Чтение онлайн

При этом тактика выполнения отдельных террористических актов обычно мало, чем отличается от тактики спецслужб. Отличительной чертой подобных операций внутри собственной страны. Здесь является скрытное выполнение террористических актов, как в индивидуальном, так и в групповом терроре. При проведении массового террора скрытность, как правило, отсутствует.

Схема выполнения специальных операций стандартна:

1 .Идеологическое обоснование необходимости выполнения специальной операции обычно косвенно проводиться через СМИ, а в ряде случаев допускается и открытое нагнетание истерии через СМИ по планируемой операции.

2.Планирование и разведка объекта специальных операции и выбор исполнителей. Обычно выполняется достаточно длительно по времени и часто лицами не связанными прямо с исполнителями. План предусматривает основной и запасной объекты и варианты действия против них, маршруты развертывание основных и обеспечивающих групп, маршруты отхода и прикрытия. В исключительных случаях предусматривается ликвидация исполнителей после осуществления операции. Осуществляется открытое финансирование операции или скрытое через специальные подставные фирмы и банки.

3.Тренировка по выполнению принятых вариантов плана осуществляется до назначенного срока и могут сильно изменяться под воздействием корректировки плана из-за изменяющихся разведанных по объекту специальных операции. Так же как и у террористов иногда проводится .вспомогательная, подготовительная, операция для тренировки исполнителей и отработки групп прикрытия. В ряде, случаев допускаются тренировки в районе выполнения специальных операции.

4.Развертывание исполнителей для выполнения задания осуществляется различным способом (одиночно или группами), с оружием или без него. Оружие и взрывчатка могут доставляться заранее через различные каналы и складироваться в заранее подготовленных тайниках.

5. Выполнение специальных операции и отход уцелевших исполнителей используя группы прикрытия.

Государства часто используют существующие террористические группировки для нападения на своих противников. Обычно эти террористические группировки самостоятельно или совместно со спецслужбами занимаются незаконным уничтожением различных политических (в том числе и террористических) организаций. Для проведения крупномасштабных операций привлекаются вооруженные силы и тактика их проведения мало чем отличается от обычных боевых действий на войне.

Как видно из изложенного схема выполнения всех операций характеризуемых как государственный террор всегда в той или иной степени включает те самые 5 позиций, которые были рассмотрены выше. При этом идеологическое обоснование присутствует всегда, что лишний раз подтверждает огромную значимость информационного оружия в проведении государственного терроризма.

7.6. Причины возникновения политического терроризма, эффективность политического терроризма

В чем же причины возникновения политического терроризма на современном этапе развития мира? Во всех резолюциях, принимаемых Генеральной Ассамблеей ООН, по вопросу о международном терроризме, начиная с 1972 г, утверждается, что терроризм и акты насилия в международных отношениях являются следствием "нищеты, безысходности, бед и отчаяния, побуждающих Некоторых людей жертвовать человеческими жизнями, включая свою собственную, в стремлении добиться радикальных перемен". Однако, по нашему мнению, это лишь следствие, но не причина. О какой "нищете". например можно говорить в Северной Ирландии, Испании и даже в Алжире, где политический терроризм стал постоянной принадлежностью жизни? А какая такая "безысходность" породила в Германий новую волну националистического терроризма? И уж совсем не укладывается в определение ООН массовый террор в Японии организованный религиозной сектой.

Действительной ПРИЧИНОЙ возникновения международного терроризма являются конфликтные ситуации в отдельных регионах мира, периодически возникающие в ходе не прекращающейся БОРЬБЫ за МИРОВОЕ ГОСПОДСТВО ведущейся с 50-х годов второй половины XX века иными методами и средствами, чем ранее.

