созидателями. Она одна хранила мир и покой во Вселенной, не давая выродкам-разрушителям вторгаться в естественный эволюционный процесс, ибо любая революция, творимая этими выродками, есть насилие над миром, над людьми, над справедливостью... И вот теперь выродки не просто прокрались в ее огромное и доброе сердце, но и управляют ею, руками ее делают свои черные дела. Проклятье! Слишком долго он блуждал среди звезд!

Слишком долго был вдали от своей Матери! Но не в нем дело!

Самое главное в том, что все миллиарды россиян, и здесь и там, на Земле и в Космосе, ничего не знают - они попрежнему убеждены, что все незыблемо, что Великая Россия столь же сильна и добра, могуча и справедлива, что мудрые и праведные правители блюдут Ее волю и Ее чистоту! И еще страшнее, что вера в Добро и Справедливость столь сильна в сердцах этих миллиардов россиян, что невозможно их переубедить, невозможно их заставить усомниться даже в праведности помыслов избранных ими на власть! Вот так и подкрадывается смерть - внезапно, исподтишка, изнутри. Будь то смерть человека отдельного, или смерть народа, нации, страны, смерть империи...

Вползает она незримо в здоровый еще и сильный, неподвластный хворям и недугам организм - вползает вирусом, бациллой, невидимым паразитомубийцей - и начинает творить свое страшное, разрушительное дело. И убивает она. И знает, что безнаказанна будет, ибо не найдется мстителя, ибо рожденные творить и созидать не мстят... Проклятье!

– Вот здесь?
– бледный остановился.
– Дай мне лучемет!

– Еще чего, - окоротил его Иван.

– Тогда сам прожги круг, отсюда и досюда...
– бледный махнул рукой, но сразу отдернул ее.

– Будь по-твоему!

Иван выставил регулятор на самый слабый бой. Поднял лучемет.

Полуметровый слой камня осыпался осколками, пылью, открыл глазу большой черный экран. Иван уже испытал на себе как-то действие точно такого же. Но тогда на нем кривилось и злобилось сморщенное лицо старика.

– Это и есть Дверь?
– спросил он на всякий случай.

– Она самая!

– И куда мы через нее должны попасть?

– В Желтый шар.

– Что это?

– Это наша тюрьма! Нас оттуда никуда не выпускают, сволочи!

– Разберемся, что это за тюрьма, - заверил бледного Иван.

– Поздно будет. Они убьют. Лучше оставайся здесь.

Иван пристально поглядел на секретника.

– Ты что хочешь сказать, - с вызовом переспросил он, - что меня, русского, в нашем русском отделении Дальнего Поиска, посреди Великой России убьют свои же русские?

Бледный кивнул.

– Убьют, - повторил он.
– И кстати, там заправляет нерусский. Его зовут Сван Дэйк.

Иван усмехнулся, качнул головой.