Раньше государства боролись за мировое господство, в основном используя обобщенное оружие низких приоритетов: физическое и редко оружие геноцида. Соответственно встречали и противодействие оружием низкого приоритета как от государств подвергавшихся экспансии, так и от политических группировок: национально-освободительные и гражданские войны. При этом с заведомо сильным соперником велись войны партизанскими методами. Однако теперь насилие осуществляется в основном информационным и экономическим оружием, обладание которыми, в необходимых масштабах, стало возможно лишь на государственном уровне (за исключением наркобизнеса), да и. то не для всех государств. Воздействие этими двумя видами оружия настолько велико, что подавление активного сопротивления хотя и не достигается сразу, но принимает широкие масштабы и устойчиво сохраняется на длительный период. Мировое правительство через СМИ и международные финансовые органы стремится насильно насаждать "общечеловеческие", и фактически "американские", ценности в ущерб национальным особенностям тех или иных народов. При этом перед СМИ ставится задача по притуплению национального чувства и подавлению воли к сопротивлению у любого народа. Этим достигается ликвидация социальной базы гражданской или национально-освободительной войны. Однако интернациональное воспитание общества на "общечеловеческих ценностях", какими бы финансами это не вскармливалось, не имеет полного успеха, а в некоторой его части это вызывает и устойчивую неприязнь, тем более на фоне экономического и идеологического закабаления страны.

Наконец в 80-90-х гг. была предпринята тотальная атака различных религиозных сект (финансируемых мировым правительством) с одной стороны и усиленная пропаганда единения всех религий с другой (бесконечное повторение различных лозунгов о "единении и милосердии всех верующих", "помощи нуждающимся" и т.д.). Преследовалась цель религиозного раскола и подчинения обломков различных религий единому центру. Не прекращаются попытки организационного подчинения православия католицизму. Наконец мировые СМИ стремятся разрушить единство одной из ведущей мировой религии - ислама, за счет раздувания противоречий между различными течениями этой религии, откровенные противопоставления между/светским" и "фанатичным" исламом и т.д. Все это постоянно усиливало ненависть истинно верующих к СМИ и мировым финансам.

В результате геополитической борьбы к началу 90-х годов XX века в мире установилось устойчивое доминирование нескольких экономически развитых стран ("восьмерка" развитых стран мира). Формально их гегемония не подвергается сомнению, но фактически это многим другим государствам не нравиться, ибо во многих случаях, по их мнению, развитые страны действуют, не считаясь с интересами других государств.

Учитывая все это, политические силы несогласные с предлагаемой унифицированной моделью развития всех народов мира и их подчинению единому центру управления (мировому правительству) стали усиленно использовать те средства борьбы, которые для них оказались доступны и наиболее эффективными. Таким средством для них стал так называемый "ближний бой" – политический терроризм. При этом экстремистские группировки осуществляют леворадикальный, национальный или политико-религиозный терроризм, а более слабые государства, пытаясь уцелеть, вынуждены применять тайный государственный терроризм, в том числе и в форме наркотерроризма. Руководители экстремистских политических группировок считают, что политический террор способен разбудить народ от зомбирования СМИ и сплотить его на борьбу со своими угнетателями. Наконец с юридической точки зрения понятие терроризма в настоящее время строго не определено. Просто государства присвоили себе "законное" право на применение всех видов насилия и подобные действия со стороны граждан они часто воспринимает, как терроризм. Однако в этих условиях говорить о терроре как "незаконном" насилии одних по сравнению с "законным" насилием других (государств или мирового правительства) не приходится; Партизан и повстанцев ведь тоже можно рассматривать как политических террористов. Поэтому целесообразней рассматривать ПОЛИТИЧЕСКИЙ ТЕРРОРИЗМ КАК МАЛУЮ ВОЙНУ. ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПРИЧИНОЙ возникновения и широкого распространения ТЕРРОРИЗМА является БОРЬБА за МИРОВОЕ ГОСПОДСТВО обобщенным оружием высокого приоритета одних сил и недоступность этого оружия для противников этих сил. По этой причине любой политический терроризм является МЕЖДУНАРОДНЫМ, ибо он всегда прямо или косвенно затрагивает многие государства мира, даже когда террористические акты совершаются в одной конкретной стране. Устранение политических причин терроризма очевидно в ближайшее время не произойдет. Скорее всего, и в XXI веке будет вестись беспощадная борьба за мировое господство всеми доступными средствами и более слабые соперники будут предпочитать международный политический терроризм. Непосредственными источниками политического терроризма чаще всего выступают различные конфликтные ситуации в мире возникающие вследствие: национально-освободительной борьбы в различной форме, конфликтов внутреннего характера включая и на религиозной почве, активности различных эмигрантских группировок, межгосударственные конфликты.

Наконец современное пиратство и незаконная экономическая деятельность на море есть следствие нарастающих экономических проблем тех регионов, где оно процветает. Так на фоне внешней добропорядочности и процветания (подобно Сингапуру) существует так называемая внутренняя нищета отдельных слоев и групп населения и поэтому пиратству не видно конца. Более того, в этих районах жестокость и размеры пиратства будут скорее всею нарастать и причины кроются в нарастании нестабильности, в том-числе и экономической.

Оценку ЭФФЕКТИВНОСТИ политического террора целесообразно осуществлять в рамках индивидуального, группового и массового террора.

Индивидуальный террор с точки зрения изменения политической ситуации редко давал нужный результат. В прошлом; когда террористы убивали глав государств или высоких должностных лиц, сразу же появлялись другие, жаждавшие занять их место и фактически продолжавшие их линию управления. Особенно это было характерно для тех случаев, когда должностное лицо или политик был не сам по себе, а представлял фактически линию определенной партии, которая и есть управленческая система. Таким образом, высший управленец лишь в той или иной форме выполняет волю партии и его смерть ничего не изменит. Поэтому даже такие удавшиеся политические убийства как - А. Линкольна, Александра II, А. Саддата, У. Пальме, И. Рабина практически ничего не изменили в общем ходе исторического развития тех или иных государств. Поэтому физическое устранение независимых политиков – высших управленцев (президентов, губернаторов, руководителей администрации) при определенных условиях может изменить политическую линию и в этом слабость и неустойчивость их политики в целом. Напротив физическое устранение партийных политиков -высших управленцев не может изменить политическую линию. Казалось бы индивидуальный политический террор неэффективен, как метод структурного управления? Но тайна неэффективности или эффективности такого террора раскрывается при глубоком анализе как отмеченных выше, так и таких убийств: Павла I, М. Скобелева, П. Столыпина, И. Сталина и братьев Кеннеди. Оказывается к моменту убийств этих политических деятелей они обладали возможностью и имели желание круто изменить политический курс страны. Так Павел I решил полностью ориентироваться на национальные интересы и отказаться от проевропейской (читай проанглийской политики); М. Скобелев был главной связующей фигурой в "панславистском" движении; П. Столыпин провёл почти все необходимые реформы и мог уходить в отставку, но был убит как бы впрок, для исключения его возможного возвращения к управлению страной в критический момент (очевидно, этот критический момент планировался мировым правительством); И. Сталин странно умер, когда решил полностью переориентировать развитие всей страны по пути русского национального социализма с полным очищением страны от интернационала и его носителей; Д. Кеннеди планировал пойти на расширенные контакты с СССР по вопросам, как сокращения ядерных вооружений, так и на экономическое сотрудничество во всех сферах и ликвидировать "холодную войну" уже в 60-х годах на взаимовыгодных условиях, когда экономическое развитие СССР находилось на огромном подъеме, а его брат собирался продолжить эту политическую линию. В результате каждое это убийство отодвинуло решение соответствующих проблем на десятилетия: убийство Павла I почти на 60 лет; убийство М. Скобелева развалило единство "панславистов" и исключило их приход к власти в России в конце XX века; убийство П. Столыпина не допустило появление в 1917-18 гг. авторитетного русского политика способного исключить коммунистический эксперимент на 74 года; странная смерть И. Сталина пресекла попытку проведения русской национальной политики в 50-х гг. на неопределенное время; убийство Д. Кеннеди задержало конец "холодной войны" почти 25 лет.

Вывод напрашивается сам собой: индивидуальный террор в форме физического уничтожения является эффективным инструментом ликвидации управленцев способных к изменению сложившейся системы управления и существующей политической линии. Таким образом он выступает в. основном, как консервант ситуации в стране и обществе.

Уже отмечалось выше, что революцию 1917 года можно рассматривать как групповой террор. В этот же период делались и неудачные попытки применения группового террора для разворота страны в обратную сторону. Однако эти акты были либо слабо подготовлены, либо не имели должного размаха (одновременное покушение на В. Ленина и М. Урицкого, уничтожение Мояковского комитета РКП(б)). Наконец история сохранила и огромное количество различных удавшихся военных переворотов изменивших политическую направленность развития того или иного государства (например, военный переворот в Египте во главе с Г. Насером). Эти перевороты по форме и есть ни что иное как групповой террор. В ряде случаев этот групповой террор был достаточно эффективно направлен против оппозиции. На государственном уровне групповой террор был осуществлен И. Сталиным в 1937-53 годах в форме "борьбы с врагами народа" или в форме "партийных чисток".